Гробница императора
Шрифт:
– И какие будут последствия?
– Для вас, товарищ министр? Никаких. Для меня это означает то, что Кассиопея Витт вернется сюда.
– Почему вы так думаете?
– Многолетний опыт.
Линь устал от этого педантизма. Теперь ему было уже известно, что за невозмутимым лицом и мудрыми словами скрывается безжалостный, расчетливый ум. Пау много лет прожил за границей, однако сейчас, несомненно, он снова намеревался принять самое активное участие в китайской политике. Однако Пау находится в Бельгии, далеко
– Что вы сделаете, когда вернется Витт?
– Возможно, вам это лучше не знать, товарищ министр.
Линь вынужден был с этим согласиться.
Пожалуй, это действительно было так.
Глава 35
Малоун потер затекшие запястья, восстанавливая кровообращение. Полицейские стянули наручники слишком туго. Быть может, они переживали по поводу сгоревшего музея и считали его виновным? Но это было не так. Истинный виновник стоял сейчас в нескольких шагах от него, вместе со своим новым благодетелем.
– Ты говорил, что работаешь на Карла Тана и китайское правительство, – сказала Кассиопея, обращаясь к Виктору.
– Да. Но здесь я из-за русских.
Малоун покачал головой:
– Все то же самое, что было в Средней Азии. Ты работаешь то на нас, то на них, то снова на нас, то снова на них… Черт побери, не представляю, как тебе удается не запутаться во всем этом.
– А я очень способный человек, – усмехнулся Виктор. – Я успел поработать даже на нее. – Он указал на Стефани.
Та пожала плечами:
– Пару раз я использовала его как вольного стрелка. Говорите что хотите, но дело свое он знает.
– В прошлый раз по его милости мы едва не погибли, – напомнил Малоун. – Я действовал вслепую, полагая, что он на нашей стороне.
– Так оно и было, – спокойно подтвердил Виктор.
– Есть хороший агент, – вставил Иван. – Есть близко к Тан, совсем там, где мы его хотеть.
Этим объяснялось, откуда у него такая точная информация о том, что происходило с Кассиопеей. Но Малоун не мог не задать вопрос:
– Зачем мы тебе нужны?
– Тан вас использовал, – сказал Виктор. – Я сказал ему оставить вас в покое.
Иван покачал головой:
– Я не просить Стефани вмешивайся в мое дело. Есть ее идея, не моя. Я нанимаю Виктор для работы. Он делает работу хорошо.
– Сын Соколова – это очень важно, – вмешалась Кассиопея. – Именно из-за него я здесь. И мне нужно действовать дальше.
Стефани схватила ее за руку.
– Черта с два! Только посмотри вокруг. Музей сгорел дотла, убиты трое… И, кстати, кто их убил?
Малоун поднял руку:
– Одного застрелил я. Но я вел себя пристойно.
– То есть ты пристрелил его после того, как поджег? – усмехнулась Стефани.
Малоун пожал плечами:
– Называй
– Остальных двоих убил Виктор, – вставила Кассиопея.
Малоун уловил в ее голосе признательность, что встревожило его.
– Что есть с этот светильник? – спросил у Кассиопеи Иван. – Ты его находишь?
– Я его нашел, но он пропал, – сказал Малоун.
Он рассказал о том, что произошло в сквере. Иван заметно расстроился – все шло не так, как он рассчитывал.
– Нужно находить светильник, – объявил русский. – Мы должны узнавать, кто есть человек в сквере.
– Тут не возникнет никаких сложностей, – сказала Кассиопея. – Лучник, вор из сквера – это были люди Пау Веня. Светильник у него. Снова.
– Откуда тебе это известно? – спросила Стефани.
Кассиопея повторила то, что ей сказал лучник.
Иван повернулся к Малоуну:
– Когда светильник падает, он остается целый?
– Светильник сделан из бронзы. С ним ничего не случилось. Но я воспользовался налитой внутри нефтью, чтобы разобраться с тем, кого я затем пристрелил.
Иван нахмурился.
– Нефть больше нет?
Малоун кивнул:
– Она сгорела.
– Тогда все мы есть в беде. Карл Тан не хочет светильник. Он хочет нефть из него.
Карл Тан смотрел, как на востоке пробуждается новый день, раскрашивая первыми лучами солнца небо сначала в фиолетовый, затем в розовый и, наконец, в голубой цвет. Его вертолет поднялся в воздух и взял курс на Ланьчжоу, город, расположенный в четырехстах километрах к западу, но все еще в провинции Ганьсу.
Тан ощущал прилив сил.
Разговор с Пау Венем прошел хорошо. Еще одно дело выполнено. Теперь пришла пора разобраться со Львом Соколовым.
То, что известно этому человеку, вполне может определить судьбы всех.
– Ты сам во всем виноват, – с укором выговорил Ивану Малоун. – Если бы ты с самого начала сказал нам правду, ничего этого не произошло бы.
– Почему эта конкретная нефть имеет такое большое значение? – спросила Стефани, и Малоун уловил в ее голосе любопытство.
Иван покачал головой:
– Есть важная. Для Тан. Для Соколов. Для нас.
– Почему?
Толстое лицо русского расплылось в широкой улыбке.
– Нефть есть очень древняя. Есть прямо из земли. Она остается в гробнице больше две тысячи лет. Затем остается в светильнике до сегодняшний день.
– Откуда тебе это известно? – недоверчиво спросил Малоун.
– Мы знаем только то, – вставил Виктор, – что сказал Карл Тан. Он мне сказал, что Пау Вень нашел светильник во время раскопок еще в далеких семидесятых, и с тех пор он находился у него. Пасть дракона была запечатана пчелиным воском.