Гримуар
Шрифт:
Это видение появилось с самого утра, стоило только ей открыть глаза и безмолвно преследовало ее весь день. Куда бы ни упал взгляд, окровавленный двойник был там. Лера знала, что кровь на ее лице была кровью близких и друзей. Она не знала, откуда пришло это знание, просто знала.
Маша сдавленно вскрикнула. Она смотрела в тоже место, что и Лера. Ее рука невольно потянулась ко рту, пытаясь поймать вырвавшийся крик. Глеб перевел взгляд на нее.
— Говори, — он сказал это жестко и требовательно, словно отдавая приказ, но Маша испуганно смотря
— Там… там Лера. Ее копия… она вся в крови.
Голос Маши дрожал, и она с сожалением посмотрела на Леру. Марк с размаха вонзил шест в землю и, не спуская с нее глаз, спросил:
— С каких пор?
— Что с каких пор? С каких пор у меня галлюцинации? — Лера старалась говорить, как ни в чем не бывало. — С утра. Хотя вчера мне показалось, что я слышала за собой шаги и треск веток, но я никого не видела. Не знаю, шел за мной кто-нибудь или это были первые глюки. Поэтому я и говорю, что проблема становится все серьёзней. Если есть способ мне помочь, я бы хотела рискнуть.
Марк выругался, и девушка, не выдержав, посмотрела на него. Она ожидала увидеть в его глазах злость или разочарование, но увидела лишь измученный и загнанный взгляд. Он с болью и волнением смотрел на нее, отчего Лере стало не по себе, и она невольно задалась вопросом, а не ошиблась ли она в своем решении.
Глеб посмотрел на рядом стоящего мужчину, словно взглядом спрашивал его разрешения. Марк стоял, не шелохнувшись, лишь медленно закрыл глаза. Посчитав это за знак одобрения, отступник кивнул сам себе и обратился ко всем:
— Я расскажу, как найти нужного вам человека, но у меня есть условие. С Лерой отправится одна только Лидия.
Марк и Маша одновременно запротестовали, но Глеб был не приклонен.
— Это мое единственное условие и я от него не отступлюсь.
— Но почему? — Маша сорвалась на крик.
— Не уверен, что Марк сможет спокойно наблюдать, как из его девушки будут высасывать магию, а вмешиваться в этот процесс категорически нельзя, даже если будет казаться, что ещё немного и ее убьют. А что касается тебя, мне действительно нужно объяснять почему? — Глеб снова пристально посмотрел на Машу, и та невольно отступила на шаг назад под его тяжёлым взглядом. — Если споров больше не будет, то на этом все. Лидия, за мной. Объясню, где эта крыса прячется.
Лидия смущённо прошла мимо брата вслед за Глебом. Маша же потоптавшись немного, выругалась, и бросилась в дом отступника. На заднем дворике остались только Марк и Лера. Ей было неловко, она не знала, что сказать. Все слова и оправдания звучали бы сейчас фальшиво и неуместно. Изнутри ее мучил страх, будет ли куда ей возвращаться после того как они с Лидией завершат задуманное.
Марк неслышно подошёл к ней и обнял.
— Сокровище мое…
Она ощутила его горячее дыхание над своим ухом и просто уткнулась в его грудь, позволяя запаху родного тела успокоить и обогреть ее. Он больше ничего не сказал. Взял
Намного позже, лёжа в постели и играя с ее волосами, Марк неожиданно признался:
— Как бы я хотел снова оказаться в пещере с тобой. Только ты и я и больше никого.
Лера чувствовала себя виноватой. За все время их отношений, он постоянно переживал за нее, оберегал ее, пытался спасти.
А я вот никак не спасаюсь.… Я бы тоже хотела спрятаться от всех и всего в той пещере вместе с тобой. С теплой водой, красивыми клубами белого пара и любимым запахом жимолости.
— Кстати, а почему в пещере тогда пахло жимолостью?
Марк улыбнулся.
— Так вот какой тебе запах нравится. Буду знать. Это место заколдовано. Для каждого вода из этого озера пахнет так, как ему больше всего нравится. Мне, например, всегда чудился запах горящих костров.
Они вышли из комнаты только к ужину. За столом их уже ждали девушки. Обе отчего-то были бледными и взволнованными. Лера, ничего не понимая, переводила взгляд с одной подруги на другую, но те упорно молчали. Гнетущую тишину в конце ужина нарушила Лидия.
— Брат, нам с Лерой уже завтра нужно будет выдвигаться.
Она ждала его реакции с тем же волнением и испугом, с которым ребенок, нахватавшийся двоек, ждёт родителей с родительского собрания. Но Марк молчал и тогда, не выдержав, его сестра вспыхнула:
— Да поговори ты со мной, в конце концов.
— Верни мне ее в целости и сохранности, тогда и поговорим.
Это было последним, что сказал ей брат перед отправлением к неизвестному отступнику.
XXIV
Миновав мост и пройдя сквозь огненный портал, Лера и Лидия оказались в грязном тупичке.
— Вот же ш… — Лидия с явным омерзением на лице отшатнулась от угла, совсем недавно послужившего кому-то туалетом. — Пойдем отсюда быстрее, пока меня не стошнило.
Лера невольно улыбнулась, но всецело поддержала подругу в стремлении выбраться как можно быстрее из загаженного закутка на нормальную улицу. Но их надежде не суждено было сбыться. Улица к которой прилегал тупик была не намного чище того места, где они вышли из портала. Лидия шла, ругая на чем свет стоит всех и вся, то и дело сверяясь с начерченной от руки картой. Лера, невольно сбившись со счета, сколько раз они повернули и в каком направлении, перестала пытаться запомнить дорогу.
— Могли же просто перенестись сразу к дому, нет же, вежливыми нужно быть. Не беспокоить человека, мало ли что… можно подумать, кто-то откажется от лакомого кусочка, который даром да ещё к самому порогу доставляют… Черт, опять шприц. Почему здесь повсюду иголки и битое стекло?
Лера оглянулась на грязные и обшарпанные стены старых домов, на полуразрушенные детские площадки, где вместо качелей торчали сломанные железные трубы и на людей с замученными неулыбающимися лицами спешащих по своим делам.