Гримуар II

Aljay Shi

А потом вновь Фостерлейк. Договориться с древним лесным демоном, чтобы он помог нам победить босса? Тривиально. Ну, условно, он нам помог. Вот только не вступал в бой, а перекрыл доступ к воде. А для этого нам пришлось постараться и чуть ли не вывернуться наизнанку. Захват контроля над Анной и слияние с лесом вообще не лезет ни в какие ворота! Что это вообще за квест? Почему он так далеко ушел от игры и стал чересчур реалистичным?

Задания превращаются в витиеватые фантазии безумцев с кучей «нестандартного». Локацию найти было в

разы сложнее в плане нетривиальных решений. Положить кусок обсидиана и притвориться, что это лестница? Почему это сработало, черт подери?!

И вот теперь я стою перед мерзкой жирной тушей, которую нельзя ни убить, ни убедить. Что делать-то?!

— А-А! Я не знаю! — заорал я, хватаясь за волосы.

Эта игра меня доконает.

— Нокс, Мастерство лжи!

— Я при тебе пробовал! Этот свин даже не слушает…

— Анна, ты можешь что-нибудь сделать?

Ведьма удрученно покачала головой. Вот блин.

Спрашивать Маррайяша не было смысла. Наша цель заключалась в том, чтобы исправить его ошибки при жизни. Значит, нужно каким-то образом убрать эффект исполненного желания. Помнится, монах говорил, что этот Кьянту просил только об урожае, да еще и ел всего две картофелины в день. Совсем не густо.

— Анна, уничтожь дворец.

Мы выбежали из здания. Ведьма взлетела над дворцом и обрушила громадные кинетические копья и булавы. Бесконечная мана позволяла творить что угодно. В считанные секунды все здание развалилось.

Как и ожидалось, вместе с дворцом разрушилась и Обитель кошмаров. Кьянту проснулся. Вместо визга и бешенства, мы увидели только отрешенность и пустоту. Толстяк гладил землю опухшими пальцами и мычал.

— Кажется, у него мозг вытек, — прошептал Нокс, прячась за меня.

— Что ты делаешь? — негодовал я.

— Не хочу подходить. Вдруг он лопнет. Только представь, сколько у него там дерь…

Кьянту заорал. Он потянулся к лицу, размазывая слезы и сопли, и замолк. И вновь все вокруг поменялось. Небо покрылось тучами, земля иссохла. Вдалеке на высоком холме раскинуло свои ветви дерево. Свет сияющим копьем разрывал небеса, окутывая своим теплом его листву и плоды. Персиковые плоды.

— Анна, нужно туда.

Мы быстро добрались до дерева. Огромное и величавое, оно будто светилось изнутри.

— Это ты, Маррайяш?

Монах кивнул.

Меня не покидало желание застыть изваянием и не спускать глаз с его ветвей. Запах спелых персиков обволакивал теплой блаженной негой.

— Гримм? — окликнула меня Анна.

Чертыхнувшись, я подпрыгнул и сорвал один персик. Нельзя оставаться здесь слишком долго. Чую, если пробуду еще хоть минуту у дерева, оно захватит меня и не отпустит. И останусь я навечно в Царстве мертвых. То есть, провалю задание и Маррайяш свалит от меня. Персик я съесть не решился, кстати.

Осторожно подойдя к Кьянту, я выставил вперед руки. В одной был персик, в другой его косточка. Жирдяй сразу же потянулся

к плоду. Я ловко отпрыгнул.

— Зачем он тебе? — спросил я.

В глазах у Кьянту блеснул разум.

— Я… голоден.

— И?

— Дай… еду.

— Нет. Если отдам, ты его сразу съешь. Потом проголодаешься, а еды не будет.

— Я хочу есть.

— Ты хочешь умереть?

Толстяк задумался и выдал:

— Нет. Я хочу есть.

— Ты хочешь поесть в последний раз и умереть?

— Нет.

— Тогда возьми это, — сказал я и протянул ему косточку от персика.

— Ч-что?

— Посади его в землю и поливай водой. Работай. И тогда вырастет дерево. А на дереве вырастут еще персики.

Он попытался разгрызть косточку, но остановился.

— Правда? Вырастет?

— Да. Ты уже забыл? В прошлом ведь ты сам все выращивал, Кьянту.

В глазах у толстяка что-то переменилось. В мимолетном отблеске света я увидел образы солнца и ясного неба, голубого океана и улыбки людей. В ушах зазвенело. Под веселый хохот множества детей все залило ярким светом. Мы вновь очутились на мрачной тропе.

— Мда, — ляпнул Нокс. — Я хочу домой.

— Нам нужно освободить оставшихся, — сказала Анна и полетела вперед.

Маррайяш слабо улыбнулся и кивнул.

***

Через долгих полчаса мы дошли до второго духа. И вновь Маррайяш застыл истуканом, указывая на стену. И вновь мы сошли с тропы с еще меньшим энтузиазмом. Новая локация крайне отличалась от помпезного дворца и размерами и атмосферой. Впереди была маленькая полуразвалившаяся хижина, а вокруг нее — слепящая белизна. Нет, это был не снег. Просто, ничего кроме лачуги не было. Напомнило мелкие промежуточные локации для ожидания загрузки.

В хижине нашлась маленькая спящая девочка под тоненькой тряпкой. Выглядела она крайне истощенной, болезненно бледной и… умирающей. У нее, так же как у Кьянту не было индикатора здоровья и прочих элементов интерфейса. Лечение Маррайяша не сработало, как и диспел. Через некоторое время девочка проснулась и, не замечая нас, придвинулась ближе к хлипкой дверце.

— Папа! — просияла она.

Дверь со скрипом открылась. Зашел такой же худой и изможденный мужчина. Он крепко обнял девочку и, гладя ее по голове, говорил с ней. Спрашивал о здоровье, еде, друзьях, погоде. Обо всем подряд. Девочка охотно отвечала и крепко обнимала своего отца.

Мужчина уложил дочку спать и сидел рядом, рассказывая сказку. Мимика, жесты, взгляды. В который раз я поймал себя на мысли, что НИПы выглядят чересчур реально. Сердце сжимало от тоски, а в горле стоял ком. Почему? Почему все так реалистично? Почему я на это реагирую? Почему сжимаю пальцы в кулак?

Ведь все они самые настоящие наборы данных. Ультрасовременные, адаптивные ИИ, разработанные лидером в сфере развлечений и виртуальной реальности. Но все же… не более чем искусственные симуляции. Анна, Нокс и Маррайяш отличаются от…