Грим
Шрифт:
Всего одна секунда, а может, и того меньше, — и они на крыше Астрономической башни.
— Мне надо разобраться с мракоборцами.
— Только пообещай, что ничего плохого им не сделаешь! — тихо произнесла Гермиона.
Грим не ответил и исчез.
*
Гермиона добралась до своей комнаты без приключений. Только Полная леди сделала ей выговор за то, что она шатается по школе в такое позднее время. Но настроение Гермионе это не
Все было изготовлено из лучшего трубочного материала: средиземноморского бриара, а длинный мундштук — из дорогого немецкого эбонита. А так трубка была обыкновенной, никаких магических свойств гриффиндорка не обнаружила.
Странно, что Грим оставил ее у Гермионы. Скорее всего, просто забыл. А это означало, что им придется встретиться снова, хотя бы только для этого.
Гриффиндорка поймала свое отражение в зеркале. Глаза блестят, на лице беспричинная улыбка.
«Глупая! — сказала сама себе Гермиона. — Напридумывала уже. Ничего такого не случилось!»
Но улыбка стала только шире. Ну, не было в Гермионе той циничности, которая позволяла целоваться, обниматься с человеком и при этом совсем ничего к нему не чувствовать.
*
Драко добрался до своей комнаты ужасно усталым. Быстро снял с себя мантию, рубашку, брюки, бросив все на пол. И просто упал на кровать. Стирание памяти и накладывание ложной требовало много сил, времени и нервов. Малфой был как никогда рад закончить со всем этим.
Но сон не шел. В голове неотрывно прокручивался сегодняшний вечер со всеми вытекающими последствиями. Мысли возвращались к Грейнджер.
Драко не мог не признать, что староста была красива, симпатичнее многих своих однокурсниц. Но все это превосходно скрывало клише отличницы и заучки, грязнокровки, боевой подруги Гарри Поттера и законченной гриффиндорки. Все это давало повод любому слизеринцу с неприязнью относиться к Грейнджер.
Но что-то сегодня за собой Малфой не чувствовал никакой неприязни. Совсем наоборот. Ее прикосновения, движения, тепло ее тела возбуждали, они на какое-то время немного заполнили пустоту внутри Грима. Пустоту, возникшую пять месяцев назад.
Или мантия Грима настолько меняет Малфоя, что он чувствует к Грейнджер что-то положительное? Драко не знал.
Но и менять что-либо ему не хотелось. Пусть все остается как было раньше. Без лишних проблем, мыслей, эмоций.
Так легче.
*
Единственным, что ощущал Боб, была боль. Ужасная головная боль. В голове словно взрывали маленькие гранаты. Открыть глаза пока не удавалось. Боб попытался вспомнить вчерашний вечер. Вместе с каждым воспоминанием в голове взрывалась
Они с Дином отправились в дом убитой цыганки, нашли трубку, потом увидели силуэты каких-то людей. Мракоборцы побежали за ними, но не поймали, лишь увидели вдалеке, как те растворились в воздухе. А потом вроде бы встретили компанию каких-то маглов. Дальше воспоминания обрывались.
Боб открыл глаза. На стене перед ним был какой-то рисунок. Сфокусировавшись, увидел: рука с вытянутым средним пальцем. Боб скосил глаза вниз. На соседней скамейке мирно храпел Дин, сжимая, как дети сжимают ночью игрушку, пустую бутылку. Внизу, рядом со скамейкой, лежала еще дюжина пустых бутылок.
Боб попытался встать, но тут же остановил попытку. Подумал, что головой сейчас лучше не шевелить. Под спиной лежало что-то очень мешающее. Мракоборец осторожно вытащил эту вещь.
— Черт! — простонал он.
В протянутой руке был сломанный отражатель.
========== 11 глава. It’s Fear ==========
It’s the fear,
The fear of the dark
Is growing inside of me
That one day will come to life
Have to save, to save my beloved,
There is no escape
Because my fate is horror and doom
Hold down your head now,
Just let me pass by
Don’t feed my fear,
If you don’t want it out
Это страх,
Страх темноты,
Растущий во мне,
Который однажды войдёт в мою жизнь.
Нужно спасти, спасти любимого.
Но выхода нет,
Ведь моя судьба — тревога и ужас.
Держи себя под контролем,
Просто позволь мне уйти.
Не давай пищи моему страху,
Иначе он вырвется на свободу.
Within Temptation — It’s the Fear
— Мисс Грейнджер, я, конечно, понимаю, что вы будете, как и остальные, веселиться на вечеринке в честь Хэллоуина. Но я очень надеюсь на вашу помощь как старосты. Следить за порядком, за тем, чтобы ученики ничего не подливали в тыквенный сок, ну, вы понимаете, — профессор Морисон ехидно улыбнулся, словно точно знал, кто и что подольет в тыквенный сок.
— Хорошо, профессор, — произнесла Гермиона не очень весело.
Значит, теперь поход на вечеринку будет для нее обязательным. Не удастся остаться в комнате и никуда не пойти, сославшись на отсутствие настроения. Наверное, впервые Гермиона пожалела, что она староста школы.
Вот уже около пяти дней она была во власти непонятной апатии. Ей ничего не хотелось, все окружающее, казалось, было в тусклом свете. Гермиона не понимала, что с ней. Да еще и эта странная боязнь потерять трубку. Гриффиндорка не могла хранить трубку в комнате. Девушку тут же охватывало беспокойство. Ей начинало казаться, что трубку вот-вот украдут, что кто-то заберет ее из комнаты старосты, что вор уже в Хогвартсе.