Грезы
Шрифт:
Лизабет кивнула. Ее радары были чувствительными, и Лизабет знала, когда у Сасс Брандт дела шли не так, как нужно. Она тоже не раз видела, как Сасс сидит и смотрит в темноту, а потом либо засыпает, либо бредет назад в комнаты, которые делит с Куртом. Часто Лизабет казалось, что она что-то чувствует в Сасс, какую-то дыру вместо бурлящей прежде энергии.
И тогда Лизабет хотелось проскользнуть в темноте, сесть возле Сасс, по-матерински обнять или взять за руки и спросить, что же случилось тогда в хижине? Лизабет знала, что Шон забрал часть души Сасс, проделал зияющую дыру в ее сердце. Лизабет
— Да, я знаю.
— Ну? — наступал на нее Курт. — Не думаешь ли ты, что это немного странно? Эти проблемы со сном.
— Она просто расстроена. — Лизабет начала складывать тарелки, но поставщик забрал их у нее, а его косой взгляд сказал ей, что на кухне она нежеланная персона. Почему ей так трудно найти место, где она была бы желанной? Лизабет неохотно отошла в сторону и позволила ему делать свою работу, хотя сама она конечно же сделала бы это лучше. Обычно подобные вечеринки устраивались на деньги Сасс. Не на деньги Курта. На этот раз все оплачивал он, и это, само по себе, позабавило Лизабет. Видимо, он даже решил потратиться, лишь бы ее развеселить.
— Не понимаю, почему она так разочарована. Ведь у нее и прежде бывали осечки. Помнишь, когда ей не дали роль в «Песне ветра»? А ведь ей очень хотелось получить ее. Но в тот раз она не захандрила. Это ей не свойственно. — Курт взмахнул руками. — Она ведь не отступает и не сдается. Просто берется за следующую вещь, какая значится у нее в плане.
— В этом-то и проблема. Та смешная книженция стояла у нее в плане. Она была у нее первой, на какую Сасс решилась, и у нее не получилось ничего. Я знаю, Курт, это нелегко понять, но некоторым людям важно самим контролировать собственную жизнь, — протянула Лизабет.
Курт лениво поднял брови. Он не глуп и не позволит Лизабет уйти так просто.
— Большинство из нас контролирует собственную жизнь. Только такие, как ты, упиваются тем, что забираются с руками и ногами на другого человека ради собственного возвышения.
— Очень хорошо, Курт. С меня два доллара.
Лизабет распахнула двойные двери. Пора отправляться на вечеринку и там потихоньку совать нос во все дела. Достаточно ли закусок? Хватает ли спиртного? Говорят ли о Сасс — в ущерб ей или нет, — чтобы Лизабет могла рассказать ей об этом утром? Разумеется, она подаст все это в виде сплетни, которую нашла смешной. Сасс должна знать такие вещи. Сасс должна знать, кто ее верные друзья.
Курт преградил рукой проход и придержал ногой дверь. После чего сверкнул глазами на Лизабет и прошептал:
— Ты поразительная особа, Лизабет. Почти всегда ты мне кажешься забавной и обычно ничуть меня не раздражаешь. Но когда вдруг начинаешь строить из себя невесть что, я этого не выдерживаю. Ты что, считаешь себя единственной, кому дорога Сасс? Или ты одна знаешь, что для нее хорошо? Ну, так я сообщу тебе новость. Ты знаешь не так много, как тебе кажется. Я сплю с этой женщиной, я разговариваю с ней среди ночи. Я знаю, что творится в ее голове, а когда не знаю, то беспокоюсь.
— Это весьма благородно с твоей стороны, Курт. Уверена,
Лизабет двинулась вперед, с негодованием оттолкнув его руку. Он только покачал головой, глядя ей вслед. Лизабет самая высокомерная особа, каких он только встречал в жизни. Ему попадались красивые и надменные женщины, и это он еще мог простить. У тех и впрямь имелись основания задирать нос. Но Лизабет?
И все-таки Сасс она нравится — трудолюбива, старательна, легко проникает в толпу гостей, роящихся вокруг дома, ходит среди них почти невидимая. Видимо, в таких случаях выгодно обладать незаметной внешностью. Да и в конце концов, кто бы стал делать всю работу без Лизабет?
— Я говорил ей десять раз, что этот проект как раз для нее, — горячо говорил Ричард, бросая взгляды на Сасс, хотя разговаривал с Марком Эвереттом, главой студии «Сони». — Однако Сасс все еще никак не может опомниться. Ты ведь знаешь, какой напряженной была работа над «Перекрестным огнем». Думаю, что ей потребуется еще некоторое время. И уж тогда мы будем готовы к разговору. Верно, Сасс?
Сасс вздрогнула и подняла голову, внезапно осознав, что разглядывает кнопки на рубашке Марка Эверетта. Вечеринка их не предполагала наличие черных бабочек, но ведь он приехал откуда-то еще. Сасс нравились мужчины в смокингах, но у мужчины во фланелевой рубашке такой земной, успокаивающий вид. В нем что-то есть. В мужчине, живущем далеко в горах на…
— Извини, Ричард. Боюсь, что я отвлеклась.
Марк рассмеялся, и Сасс отвела взгляд от Ричарда, глядевшего на нее со смесью едва скрытого разочарования и озабоченности.
— Сасс, и не слушай этого старого козла, — посоветовал Марк. — Если бы я мог устраивать себе после каждого фильма отдых месяца на два, клянусь Богом, я бы это делал. Не беспокойся. Если ты серьезно думаешь поработать с нами над «Островом», то так и скажи. Мы немного подождем и займемся второстепенными съемками. Курт уже намечается на вторую главную роль.
— Ах, Марк, это чудесно, — встрепенулась Сасс. Это была и впрямь прекрасная новость. — Я надеюсь, что ему достанется эта роль. Курт талантливый актер. Я надеялась использовать его в…
— Я уверен, что Курт с ней великолепно справится. — У Ричарда лопнуло терпение. Он так грубо вмешался в разговор, что Сасс отпрянула, однако его предостерегающий взгляд заставил ее молчать. Ричард не хотел больше ни слова слышать об Аляске, Ирландии и той книге. — Сасс, я не думаю, что Марку интересно выслушивать разговоры о том, что могло бы быть, но не вышло. И вообще, давайте забудем о делах. Лучше совершим набег на столы. Закуски просто замечательные.