Грезы судьбы
Шрифт:
– Давай, я взгляну на рану, - я принялась закатывать рукава платья.
– Не стоит, - он коснулся моей руки. Несмотря на прохладу, от его прикосновения мне становилось жарко.
– Не будь ребенком!
– я встала со стула.
– Расстегивай рубашку!
– приказала ему.
Дарек подчинился.
– Рана не критична. Уже затягивается, но все же стоит ее обработать, - без всякого колебания, я оторвала небольшой кусок ткани от нижней юбки. Кроме вина из алкоголя больше ничего я не увидела и щедро полила ткань.
– Что ты делаешь?
–
– Думаю, не нужно говорить, что сейчас будет щипать, - предупредила я и молниеносно приложила ткань к ране.
Дарек сидел неподвижно, но бурно втянул воздух.
– Потерпи, - я принялась дуть на рану.
Впрочем, в этот момент я чувствовала себя полной идиоткой: передо мной был мужчина, а не пятилетний мальчик.
В замешательстве, я взглянула на Дарека.
Наши взгляды встретились, и моё сердце бешено застучало, когда в его глазах я внезапно увидела отражение собственных чувств: осознание того, как близко и довольно интимно, мы находились друг от друга.
Дарек одним ловким движением поднял меня и посадил к себе на колени, крепко прижимая к бедрам.
Он запустил пальцы в мои волосы, надежно зафиксировав голову. Дарек нежно коснулся моих губ, и я невольно поддалась его власти. Закрыв глаза, я ответила на его поцелуй, сначала изучающий, постепенно превращающийся в страстный. Я обхватила его руками и притянула к себе. Поцелуй показался мне просто невероятным, ни один мужчина не целовался так, как Дарек.
Это все творит со мной его магия?
Я издала стон, голова пошла кругом. Отстранившись на долю секунды от моих губ, Дарек поднял меня, усадил на стол и быстро опрокинул на спину. Он снова начал изучающе целовать мои губы и шею. Рука, такая теплая и нежная, гладила мою обнаженную грудь, рассыпая дорожку поцелуев от груди до плоского животика.
Когда он успел, черт возьми, снять с меня платье?
Мы ничего не говорили, но в наших взглядах все можно было понять без слов.
Я глубоко вздохнула и закрыла глаза. Запоминала и впитывала, как губка, каждое прикосновение мягких губ. Дарек, лаская меня, перешел на более грубые действия, покусывая упругую кожу, но тут же одаривая ее нежными поцелуями.
Я издала стон и выгнула спину, будто кошечка, прогибаясь ему навстречу, приглашая не заканчивать.
– Сара, ты такая красивая! Тебе нравится?
– от его вопроса, произнесенного бархатным протяжным голосом, у меня по спине побежали мурашки.
А что тут может не нравиться?
– Да!
– ахнула я от прилива чувств.
Я уже забыла, какое это чувство, когда тебя так сильно мучают в блаженстве.
О боги, да я создана, чтобы быть оттраханой прямо сейчас на столе!
– Мне это нужно, - взмолилась я, двигая бедрами, нуждаясь в большем.
– Что ты хочешь?
– касаясь моего уха, поддразнил он.
– Тебя… - прошептала я, прикусив нижнюю губу.
– Тогда получай!
Дарек раздвинул мне ноги и одним рывком вошел. Он двигал бедрами и наблюдал, как я
Мои крики удовольствия словно создавали музыку, пока не смешались с пульсацией крови, доводя до нового взрыва внизу живота.
Дарек захватил моё лицо, целуя долго и жадно, от чего мы задвигали бедрами в одном ритме так, как если бы оба услышали одну и ту же песню в полной тишине комнаты.
Глава 13
– Патрик! Но… как ты… - я, ошарашенная, не сводила с него взгляда.
– Сара, господи! Ты цела?
– он развел руки.
Я покачала головой, приходя в себя. В этом параллельном магическом мире я точно не ожидала увидеть Патрика.
Вся испачканная, в лохмотьях, с ободранными ногами, сделала один шаг в сторону Патрика. Ночь в холодной камере дала о себе знать: я очень простудилась. Ноги и руки были в ранах, спина и ребра болели так, что при каждом вздохе приходилось закусывать губу.
– Я скучал, Сара!
Что-то в его взгляде меня пугало. Но преодолев волнение, я сделала еще шаг навстречу.
– Пат… - и тут меня накрыл приступ кашля.
Сон неожиданно прервался, и я открыла глаза. В горле першило, и пришлось откашляться.
Утро. Какое-то непонятное чувство… Странный осадок таился внутри меня. Неясный, но незыблемый.
По Патрику я не скучала, но было странным видеть его во сне.
Я потянулась, повернулась на бок и увидела ЕГО.
Дарек!
У меня уже вошло в привычку смотреть, как он спит. Бормоча что-то и смешно морща нос, он перевернулся на живот. Еще раз блаженно потянувшись, вскочила с кровати и прошлепала босыми ногами к окну. А по дороге чуть не сшибла стул, где лежали мои вещи. Надев белье и платье, зашнуровав ботинки, я распахнула шторы на окнах…
Снег!
Он был похож на вату, плавно спускающуюся с неба. Я открыла окно, впуская в комнату свежий воздух. Там, за окном, крупные хлопья пушистого снега покрывали землю белой пеленой. Пушистый… Так я думала, пока не укололась ледяной иголочкой.
– Черт!
– выругалась вслух и сунула палец в рот.
– Сильно поранилась?
– услышала голос Дарека и обернулась. Когда он успел встать и бесшумно привести себя в порядок?
Он был во всем черном: длинный теплый плащ, жилет, атласная рубашка, высокие кожаные сапоги и штаны. Рубашка была расстегнута до середины, обнажая мускулистую грудь.
Я отрицательно покачала головой и несколько нервно сглотнула, вспоминая прошлую ночь.
– Дай посмотрю!
– улыбнулся Дарек. Взяв мою руку, он провел пальцем по месту, где наливалась капелька крови.
– Снег у нас коварный в этих местах, - почувствовала тепло его рук. Ранка затягивалась на глазах.
– Теперь точно все в порядке!
– А как же твоя рана?
– я ласково улыбнулась и просунула руку под его рубашку.
– Думаю, если ты начнешь её осматривать, то остаток дня мы проведем в постели, - он перехватил мою ладонь и поднес к губам.
– Нам надо спешить!