Грезы Мануэлы
Шрифт:
— Значит, вы говорили о суевериях и народных обрядах, — сказал Фернандо и улыбнулся. — Может, вы и мне расскажете об этом подробнее? Я знаю, Бернарда, что вы опытная женщина, и мне интересно будет послушать.
— Нет, нет, — покачала головой Бернарда. — Видите ли, мужчинам не полагается об этом знать, пока не родится их первенец. Для каждой молодой матери это дело слишком личное, и мужчинам не положено обо всем знать. Мужчина только должен терпеливо ждать появления ребенка и во всем помогать своей жене,
— И что же я, по-вашему, должен сейчас делать?
Бернарда развела руками.
— Вы должны пока обождать и не приставать к сеньоре с назойливыми расспросами. Сеньора Исабель была сегодня у доктора Вилья и, конечно, узнала там какие-то новости. Я решила, что должна предупредить ее, рассказать ей о разных случаях, связанных с беременностью и рождением детей, научить ее тому, чему в молодости научилась в своей деревне.
— Вот как? — удивился Фернандо. — Значит, у Исабель есть новости? Я жду уже целый час, и что же мне удалось узнать?
Фернандо приблизился ближе к Исабель и обнял ее за талию. Бернарда нарочито кашлянула, подавая дочери знак, чтобы та молчала.
— За сегодняшний день я уже узнал, — продолжал, обращаясь к Исабель, Фернандо, — что ты была у доктора Вилья, что у тебя есть какие-то новости и что ты веришь в народные обряды и приметы. Ну а если ты веришь, то и я готов поверить. Ни один член семьи Салиносов против этого возражать не будет. Но я уже устал ждать. На ваши разговоры я даю еще ровно десять минут, иначе я вышибу эту дверь.
Фернандо круто развернулся, чтобы уйти, но передумал. Он хитро прищурился и подошел к Исабель, обнял ее. Исабель слегка отстранилась от него.
— Да ты пьян, Фернандо! — сказала она.
— Как ты красива! — не обращая внимания на ее слова, воскликнул Фернандо. — Любовь моя, не прихорашивайся, ты и так прекрасна! Если вам, женщинам, нужно поговорить о суевериях, то пожалуйста! Но только десять минут.
— Хорошо, дорогой! — сказала Исабель. — Спускайся вниз, я скоро последую за тобой.
— Я жду тебя, — еще раз напомнил Фернандо.
— Ну конечно, — заверила его Исабель.
Когда Фернандо вышел, Бернарда, встряхнув Исабель за плечи, строго потребовала:
— Ты ни в коем случае не должна говорить ему правду! Никогда, понимаешь?
— Я, по-твоему, опять должна лгать?
— Исабель, — умоляюще заговорила Бернарда. — Ты ведь уже солгала однажды, когда скрыла, кто твоя настоящая мать. Теперь тебе придется продолжать лгать, если ты не хочешь, чтобы этот замок рухнул и похоронил тебя под своими руинами. Прошу тебя, пойми меня правильно, ты никогда об этом не пожалеешь.
— Да перестань, Бернарда! — прокричала Исабель. — Мой воздушный замок уже давно рухнул. Все мои надежды истлели вместе с ожиданием
— Я все понимаю, дочка. — Бернарда говорила тихим, но твердым голосом. — Я понимаю даже больше, чем ты думаешь. Тебе придется выслушать меня, и ты сделаешь то, что я тебе скажу. Ты никогда не была и не будешь матерью, а я ею являюсь. Во мне твоя жизнь и твое спасение. Я знаю, что ты будешь умницей. Кто смог выдержать Герреро — выдержит и это. Они отличаются, но обе нужны для твоего счастья.
Исабель разочарованно взмахнула рукой.
— Цена этого счастья растет с каждым днем!
Бернарда прищурилась и внимательно посмотрела на дочь. Ей показалось, что Исабель смеется над ее словами.
— Мне ли этого не знать, дочка? Я начала платить за это счастье еще там, на Сицилии, почти тридцать лет тому назад. И я никогда не отступлюсь от своих слов и поступков. Мне и тебе не на кого надеяться. Пусть теперь он будет бесплоден!
— Кто? — спросила удивленно Исабель.
— Фернандо — бесплоден и виновен. Пусть возьмет на себя этот грех.
— Что ты такое говоришь, Бернарда?!
— Да. Ты никогда не скажешь об этом прямо, Исабель. Фернандо должен сам догадаться, что это он не в состоянии зачать ребенка.
— Но как же он догадается?
— Не волнуйся, я обо всем позабочусь. Только не забудь, Исабель: ему должны будут сделать анализы и их результаты должны неопровержимо доказать, что бесплоден он, а не ты.
— Бернарда, ты сошла с ума!
— Нет. Я знаю, что говорю. А вот что касается тебя, то ты должна заучить как молитву: никогда и нигде не говори о своем бесплодии! Это Фернандо физически не способен иметь детей, и с этого момента он виновен. Природа не дала ему счастья продолжить свой род — вот истинная правда, начиная с этого момента.
Исабель оперлась о подоконник и стояла не шелохнувшись. Она не ожидала такого поворота событий. Решение Бернарды было страшным. Исабель прекрасно знала свою мать и была уверена, что та уже никогда не отступит от задуманного.
— Что ты молчишь? — спросила Бернарда.
— Я еще что-то должна говорить? — отозвалась Исабель. — По-моему, ты сама уже все решила. Мне нечего тебе сказать, я вынуждена подчиниться.
— Вот и хорошо, дочка! — похвалила Бернарда. — Я все устрою, и ты ни о чем не должна волноваться. А теперь иди к своему мужу. Ты не должна заставлять его слишком долго ждать.
Фернандо сидел в кресле, закинув ноги на стол. Он потягивал из бокала виски и то и дело смотрел на часы. Рядом стоял дворецкий Лоренцо и делал вид, что поведение хозяина его совсем не смущает.