Грешники

Коллинз Джеки

Она обвела публикацию черной ручкой и позвонила своему агенту. Ей предстояло два дня сниматься в фильме Конрада. Группа отправилась на натуру, не успев дойти до сцен с участием Клаудии. Однако кинокомпания обещала ее агенту, что по возвращении группы девушку пригласят для съемок.

Она сообщила агенту хорошие новости. Он обещал проконтролировать ситуацию.

Клаудия лениво потянулась. Последние несколько месяцев до переезда в пентхаус прошли весело, хотя Дэвид начал немного надоедать. Пентхаус был великолепным. Он производил впечатление на

всех ее друзей. Она много фотографировалась здесь и всегда радовалась, видя свои снимки в различных журналах, — «Очаровательная молодая актриса и фотомодель Клаудия Паркер отдыхает в своем роскошном пентхаусе».

В два часа придет Джайлс, он будет снимать ее обнаженной для популярнейшего американского мужского журнала. Клаудия надеялась, что Дэвид задержится на работе допоздна, он недолюбливал Джайлса, хоть и не догадывался, что у них был когда-то роман. В любом случае, узнав, что она позирует голой, он взбесится. В этом отношении он придерживался старомодных взглядов. Журнал платил ей и Джайлсу большие деньги за подборку фотографий. И она была вовсе не прочь продемонстрировать свое тело. Ей было что показать.

Зевнув, она вытянулась в кровати. Скоро надо будет заняться своей внешностью, а пока можно отдыхать.

Дэвид приехал в офис усталым и раздраженным.

Секретарша поздоровалась с ним; лицо ее было обеспокоенным.

— Мистер Купер, ваш дядя хочет срочно вас увидеть. Его помощница сказала, что вам следует немедленно отправиться к нему в кабинет.

Что еще? Вызов к дяде Ральфу никогда не сулил ничего хорошего. Дядя неодобрительно отнесся к его разрыву с Линдой. Развод считался грехом; дядя Ральф в удобных ему случаях мог быть весьма религиозен.

Дядя Ральф сидел за столом в своем довикторианском кабинете, напоминая маленького плешивого канюка. Его секретарша Пенни, блондинка с большими глазами, провела Дэвида к шефу.

Дэвид оценивающе оглядел ее сексапильные длинные ноги, едва прикрытые мини-юбкой. Дядя Ральф позаботился о том, чтобы у него была единственная во всем здании хорошенькая секретарша.

— Доброе утро, Дэвид, — буркнул дядя Ральф. — Садись, садись. Хочу поговорить с тобой о заказе фирмы, производящей цельную консервированную фасоль.

— Он от нас уплыл.

— Совершенно верно. Об этом-то я и хочу с тобой потолковать.

Дядя погрузился в чтение длинной лекции о том, почему они потеряли заказ; по его мнению, причина крылась в усталости и недостаточном служебном рвении Дэвида. Дядя Ральф намекнул на то, что работа оказалась не по плечу Дэвиду.

Дэвид слушал внимательно, анализируя каждое слово, произнесенное дядей Ральфом, которое почти всегда имело скрытый смысл. На самом деле дядя Ральф говорил следующее: «Не приползай сюда обессиленным после ночи, проведенной с горячей крошкой. Либо работай с полной отдачей, либо убирайся из фирмы». Он завершил свой монолог информацией о том, что представитель «Консервированной фасоли» мистер Тейлор проведет в городе еще один вечер; бизнесмен

готов пересмотреть решение насчет заказа.

— Угости его обедом, — приказал дядя Ральф. — Расскажи ему о наших планах; не жалей красок. Накачай его спиртным, развлеки. Своди мистера Тейлора в ночной клуб, найди ему девочку. Сделай его счастливым. Придумай что хочешь, но мы должны вернуть заказ.

— Хорошо, сэр.

Дэвид встал.

Пенни сидела в приемной, скрестив ноги под столом. Она многообещающе улыбнулась Дэвиду своими невинными широко раскрытыми глазами. Любопытно, спит ли она с уродливым старым канюком, мимоходом подумал Дэвид; по зданию бродил слух, что она была любовницей дяди Ральфа. Дэвид не отказался бы отплатить дяде, переспав с его секретаршей.

Он склонился над ее столом:

— Почему мы встречаемся с вами только здесь?

Ее лицо расплылось в улыбке, она открыла рот, чтобы ответить, но тут зажужжал зуммер, и девушка поспешно вскочила. Дядя Ральф предвидел этот шаг со стороны Дэвида и для пущей безопасности вызвал Пенни в кабинет.

Она упорхнула, соблазнительно мелькнув ногами, выглядывающими из-под мини-юбки.

Мрачный Дэвид вернулся в собственный кабинет, к своей бледной, плоскогрудой секретарше, похожей на серенькую мышку. Она пыталась скрыть свое увлечение Дэвидом, отчего ее чувства еще сильней бросались в глаза.

— Мистер Купер, — обеспокоенно спросила она, — все в порядке?

— Все отлично.

Он с печальным лицом сел за стол.

— О, дорогой мистер Купер, — секретарша едва не заламывала руки. — Дорогой, надо же и этому состояться сегодня.

— Что такое?

— Сегодня у вас развод.

Она опустила глаза.

— Я имею в виду…

Ах да, он совсем забыл об этом. Как странно, что Линда идет в суд разводиться с ним, а он даже не обязан присутствовать там. Это удивляло его.

Недавно адвокат письменно уведомил Дэвида о дате развода. Юрист сказал, что они для проформы пошлют в суд кого-нибудь из конторы.

Секретарша смущенно замерла над его столом.

— Спасибо за приятное напоминание, мисс Филд, — сказал Дэвид.

Она вспыхнула.

— Извините, я думала, вы знаете…

Она помолчала.

— Хотите кофе, мистер Купер?

— Это было бы неплохо, мисс Филд.

Она радостно выбежала из кабинета.

— Сукин сын! — пробормотал Дэвид, имея в виду дядю Ральфа. — Сукин сын!

Вестибюль суда нагонял тоску. Люди сновали в разные стороны, разбегаясь по коридорам и лестницам. Общая атмосфера была гнетущей.

Адвокат Линды, крепко держа женщину за руку, провел ее по ряду коридоров и лестничных маршей. Казалось, они добирались до нужного им зала целую вечность.

— Надеюсь, ваше дело будет рассмотрено до перерыва на ленч, — сказал адвокат. — Во всяком случае, такая надежда есть.

— Сколько времени это займет? — нервно спросила Линда.

— Немного. Тут все ясно. Формальности завершатся быстро.