Грешник

Клейтон Келси

— Когда тебе было десять, может быть, но ты больше не маленький мальчик, Грейсон. Тебе восемнадцать, и ты более чем способен не стать пешкой в играх ее отца. Я имею в виду, если только ты не боишься, что влюбишься в нее.

Фыркая, я качаю головой. — Пошел ты. Ты же знаешь, я ни в кого не влюбляюсь.

— Хорошо. Просто убедись, что ты не позволишь этому случиться.

Звук того, что кто-то входит в комнату, привлекает мое внимание. Саванна прислоняется к дверному проему, одетая только в мою футболку, и меня немедленно тянет к ней.

— Тай, мне

нужно идти. Я напишу тебе позже.

Он хихикает. — Повеселись.

Не попрощавшись, я вешаю трубку и еще раз оглядываю ее с ног до головы. Она великолепна, в этом смысле даже не нужно стараться, и все, чего я хочу, это отметить каждый дюйм ее кожи.

— Привет. — Она приветствует меня, не подходя ближе.

Я встаю и подхожу к ней, кладя руки ей на талию. — Привет.

— Я собираюсь пойти одеться, а потом попрошу Делейни отвезти меня домой.

Осторожным движением она приподнимается на цыпочки и целует меня. Это быстро и так же мило, как и она сама, но это только заставляет меня хотеть ее еще больше. Я борюсь между тем, чего хочу я, и тем, чего хочет мой отец, когда, наконец, одно из них побеждает.

Она собирается отвернуться, но я останавливаю ее, нежно касаясь рукой ее щеки. — Не надо.

Глава 19

Грейсон

Мы с Саванной проводим все выходные вместе. Мы оба ненасытны, что приводит к тому, что мы занимаемся сексом в стольких местах вокруг моего дома, сколько можем. Кухня, кабинет, душ. Мы даже задаемся вопросом, сможем ли мы выбраться на крышу, но из соображений безопасности и ради Делейни, которая, вероятно, могла видеть нас из окна своей спальни, мы решаем этого не делать.

Когда мы не являемся потным месивом из переплетенных конечностей и хриплых стонов, мы смотрим фильмы и предпринимаем неудачную попытку испечь торт. Что я могу сказать? Она на вкус намного слаще. Мы двое смеемся так, как не смеялись годами, и к тому времени, когда я высаживаю ее в воскресенье вечером, мы оба измотаны.

***

В понедельник в школе я уже чувствую сдвиг в нашей динамике. Я не постоянно борюсь между разрушением ее жизни и срыванием с нее одежды. Она бросает в мою сторону тонкие взгляды, а взгляд в ее глазах говорит мне, что она прокручивает в уме прошедшие выходные. Это пытка — так сильно хотеть ее и ждать, но я, блядь, живу ради этого.

К полудню Джейс держал свои руки при себе, а Саванна держалась подальше от его колен. Тем не менее, я знаю, что если у нее возникнет хоть малейшее подозрение, что я снова втираю Кинсли в ее лицо, будет больше того, что она сделала в пятницу днем. Поскольку я не могу справиться с этим, не рискуя судимостью за избиение любимого кикера Хейвен Грейс, я знаю, что мне нужно сказать Кинсли, что все кончено.

Текстовое сообщение с просьбой встретиться со мной у моего шкафчика перед обедом — идеальное место, чтобы покончить с этим, не давая Саванне удовольствия думать, что она выиграла. Знакомые темно-каштановые волосы идут по коридору. Судя

по улыбке на ее лице, у нее неправильное представление о том, что это такое.

— Привет, — жеманничает она, обнимая меня за шею и собираясь поцеловать.

Я поворачиваю голову как раз вовремя. — Нет, прекрати. — Убирая ее руку, я делаю шаг назад. — Я просил тебя прийти сюда не для того, чтобы мы могли переспать.

— Тогда что? — Пока она изучает выражение моего лица, я вижу момент, когда оно щелкает. — Грейсон, это не смешно.

— Кто шутит?

Скрестив руки на груди, она источает гнев. — Ты шутишь? Ты хоть понимаешь, какую ошибку совершаешь?! Я лучшая, кто у тебя когда-либо будет, ты это знаешь? Как ты мог так поступить со мной?

Чем больше она кричит, тем меньше у меня терпения. Наконец, когда она толкает меня, с меня хватит.

— Ладно, хватит. Ты ведешь себя так, как будто у нас все серьезно или что-то в этом роде. Новость, мы не были. Все, что произошло между нами, — это пара минетов, и это было больше месяца назад. Не веди себя так, будто ты этого не предвидела.

Она застигнута врасплох, и ей явно не нравится, когда ее ставят на место, но, когда ее взгляд останавливается на чем-то позади меня, выражение ее лица становится жестче. — На что, черт возьми, ты смотришь?

Оттолкнув меня, она стремительно уходит. Мне не нужно оборачиваться, чтобы увидеть, кто там стоит — я это чувствую. Гул в воздухе, сексуальное напряжение настолько сильное, что я могу задохнуться от него, напряжение в груди, требующее, чтобы я пошел к ней. Конечно, это Саванна, и она слышала все, что я надеялся, что она не услышит.

— Разве ты не должна быть на обеде?

Она усмехается, прежде чем пойти к своему шкафчику. — Разве ты не должен?

Я наконец поворачиваюсь к ней лицом. — Мне нужно было кое, о чем позаботиться.

— Так я слышала. — Улыбка на ее лице не скрывает ее веселья. — Расставания — это тяжело.

— О, заткнись. Ты все это время знала, что это подделка.

Она закрывает свой шкафчик и идет назад, подняв руки вверх, счастливо ухмыляясь. — Эй, я не сказала ни слова.

Я не могу удержаться от смеха, качаю головой и бегу за ней. Она визжит и пытается увернуться от меня, но мои руки обхватывают ее за талию, притягивая к себе. Хихиканье, слетающее с ее губ, — это то, что я хочу спрятать в бутылку и положить в карман на черный день. В тот день, когда все это закончится, и она оставит разбитый беспорядок, которым я хочу, чтобы она была.

***

Я выхожу на задний двор, направляясь прямо к домику на дереве. Саванна следует за мной, но не совсем в восторге от моей идеи исследовать заброшенное строение.

— Серьезно, давай. С тобой все будет в порядке.

Она качает головой. — Нет. Посмотри на это, Грей. Этой вещи двенадцать лет, и в нее не играли восемь. Кроме того, представь всех пауков, которые там.

Я закатываю глаза и кладу руки ей на бедра, поднимая ее на лестницу. — Там нет никаких пауков. Я уже заходил сюда, чтобы проверить. Вперед, вперед.