Грешник
Шрифт:
— Домина, отдавая нам полтысячи золотых за этот бочонок, вы приобретаете не просто немного уникальной жидкости. Вы получаете эксклюзивное право ей распоряжаться. Если наша сделка сейчас состоится, то, клянусь бородой Воргана, — вставил я слышанную у Астала присказку, — мы все подобные находки в дальнейшем будем реализовывать только через вас. У вас совсем не будет конкурентов. Вы будете продавать вельможам редкую возможность попробовать историю на вкус. Ведь вполне вероятно, что эту огненную воду пили еще создатели Айну…
Когда я снова заговорил о самогонке, женщина
— Что ж, это интересное предложение… — промолвила леди, задумчиво барабаня кроваво-красными ногтями по столешнице. — Но мне потребуется время, чтобы убедиться в том, что ваш напиток именно такой уникальный, как вы мне пытаетесь доказать…
— В таком случае, домина Флогия, — безапелляционно заявил я, — мы вас покидаем и не смеем больше беспокоить. Всего доброго.
Уставший уже удивляться Астал квадратными глазами следил за тем, как я подхожу к столу хозяйки особняка и забираю с него бочонок с огненной водой. Я всей кожей ощущал его намерение завопить во все горло: «Какого хрена ты творишь?!» Но, тем не менее, он сумел обуздать свой порыв и не замешкался, когда я исполнил прощальный поклон. Великан тоже чисто символически опустил подбородок в подобии вежливого кивка и затопал следом за мной к двери.
Однако, не успели мы сделать и пары шагов, как нас остановил властный, но вместе с тем в какой-то степени деликатный оклик Флогии.
— Постойте… не торопитесь меня покидать.
Видя, что я остановился, замер и Астал. Мы с ним почти синхронно развернулись, и я поспешил изобразить на лице вежливое внимание.
— Что происходит? — С некоторой прохладой в голосе осведомилась женщина. — Разве я вас чем-то обидела, что вы так стремительно решили прервать нашу встречу? Разве мое желание убедиться в том, что я покупаю не кота в мешке, это что-то оскорбительное для вас?
— Вовсе нет, домина Флогия, — предельно мягко ответил я, — мы прекрасно понимаем ваше стремление обезопасить свои вложения. Однако и вы нас поймите. У нас уже есть покупатели, готовые выложить пять сотен золотых монет только лишь за один этот бочонок.
Для наглядности, я слегка встряхнул емкость с огненной водой, надеясь, что Астал своей глупой рожей не сломает мне весь блеф.
— К вам же мы пришли потому, что изначально не только хотели получить в два раза большую сумму за свой товар, но и предложить вам стать единственным его продавцом…
В первую секунду на лице Флогии появилось выражение, будто она подавляет в себе сильное желание вызвать сюда того франта, чтобы он вышвырнул нас отсюда. И останавливало ее, наверное, только опасение, что усатый мачо не совладает с двухметровым Асталом. До чего она додумалась я так и не знал, потому что чуть погодя, напряженные складки на ее лбу разгладились, а насупленные
— Я услышала тебя, моя прелесть, — проворковала она своим фирменным бархатным тоном, глядя мне прямо в глаза, — и я принимаю твое предложение. Только я выставлю тебе единственное условие — к угасанию пятого осколка ты доставишь мне в десять раз больше огненной воды, чем привез сегодня.
Поджав губы, я отрицательно покачал головой. Угасание осколков — это такой местный аналог лунного календаря. В ночном небе висит четырнадцать крупных обломков бывшего спутника, и тень от планеты, в зависимости от времени года, одномоментно может закрывать от двух до шести из них. И вот местные как-то подметили эту особенность и приноровились делить год на не совсем равные части. Сам я еще откровенно путался в этих небесных комбинациях, но кое-что все-таки запомнил. Если я правильно понял всю эту схему, то этой планеты закроет пятый осколок примерно через полтора месяца. То есть, совсем скоро.
Не то чтобы я не успел прогнать за это время нужное количество браги через свой самодельный аппарат, вовсе нет. Проблем с этим не должно было возникнуть. Основная загвоздка была в том, что я не собирался все свободное время проводить за дежурством перед перегонным кубом, лишь бы удовлетворить аппетиты местной платежеспособной элиты. Мне было нужно иногда выкидывать небольшое количество товара на прилавок, и получать за него максимально большой барыш, а потом продолжать спокойно заниматься своими делами. Можно было бы, конечно, расширить производство. Но заниматься этим высокорисковым мероприятием за ветхими стенами кузницы и хлипким заборчиком затея явно глупая. Во-первых, это может стать слишком заметно. Во-вторых, достаточно и одного «во-первых». А потому, ни о каких промышленных объемах огненной воды речи идти не может…
А кроме того, я уже в разговоре обозначил, что продукт крайне редкий. И если вдруг я соглашусь на это требование и нарою по щелчку прелестных пальчиков Флогии целых десять бочек, то это поставит под вопрос всю мою легенду.
— Боюсь, домина, вы не совсем верно нас поняли. — Моя ладонь почти нежно погладила зажатый подмышкой бочонок. — Запасы этой редкости во всем мире ограничены и, скорее всего, невосполнимы на данном уровне развития человечества. Уже один только факт, что мы нашли нетронутый сосуд с огненной водой — это настоящее чудо. Мы не можем обещать, что раздобудем еще хоть одну каплю этого напитка, но в то же время, клянемся приложить все усилия, чтобы найти еще.
— Хм… на удивление прямо и откровенно, — с сомнением пробормотала Флогия, но мне уже было ясно, что она заглотила наживку. — И вы оба готовы поклясться, что никто иной не получит аналогичный товар?
— Если мы договоримся, то из наших рук его не получит никто кроме вас, домина, — подтвердил я. — Но мы не можем гарантировать, что подобное сокровище не найдет кто-нибудь еще.
— Принимается, — кивнула леди. — Значит, и работать вы обязуетесь только со мной?
— Именно. По крайней мере до тех пор, пока наше с вами сотрудничество будет приносить выгоду.