Грешник
Шрифт:
Сабина опустила взгляд и провела пальцами по краю канапе. Эта неуверенность была очень непохожа на Сабину, которая когда-то схватила молодого горца и недвусмысленно дала ему понять, чего она от него хочет. Алекс откинулся на спинку и стал ждать продолжения.
— У меня есть ребенок, — сказала Сабина.
— Поздравляю. — Алекс пожал плечами. — Наверное, это порадовало твоего мужа в его преклонном возрасте.
Ее мужу было лет восемьдесят, не меньше.
— Вряд ли, поскольку ребенок, разумеется, не от него. — Сабина пристально
У Алекса возникло неприятное ощущение где-то внутри.
— Когда ты родила этого ребенка?
Сабина подняла взгляд к потолку и дотронулась пальчиком до напудренной щеки.
— Попытаюсь вспомнить… — В ее голосе послышались резкие нотки. — Да, точно, ребенок родился ровно через восемь с половиной месяцев после того, как наш с тобой роман закончился.
«Не хочет же она сказать, что этот ребенок мой?» Чего Алекс не мог понять, так это зачем она рассказывает ему эту ложь.
— Наш роман начался и закончился вскоре после того, как я прибыл во Францию. — Алекс изогнул бровь. — Но после этого я пробыл во Франции еще пять лет. Если бы ребенок был от меня, то такая изобретательная женщина, как ты, наверняка могла бы найти способ со мной связаться.
— У меня не было причин сообщать тебе. Я не хотела, чтобы об этом кто-то узнал. Траур по мужу дал мне подходящий повод удалиться от общества на несколько месяцев.
Это могло объяснить, почему он никогда не слышал о ребенке Сабины. Однако это не означало, что ребенок от него.
— Но почему было не признаться мне, если ты считала, что ребенок от меня? — спросил он.
— Я боялась, что ты поднимешь вокруг этого шум.
Сабина отвернулась к окну и стала смотреть наружу. Алекс выпрямился.
— С какой стати? Мужчины так себя не ведут.
— Каким бы ты ни был легкомысленным с женщинами, — сказала она с оттенком иронии, — я знаю, что вы, горцы… необычайно серьезно относитесь к кровному родству.
— Сабина, хватит играть со мной. — Алекс наклонился вперед и взял ее за руки. — Если ребенок действительно есть, почему ты думаешь, что он мой? Я не поверю, что был твоим единственным любовником.
Она бросила на него недовольный взгляд:
— В то время, когда я забеременела, ты был моим единственным любовником.
— Скорее таким, кого ты считаешь достаточно легковерным, чтобы поверить в неожиданное отцовство.
— Если ты помнишь… — Голос Сабины стал острым как бритва. — Мы две недели не выходили из моего дома. При всей моей изобретательности я бы не смогла в то же самое время завести еще одну интрижку.
Не выходили из дома? Да они и кровать-то редко покидали, разве что затем, чтобы заняться любовью на полу или у стены. Алекс помнил, как вымуштрованные слуги оставляли подносы с едой и напитками за дверью спальни. И все же Сабина вполне могла соврать про время, когда был зачат ребенок.
—
Должно быть, она думает, что он примет любого светловолосого ребенка за своего. И все же если ребенок его, то у него были основания прийти в ярость.
— Значит, ты все это время считала, что ребенок от меня! — Алекс повысил голос. — И ничего мне не говорила?
— Я хотела сохранить существование ребенка в тайне.
Алексу захотелось как следует встряхнуть Сабину, так, чтобы у нее зубы застучали. Пытаясь взять себя в руки, он глубоко вздохнул и только после этого заговорил снова:
— Тогда зачем ты рассказываешь мне это сейчас?
— У меня кончились деньги. — Сабина посмотрела на него сквозь ресницы. — Поэтому я должна снова выйти замуж.
У Алекса сердце ушло в пятки, казалось, он даже слышал, как оно там стукнулось. Неужели она хочет, чтобы он признал ребенка и женился на ней? Худшей жены он и представить себе не мог. Ведь Сабина точно такая же, как он сам.
— Я не бедняк, — сказал он, — но и не богач. У меня нет средств, чтобы содержать тебя и ребенка.
На мгновение на лицо Сабины набежала тень, а потом она запрокинула голову и от души расхохоталась.
— Алекс, я не предлагаю тебе жениться на мне! — Она показала рукой за окно. — Ты можешь представить меня живущей в этой глуши?
Если она Эдинбург считает глушью, тогда поездка на остров Скай показалась бы ей путешествием в Аид через реку Стикс.
Сабина промокнула глаза кружевным платочком, все еще трясясь от смеха.
— Найти богатого мужчину нетрудно, на самом деле я уже обручена.
«Моего ребенка будет растить другой мужчина?» Алекс встал и заходил по комнате.
— Трудность в том, что я не могу рисковать, мой жених не должен знать, что у меня был внебрачный ребенок. — Сабина с минуту молчала. — Он щедрый, даже чрезмерно щедрый, но его управляющий слишком серьезно относится к своим обязанностям. Представь, этот мерзавец следит, куда уходит каждый пенс!
— Какое все это имеет отношение ко мне? — спросил Алекс.
— Я боюсь, что если буду продолжать тратить деньги на ребенка, мой секрет будет раскрыт. — Она замолчала и облизнула губы. — Поэтому я привезла ребенка сюда.
Алекс подумал, что ослышался.
— Ребенок здесь?
— Не во дворце, конечно. — Сабина стала обмахиваться рукой, как веером. — Но она здесь, в Эдинбурге.
— Она?
«Боже правый, неужели Сабина говорит, что его ребенок — девочка?»
— Мне говорили, что она… гм… необычный ребенок, — сказала Сабина.
— Тебе говорили?
— Ты же не думаешь, что ребенок жил со мной?
Сабина закатила глаза, как будто ее раздражала его бестолковость.
— Не думаю, — язвительно согласился Алекс. — Иметь под боком ребенка было бы слишком неудобно.