Грешница

дю Террайль Понсон

— Ты должен увезти ее.

— Та… та… — проговорил Рокамболь, глава которого заблестели. Взгляд этот не ускользнул от внимания сэра Вильямса.

— Однако, прелестный друг, — заметил ему Андреа, — если вы не будете вести себя прилично, то вы ведь не получите миллиона, да и, кроме того, будете еще убиты.

— Я буду скромен, дядя, но куда же мне свезти похищенную девушку?

— В Гавр, где я возобновил сношения с одним из моих лондонских приятелей по имени Джон Берд. Этот чудак ведет теперь очень недурно свои дела; он теперь капитан торгового корабля и пользуется большим

уважением в своей среде… Этот-то Джон Берд остался вполне верен своему старому капитану и вообще сделает для меня все, что только можно и что мне будет угодно.

— Это излишние подробности, — заметил Рокамболь, — переходите-ка лучше, дядя, прямо к настоящему делу.

— Я долго думал насчет будущности Баккара, — продолжал сэр Вильямс, — и остановился на том, чтобы отправить ее на Маркизские острова.

— Черт побери!

— И дать возможность этой милочке сделаться женой какого-нибудь антропофага или быть съеденною им. Она довольно красивая девушка!..

— Славная мысль, — заметил холодно Рокамболь.

— Конечно!-

— Но как привести ее в исполнение?

— С помощью моего друга Джона Берда. Он грузит в Гавре какие-то товары, которые везет в Австралию. Он теперь в Париже.

— Он согласен?

— Вполне, и высадит ее на каком-нибудь пустынном берегу, где и найдут ее дикие… он даже, вероятно, сумеет продать ее за хорошую цену.

— Все это хорошо, но как передать ее Берду?

— Очень просто: ты сперва увезешь жидовочку и поручишь ее вдове Фипар, а затем уведомишь Баккара, что ее похитил негр… негр этот будет твой.

— Вантюр?

— Ну, да… конечно.

— В письме ты добавишь, что корабль, на котором он находится, стоит покуда в Гавре и что затем «Фаулер» отправится в Сент-Мало… там она найдет «Фаулер» на рейде и, конечно, поедет на корабль — остальное обделает все Джон Берд.

— Все это трудно исполнить. .

— Если ты не сделаешь этого, то и не получишь миллиона, — заметил ему совершенно хладнокровно сэр Вильямс.

Рокамболь молча пожал плечами.

— Все? — спросил он.

— Почти. Ты приедешь затем в Керлован, где я тебе устрою опять свидание с Жанной, на котором тебя застанет сам Арман… он вызовет тебя на дуэль, ты нанесешь ему ловкий удар шпагой и получишь свой миллион.

— Отлично, дядя, отлично!..

— Ты условишься встретиться с Джоном Бердом в кабачке под вывеской «Свидание пешеходов».

После этого они расстались.

На другой день после бала Баккара получила от Сент-Альфонс письмо, следующего содержания:

«Милая Баккара! Ты права, я своими глазами удостоверилась, что у бразильского маркиза есть на груди только что зажившая рана. Он спит у меня теперь на диване до того крепко, что его можно вынести вместе с диваном — это последствие вчерашней выпивки. Я убедилась также и в том, что твой маркиз красится, так как его волосы от действия эссенции, которой я намочила свой платок, приняли белокурый цвет. Это вообще скверно выкрашенный маркиз.

Твоя навеки».

Баккара уже не сомневалась больше.

Она была теперь вполне уверена, что виконт

де Камбольх и маркиз Иниго — одно и то же лицо.

Баккара оставила Сару на попечение Маргариты и поехала с этим открытием к графу Артову.

Переговорив с ним, она заехала к Сент-Альфонс и устроила так, что та написала маркизу — Иниго, приглашая его в этот вечер к себе на загородную дачу.

— А если он не приедет? — заметила Сент-Альфонс.

— Приедет… письмо твое написано таким языком, что в нем нельзя подозревать ловушки.

Маркиз Иниго, исполняя в точности приказания сэра Вильямса, отправился в указанный им кабачок.

Он встретился там с Джоном Бёрдом, которого узнал по приметам, указанным Андреа. Джон Берд согласился на все и при этом извинился, что несколько опоздал на это свидание.

— Виною этому, — сказал он, — была одна встреча.

— Встреча? — переспросил Рокамболь.

— Да, с одним человеком, который спас мою милую Пигиту, вынеся ее из огня во время пожара.

— Ну, — добавил Джон Берд, — я так обязан этому человеку за спасение женщины, которую я любил, что готов ради него отдать свою жизнь. Да, — продолжал он, — если бы капитан Вильямс просил у меня мой корабль и все мое состояние, то я был бы способен отдать ему все, но если бы граф попросил меня убить сэра Вильямса, то я тотчас же убил бы его.

— О! а как зовут этого графа?

— Граф Артов, — ответил Джон Берд. Рокамболь невольно задрожал.

Расставшись с Джоном Бердом, Рокамболь возвратился к себе и условился с Вантюром, что они вместе проберутся к Баккара и похитят Сару, а затем предложил ему убить графа Артова.

Вантюр вполне согласился на оба дела, выговорив себе за исполнение последнего десять тысяч франков, из которых половину Рокамболь вручил ему вперед.

В этот же день вечером, когда Баккара, получив письмо от Сент-Альфонс о мнимом бразильском маркизе, уехала к графу Артову, вся эта компания, т. е. Рокамболь, Вантюр и вдова Фипар, пробралась к Баккара и похитила Сару, которую и поручили вдове Фипар.

— Ну, я теперь принимаюсь за другое ваше дело, — заметил Вантюр, прощаясь с Рокамболем.

— Отлично.

— Приготовьте мне деньги, завтра все будет кончено. И они расстались.

Расставшись с Вантюром, Рокамболь отправился на свидание с Джоном Бердом, как это было у них условлено накануне.

— Милейший Джон, — сказал он, подходя к капитану, — дело готово…

— Отлично! Я тоже готов.

— — Мы ее доставим завтра утром.

— Хорошо, мне, кстати, хотелось бы посмотреть, по-прежнему ли хорош у капитана Вильямса вкус, — заметил Джон Берд.

— Шутник, — пробормотал Рокамболь, взяв его фамильярно за руку.

— Послушайте, — сказал Рокамболь, — не хотите ли поехать со мной к одной хорошенькой дамочке — в Сент-Морис?

— Ладно. Мне нечего делать, — ответил Берд, — я оставил свою Пигиту в Гаврё.

В это время мимо них ехала карета.

Рокамболь нанял ее, и через полчаса они были уже в Сент-Морисе.

Несмотря на дождь, ночь была настолько светла, что Рокамболь мог рассмотреть местность и хорошенький домик, где они находились.