Грешная
Шрифт:
К несчастью,теперь не было такой лучшей подруги, которая вступилась бы сегодня за Ханну.
И, возможно, больше никогда не будет.
Церковное чудо Эмили.
В понедельник вечером после тренировки в бассейне Эмили поднялась в спальню, которую она делила со своей сестрой Кэролайн, закрыла дверь и плюхнулась на кровать.
Тренировка была не такой уж изнурительной, однако она чувствовала себя такой
Она включила радио и покрутила приемник.
Во время переключения новостного канала, она услышала пугающее знакомое имя и приостановила поиск.
— Судебный процесс Иена Томаса начинается в пятницу утром в Розвуде, — отрывисто произнесла журналистка.
–
— Однако, Мистер Томас настойчиво отрицает причастность к смерти Элисон ДиЛаурентис, и некоторые источники, близкие к офису окружного прокурора, утверждают, что его дело может даже не дойти до судебного разбирательства за недостаточностью доказательств.
Эмили села на кровать, чувствуя головокружение.
Недостаточность доказательств? Конечно, Йен упорно не признавался в убийстве Эли, но кто мог ему поверить? Особенно после свидетельских показаний Спенсер.
Эмили думала о том интервью в интернете, которое она нашла несколько недель назад, Йен давал его, находясь в тюрьме графства Честер.
Он продолжал повторять:
— Я не убивал Элисон.
Почему люди думают, что я убил её? Зачем кому-то было так говорить?"
Бусинки пота выступили над его бровью, и он выглядел бледным и изможденным.
В самом конце интервью, как раз перед тем, как сюжет закончился, Йен напыщенно произнес:
— Кто-то хочет, чтобы я был здесь.
Кто-то скрывает правду.
Они за это заплатят.
На следующий день, когда Эмили вышла в интернет, чтобы посмотреть это интервью снова, сюжет таинственным образом исчез.
Она прибавила громкость, ожидая, что диктор сообщит что-нибудь еще, но радиостанция уже перешла к докладу Shadow Traffic.
В дверь спальни мягко постучали.
–
Миссис Филдс заглянула.
— Ужин готов.
Я сделала домашние макароны с сыром.
Эмили прижала к груди своего любимого мягкого моржа.
Обычно она могла съесть целую кастрюлю маминых макарон с сыром домашнего приготовления, но сегодня ее живот вздулся и болел.
— Я не голодна. — пробормотала Эмили.
–
Миссис
— Ты в порядке?
— Ага. — солгала Эмили, пытаясь изобразить мужественную улыбку.
Но целый день она боролась с отчаянным желанием расплакаться.
Она старалась быть сильной после завершения вчерашнего обряда избавления от Эли, но где-то внутри она ненавидела то, что Эли вдруг должна была умереть и исчезнуть.
Кончено.
Конец.
Финал.
Эмили даже не могла сосчитать, сколько раз она ощущала острую потребность выбежать из школы, подъехать к дому Спенсер, выкопать клатч, который подарила ей Эли, и больше никогда с ним не расставаться.
Более того, вернувшись в Роузвуд Дэй, она почувствовала себя... неловко.
Эмили весь день избегала Майи, боясь столкновения.
И в команде по плаванию происходили некоторые изменения.
Она не могла избавиться от этого мучительного желания бросить плавание, и ее бывший парень Бэн и его лучший друг Сет Кардиф продолжали ухмыляться и кидать на нее грязные взгляды, озлобленные тем, что она предпочитала девушек парням.
–
Миссис Филдс скривила губы, сделав вид "Я на это не куплюсь".
Она сжала руку Эмили.
— Почему бы тебе не пойти со мной на сбор средств в церковь Святой Троицы сегодня вечером?
Эмили недоверчиво подняла бровь.
— Ты хочешь, чтобы я пошла на какое-то мероприятие в церкви? — из чего Эмили сделала вывод, что католическая церковь и лесбиянки сочетаются друг с другом так же как полоска и клетка.
— Отец Тайсон спрашивал о тебе. — сказала Миссис Филдс.
–
— И не из-за твоей гомосексуальной наклонности. — быстро добавила она.
— Он беспокоился о том, как ты себя чувствуешь после всего, что произошло с Моной в прошлом семестре.
И на вечере сбора средств будет весело - они собираются устроить концерт и небольшой аукцион.
Может быть, ты почувствуешь умиротворение, присутствуя там.
Эмили с благодарностью прислонилась к маминому плечу.
Всего несколько месяцев назад ее мать даже не разговаривала с ней, не говоря уж о том, чтобы пригласить ее в церковь.
Она была рада поспать в своей удобной кровати в Розвуде, а не на раскладушке в супер-пуританском доме со сквозняком у своих тети и дяди в Айове, куда Эмили была отправлена, чтобы прогнать её так называемых "гей-демонов".