Грешная девственница
Шрифт:
– Леди Алиса прелестный ребенок.
Последовала напряженная пауза, которую Лора и не заметила бы, если бы не настроилась на возможную реакцию Эйвери. Не замедляя шага, лорд Уикхем ответил:
– Она не леди Алиса. Она просто мисс Фолконер.
– О, прошу прощения. Кажется, местные жители говорили, что вы граф. Должно быть, я их не так поняла.
– Я граф. Однако я никогда не состоял в браке и уж точно не знаю матери Алисы. – Лора тихо ахнула от удивления, а он, наверное, подумал, что столь неожиданный ответ смутил ее. – Не думаю, что ребенок должен
– Ни в коем случае. – Лора внимательно посмотрела на него и не без ехидства добавила: – К тому же девочка очень похожа на своего отца.
Эта колкость достигла цели. Лора почувствовала, как мышцы его рук напряглись, но и только, своего волнения он больше ничем не выдал.
– Вы правы, – согласился лорд Уикхем, не обращая внимания на тон, каким Лора сказала это.
Как странно вести подобный разговор со своим противником, в то время как он несет тебя на руках. Лора не могла определить, что он чувствует, его лицо было бестрастное, голос спокоен. Эйвери не мог ни в чем заподозрить ее, чем, наверное, и объяснялось его спокойствие.
Лора чувствовала запах его кожи и чистого белья.
Аромат мужского тела, ощущение крепких, сильных рук кружили ей голову.
Они достигли вершины склона. Лора уже вполне успокоилась, теперь ее занимало только одно – как ей вести себя с этим человеком.
Под широкими ветвями огромного кедра раскинулась зеленая лужайка. Окна, доходившие до самой земли, были распахнуты настежь. Дул весенний ветерок. Слуги вынесли стол, стулья и расположили их под деревом, расставили посуду на столе. Алиса что-то говорила лакею, тот слушал ее наклонившись и смотрел в ту сторону, куда показывала девочка.
– Какой очаровательный дом. – Он должен был стать ее домом. Ее домом, домом Алисы. Лора еще ни разу в нем не бывала, но Пирс рассказывал о нем в те короткие бурные дни, когда они встречались. Этот дом мог стать их любовным гнездышком вдали от шума людской суматохи Лондона. Гнездышком для них одних. Лора мечтала о том, как создаст свой семейный очаг, и ее герой, вернувшись с войны, обретет здесь любовь и покой. Она представляла, как Пирс, такой красивый и счастливый в пурпурном мундире, сидит под кедром, вытянув длинные ноги.
– Да, это чудесный дом. Он хорошо спланирован. Но маловат, если сравнить с Уикхем-Холл, да и само имение невелико, зато здесь плодородная земля.
– Значит, это не основное ваше имение? – спросила Лора, когда они остановились у стола.
– Нет. Оно досталось мне в наследство от кузена. Вот стул для вас. – Эйвери ждал, пока слуга устанавливал прочный стул с подлокотниками. Алиса, чуть покачиваясь от тяжелой ноши, опустила перед ним скамеечку для ног. – Вот так.
Лорд Уикхем ловко усадил Лору на стул, но вовсе не проявлял желания поскорее выпустить ее из своих рук. Лора наблюдала за ним из-под ресниц, пока он шел к своему месту. И с какой стати он подхватил ее на руки? Лора пока еще не прибегла ни к одной из своих уловок, чтобы обольстить его.
А если ей понадобится очаровать его? Достойно ли это – пойти на такое, испытывая к нему столь противоречивые чувства? А почему бы нет? Ей всегда легко удавалось привлечь внимание мужчин, если возникало желание немного поиграть с их чувствами. И ей уж точно не составит труда обворожить этого мужчину. Он был таким же привлекательным, как и Пирс. Возможно, даже более привлекательным. Это был уже зрелый, сильный мужчина… к тому же опасный.
Лора улыбалась Алисе, а разговаривая с Уикхемом, чувствовала, как тает ее холодность к нему. Ей представилась возможность видеть свою дочь, говорить с ней. Если бы еще можно было взять ее на руки.
– Большое спасибо за то, что ты принесла мне скамеечку.
Лора положила свою ногу на скамеечку и поймала на себе быстрый взгляд графа, когда поправляла юбки, чтобы прикрыть лодыжку. «Похоже, он не так уж безразличен ко мне. Это полезно иметь в виду… Неужели, – Лора поежилась при этой мысли, – с таким мужчиной можно пофлиртовать?»
– У вас сильно болит нога? – Алиса стояла рядом с ее стулом, опустив руки на подлокотник, и внимательно изучала лицо Лоры. У нее были ясные зеленые глаза, и брови, как у ее настоящего отца, создавали впечатление, будто она все время чуть улыбается.
– Нет. Сейчас, когда нога в покое на скамеечке, мне намного лучше. Спасибо. Наверное, я чуть растянула ее. – Интересно, унаследовала ли девочка какую-нибудь из ее черт? Лора изучала маленькое детское личико и не обнаружила ничего, что могло бы выдать их родство, если только, может быть, не считать изящно очерченный носик и изгиб верхней губы. У Алисы не было ничего от Лоры – ни темных волос, ни карих глаз, ни бледной кожи. Может быть, сходство проявится, когда девочка повзрослеет. Это было опасное желание.
– Почему на вас черное платье? Кто-то умер? – спросила Алиса.
– Алиса, это неуместный вопрос. – Граф отодвинулся от стола. По его лицу было заметно, что он недоволен.
– Тут нет ничего неуместного. – Лоре было легче рассказать о себе в ответ на невинный вопрос ребенка, нежели пытаться делать это в разговоре с графом. – Да, Алиса. Я потеряла мужа. – Ведь Пирс был ее мужем во всех отношениях, за исключением брачных обетов в церкви. – Затем умерли мои родители.
Маленькие теплые пальчики Алисы обвили руку Лоры. Девочка доверчиво смотрела на нее. От этого нежного прикосновения у Лоры заныло сердце.
– Вот почему у вас грустные глаза, – сказала девочка, и ее губы дрогнули. – Я потеряла свою маму. Это правда – я потеряла ее, но она жива. Папа говорит, что мама ушла и больше не вернется.
«Мне не вынести этого. Но я должна держать себя в руках».
– Думаю, твоя мама вернулась бы, если бы могла, – заметила Лора и кончиками пальцев дотронулась до личика девочки. – Наверное, она вспоминает тебя каждый день. Но мы не всегда можем поступить по своему желанию, даже если этого так хочет наше сердце.