Гремлины
Шрифт:
Билли покачал головой.
– Конечно, нет! Там подают добрую старую американскую еду! Если подать гостям жирные отбивные, никто уже больше не сможет сдвинуться с места. То же и с машинами и с грузовиками. Иностранные детали - это как жирные отбивные. Вареный рис. Густой, клейкий.
– Я никогда раньше не слышала, чтобы об этом говорили подобным образом, - сказала Кейт, подсмеиваясь над ним, - но может быть, в этом что-то есть.
– Они мстят нам за то, что мы выиграли войну, - сказал Фаттерман несколько
– Они запихивают в свои детали гремлинов, тех самых гремлинов, которые ломали наши самолеты в Большой войне.
– Большой войне?
– спросила с удивлением Кейт.
– Во Второй Мировой войне, - выпалил Фаттерман.
– Ну знаешь, той, которая была после Первой Мировой войны.
Кейт и Билли засмеялись.
– Во всяком случае, - продолжил Фаттерман, - они засылают сюда своих гремлинов... в автомобилях, радиоприемниках, а теперь вот и в свечах зажигания.
– А где сейчас снегоочиститель?
– спросила Кейт.
– За углом. Он сломался, когда я заворачивал на стоянку. Я первый раз за сегодняшний день решил отдохнуть.
– Подвезти Вас домой?
– спросила Кейт.
– Нет, спасибо, - ответил Фаттерман, с трудом вставая.
– Жена уже едет. Наверное, уже подъехала. Спасибо, что выслушали меня. Мне это было нужно.
– Пожалуйста, - ответила улыбаясь Кейт.
– Может быть, Вам купить по дороге жирных отбивных? Это Вам должно помочь.
– Слишком жирно, - засмеялся Фаттерман и помахал рукой, направляясь к двери.
Билли откинулся назад и улыбнулся.
– Ты была так мила с мистером Фаттерманом, - сказал он.
– Я привыкла, - ответила Кейт.
– Все люди примерно одинаковы. Им просто нужно, чтобы кто-нибудь их выслушал. Особенно в праздничные дни.
– Почему?
– Потому что многих подавляет наступление всеобщего веселья.
– Мне всегда казалось, что все счастливы в праздники, - задумчиво сказал Билли.
– Большинство, - сказала Кейт.
– Но некоторые - нет. Когда остальные вскрывают подарки, они вскрывают себе вены.
Билли поморщился.
– Веселая мысль.
– Это так. Количество самоубийств всегда выше всего в праздники.
– Перестань. Теперь у меня начнется депрессия.
– Извини. Не буду.
Что-то в ее голосе обеспокоило его.
– У тебя когда-нибудь бывает депрессия во время Рождества?
– спросил он.
– Я не справляю Рождество, - ответила она.
– Для меня оно не существует.
– Почему, ты что - исповедуешь индуизм или что-то в этом роде?
– Нет, я просто не люблю...
– Но... почему?
– Ты действительно хочешь знать?
– спросила она, глядя на него почти что с вызовом.
– Конечно... Наверное, я хочу все о тебе знать.
Она отвела глаза.
– Не знаю, - пробормотала она, глядя в
– Не знаю, почему Рождество всегда приносило нам несчастья... Моя бабушка умерла на Рождество... Я ее любила больше всех... У меня был аппендицит на Рождество. Он лопнул, когда я открывала подарки... Даже моя собака Снэппи погибла на Рождество... Ее переехали двое больших ребят на санях... Но самое худшее... Боже, это было ужасно...
– Что?
– спросил Билли.
– Это было в канун Рождества, - продолжила Кейт медленно, как бы в состоянии транса.
– Мне было шесть лет. Мы с мамой украшали елку... пели рождественские песенки, мы радовались, ждали, когда папа придет домой с работы.
– Она помедлила, потом вздохнула.
– Прошла пара часов, потом еще. Папа не приходил. Мама позвонила ему на работу... никто не ответи л... Потом уже закрылись все магазины. Тогда мы с мамой начали волноваться...
Билли молчал, боясь услышать, чем закончится рассказ, и в то же время с нетерпением ожидая, когда же она продолжит.
– В общем, мы не спали всю ночь... Он не пришел домой... Рождественский день тянулся вечно, не было никаких известий... Полиция начала поиски. Прошла неделя, две недели. Мама была близка к нервному срыву, и мы с ней не могли ни есть, ни спать... Потом, однажды в январе на улице шел снег. В доме было страшно холодно, и я попыталась разжечь огонь. Тогда я заметила...
– Заметила... что?
– пробормотал Билли.
– Запах... Пришел пожарный и взломал верхнюю часть дымохода. Мы с мамой думали, что он вытащит дохлую птицу или кошку... Но вытащили моего отца.
Билли вздрогнул, глаза его расширились.
– Он был одет в костюм Деда Мороза, - продолжила Кейт.
– Он лез через дымоход в сочельник, в руках у него было полно подарков. Он собирался удивить нас, но наверное, удивил самого себя... Он оступился... сорвался и сломал шею... и, наверное, умер тут же. По крайней мере, он не долго страдал... Его тело осталось там, застряв в дымоходе... Вот так я и узнала, что Дедов Морозов не бывает, и вот почему я не люблю Рождество.
Застывшие черты лица Билли смягчились, когда он увидел, что глаза ее заблестели.
– Это ужасно!
– сказал Билли. Он коснулся ее руки.
Кейт шмыгнула носом, потом улыбнулась. Она пожала руку Билли.
– Вот это моя собственная рождественская песенка, которую я пересказываю, когда кто-нибудь спрашивает меня, почему я не люблю Рождество. Вообще-то ты один из немногих, кто не высказал сомнения. Большинство людей просто смотрят странно, а некоторые даже смеются.
Сознание того, что он более склонен к состраданию, чем средний человек, немного успокоило Билли. Удивительно было узнавать что-то о Кейт, которая обычно сохраняла в тайне свою личную и семейную жизнь.