Грехи Отца
Шрифт:
– И что это за район?
– А ты правда хочешь знать?
(Запись заканчивается.)
– Спасибо за согласие поговорить со мной, профессор Хорровиц. Представляю, как всё это должно быть ужасно для вас.
– Да, это не та судьба, которую я хотел видеть для своего сына. Он был предназначен для великих дел, чтобы быть лидером людей, а не обычным преступником.
– Кем бы ни был Адам, он определённо не обычный человек, профессор Хорровиц. Эксперименты,
– Эксперименты? Вы имеете в виду инъекции ДНК?
– Да. Адам считает, что эти инъекции сделали из него нечто б'oльшее, чем он был. Что-то б'oльшее, чем любой из нас. За гранью человечности. Он считает, что вы продвинули его дальше по эволюционной шкале.
(Виктор смеётся.)
– Да. Это была моя надежда. Но это не сработало. Я знал это после первого курса инъекций.
– Постойте. Я не понимаю.
– Инъекции ДНК ничего не дали. Я надеялся, что новая ДНК свяжется с его генами и преобразует общую структуру ДНК, изменив его физиологию на генетическом уровне. Я знал, что это амбициозно. Но у меня был некоторый успех с крысами и даже шимпанзе, так что я был уверен. По крайней мере, я решил, что это безвредно.
– Итак, но что случилось?
– Ничего. Никаких изменений не было. Он стал сильнее, но это было только благодаря тренировкам, которые он делал. Он был не сильнее, чем любой другой человек после подобных систематических упражнений. Он не стал выглядеть иначе. Его коэффициент интеллекта всегда был высоким. После того, как начались инъекции, он усерднее учился, его знания росли как на дрожжах, но интеллект не в эрудиции. Его коэффициент интеллекта остался прежним.
– Если инъекции не сработали, то почему вы продолжали их?
– Уверенность Адама возросла после первого курса инъекций. Я не заметил никаких изменений, но он думал, что видел. Он думал, что стал красивее. Он был мучительно застенчивым, и внезапно он заговорил с девушками, стал ходить на свидания. Я сделал ему инъекции генов, которые должны были сделать его сильнее и быстрее. Именно тогда он начал силовые тренировки. Раньше он никогда не интересовался спортом, но внезапно он стал заниматься гимнастикой, бегом, даже боевыми искусствами, поэтому я продолжил инъекции. Затем он подошёл ко мне, заявив, что умеет читать мысли. Он даже утверждал, что его сознание может путешествовать вне его тела.
– Астральная проекция?
– Да. Вот что он утверждал. Мы сделали несколько тестов, и результаты были интересными, но неубедительными.
– Неубедительными?
– Нам нужна была более контролируемая среда для тестирования. Мы проводили тесты дома и в моей личной лаборатории. Он слишком хорошо знал эти места. Когда я помещал его в одну комнату, а объекты брал в другую, было трудно сказать, использовал ли он только свои знания об окружающей среде и обо мне, чтобы определить объекты, которые я, скорее всего, выбрал. Та же проблема была и с нашими тестами его телепатических способностей. Было трудно сказать, читал ли он мои мысли или просто читал меня.
– Насколько он был точен?
–
– Восемьдесят процентов!
– Да. Результаты снижались до пятидесяти или шестидесяти, когда я вводил новые объекты, которых он никогда раньше не видел. Вот почему я не хочу говорить, что он обладает телепатическими способностями. Я бы просто назвал его очень проницательным и наблюдательным. Возможно, экстраординарным.
– Возможно? Восемьдесят процентов - это невероятно. Это беспрецедентно! Даже если бы он просто полагался на своё глубокое знание о вас, это потребовало бы сверхъестественной проницательности.
– Адам всегда был удивительным мальчиком.
– Он так не думал.
– Что вы имеете в виду?
– Он истолковал ваши попытки «исправить» его как подтверждение того, что в нём был какой-то недостаток, что он недостаточно хорош. Он считал, что вам стыдно за него, и поэтому вы делали всё возможное, чтобы улучшить его.
– Но это же смешно. Я любил Адама. Он знал это. Я просто хотел, чтобы ему стало лучше. Я хотел, чтобы он был лучшим. Разве не этого хочет каждый отец для своего сына? Разве это не ответственность каждого отца...
– Сделать всё, чтобы его сын вырос лучшим человеком, чем он? Адам рассказал мне об этом. Он также сказал, что вы считаете себя ущербным и миритесь с разочарованием из-за того, что не можете соответствовать своему идеализированному стандарту совершенства.
– Это может быть правдой. Я принял это. Но Адам был счастлив. Эксперименты улучшали его. Да, это было плацебо, но психологические эффекты неоспоримы.
– А после того, как он начал убивать людей?
– Я чувствовал себя плохо из-за этого, но он был моим сыном. Я думал, что смогу его контролировать. Думаю, в конце концов, осознал я это или нет, я начал верить в инъекции так же сильно, как и он. Я думал, что смогу выделить гены, вызывающие его агрессивное поведение, и исправить их. Стоило попробовать.
– Доктор Хорровиц, что, если инъекции действительно подействовали? Что, если он действительно такой, каким он себя называет?
– Тогда он прав, и его гены станут доминирующими. Человечество, каким мы его знаем, будет вынуждено исчезнуть из-за этого более умного, сильного и агрессивного вида. Но я не думаю, что нам стоит об этом беспокоиться. Это не сработало, а если и сработало, то на этот процесс уйдут сотни лет.
– В этот век? С сегодняшними технологиями? Представьте, что произойдёт, когда все его дети достигнут совершеннолетия. Мы даже не знаем, сколько их. Но, допустим, пятьдесят. Эти пятьдесят ребят дадут на пятьдесят больше, те ещё на пятьдесят больше, и так далее и так далее. Экспоненциальный рост. Если предположить, что они такие же агрессивные, умные и привлекательные, как Адам, они могут оказаться в политике, на высоких военных должностях, в генеральных директорах крупных компаний, в областях, где они окажут огромное влияние на мир. Я не думаю, что на это уйдут сотни лет, профессор Хорровиц. Не думаю, что у нас вообще будет так много времени.