Грехи девственницы

Рэндол Анна

— Поднимите.

Мадлен рассмеялась.

— Зачем она вам? Чтобы поддерживать определенные части тела?

Раздался металлический щелчок взводимого курка, и в темноте блеснуло дуло пистолета.

Победа.

Мадлен наклонилась, но вместо того чтобы поднять веревку, вытащила нож. Но когда она метнула его привычным движением руки, Биллингсгейт повернулся на какой-то звук. Лезвие ножа вонзилось в мягкие мышцы плеча, вместо того чтобы разрезать сухожилие.

Выругавшись, Мадлен бросилась на Биллингсгейта. Она схватила пистолет за дуло

и направила его на негодяя.

Биллингсгейт взвыл от боли, когда Мадлен вырвала пистолет из его рук и забросила в кусты. Он схватил ее за волосы и силой швырнул на землю. Мадлен попыталась отползти в сторону, но Биллингсгейт навалился на нее, прежде чем она успела откатиться.

Мадлен хотела ударить его коленом, но Биллингсгейт ловко увернулся. Пригвоздив руки Мадлен к земле, он попытался раздвинуть ее ноги.

Девушку охватила паника, лишая способности дышать. Мадлен хотела вскрикнуть, но Биллингсгейт зажал ей рот.

В его глазах вспыхнул безжалостный огонь.

— Ну и кто, думаете, придет вам на помощь. Ваш полицейский? Ошибаетесь. Он не придет.

Мадлен ухватилась за мысль о Гейбриеле. Она помогла ей сохранить рассудок. Дала сил выждать удобного момента, пока Биллингсгейт больно тискал ее грудь, срывая с ее губ притворные стоны. Мадлен сглотнула подступившее к горлу отвращение и принялась мысленно прорабатывать детали побега. Это умение она оттачивала годами.

Биллингсгейт принялся возиться с пуговицами на штанах. Убаюканный покорностью Мадлен, он на мгновение отпустил ее, чтобы расстегнуть штаны.

Воспользовавшись представившейся возможностью, Мадлен с силой ударила негодяя по носу ребром ладони, потом схватила его за уши и, повернув его голову, сбросила его с себя. Не обращая внимания на дикую боль в ране, Мадлен вскочила на ноги.

Ей необходимо добраться до Гейбриела. Любой ценой. Но не успела она сделать и шага, как Биллингсгейт схватил ее за лодыжку и опрокинул в грязь.

Первые фейерверки взвились в небо с оглушительным грохотом.

— Очень вовремя. Давай кричи.

Второй залп осветил темную фигуру, стоящую у входа в нишу.

Гейбриел.

Он пробежал мимо и наступил на руку негодяя, давая Мадлен возможность высвободиться. Над их головами вспыхнули зеленые огни, заглушив сдавленный крик Биллингсгейта.

Мадлен поднялась на ноги. Она помедлила лишь несколько секунд, чтобы восстановить дыхание, прежде чем присоединиться к Гейбриелу.

Молодой человек схватил негодяя за галстук и рывком поднял его на ноги.

— Люди, которых вы послали за мной, побоялись устраивать сцену. Я же не стану терзаться сомнениями.

Биллингсгейт безуспешно попытался схватить Гейбриела за руку.

— Отпустите, черт бы вас побрал! Как вы смеете прикасаться ко мне? Пэру?

Гейбриел нанес ему удар.

— Шеи пэров ломаются в петле так же, как и шеи простых смертных.

Мадлен схватила Гейбриела за руку.

— Это не он. Он не знает о Сьюзен.

Но Мадлен зря надеялась погасить ярость Гейбриела.

Молодой

человек вновь поднял Биллингсгейта на ноги.

— В таком случае негодяя повесят за то, что он посмел прикоснуться к тебе. Покушение на убийство — серьезное преступление.

Несмотря на прерывистое дыхание, Биллингсгейт усмехнулся.

— И как вы собираетесь это доказать? Дюжина джентльменов подтвердит, что она пошла со мной добровольно.

— А я сделаю так, чтобы вышеозначенные джентльмены узнали, что вы собирались их обмануть. — Губы Гейбриела изогнулись в дьявольской улыбке, коей позавидовал бы сам палач. — Вы предстанете перед судьей. И должен вас предупредить: ему очень нравится Мадлен.

Алые отблески фейерверка осветили ужас, написанный на лице Биллингсгейта. Джентльмены, спокойно воспринимавшие его отношение к женщинам, не потерпят обмана. Даже если его не осудят, он, как человек, живущий за счет карточных выигрышей, вынужден будет в дальнейшем влачить нищенское существование. Ведь его выгонят из всех клубов Лондона. Гейбриел оттолкнул Биллингсгейта.

Тот споткнулся и упал на колени, прижав искалеченную руку к груди.

Месть Мадлен была менее заметной. Отряхнув грязь с подола платья и вернув на место лиф, она взяла Гейбриела под руку. Потом бросила на Биллингсгейта полный отвращения взгляд и пошла прочь, даже не оглянувшись.

Биллингсгейт проиграл. Причем так крупно, что она больше не боялась его.

Для такого человека, как он, проигрыш гораздо страшнее сломанного запястья.

— Думаешь, он будет дожидаться, пока ты вернешься, чтобы его арестовать? — спросила Мадлен.

— Его арестуют констебли, которых я вызвал. — Гейбриел увлек Мадлен на боковую дорожку.

Девушка остановилась.

— Он не убийца. У него нет экипажа с фамильным гербом на дверце. Кроме того, один из джентльменов подтвердил что в ночь убийства Биллингсгейт не покидал клуба до самого рассвета. Если, конечно, я ничего не упустила. Завтра начнем…

Гейбриел погладил щеку Мадлен тыльной стороной ладони.

— Ты в порядке?

Мадлен кивнула, не в силах говорить из-за вставшего в горле кома. Она хотела рассказать Гейбриелу о своих чувствах, которые испытала, когда он возник из темноты, чтобы спасти ее, но не смогла подыскать нужных слов. А те, что пришли ей на ум, она не сумела бы произнести не сдобрив изрядным количеством унизительных слез. Воспользовавшись грохотом фейерверков, она только судорожно вздохнула.

Гейбриел взял ее за подбородок, но Мадлен отшатнулась. Его прикосновение и жалость были невыносимы.

Все было слишком болезненно, слишком неопределенно. Должно быть, Гейбриел понял это. Он опустил руку и отошел в сторону.

— Тебе лучше поехать домой.

— Мне нужно появиться перед поклонниками, чтобы они не подумали, будто я ушла с Биллингсгейтом. — Мадлен критическим взглядом окинула свое изорванное грязное платье.

— Поезжай домой, Мадлен. Они этого не стоят.

— Нет, мне нужно вернуться.