Греческий аромат
Шрифт:
Когда дверь за Натали захлопнулась, Ари снова вернулась к зеркалу. Русые волосы волнами падали на плечи, цвет зелёных глаз подчёркнут неярким макияжем. На губах помада естественного цвета, только полупрозрачный намёк на красный. Она не стала беспокоиться о большем, зная, что от поцелуев Дио помада сотрётся мгновенно.
Сегодня ночью она сделает первый шаг к восстановлению своей веры в мужчин. Дио всеми возможными способами показал, что заинтересован в ней больше, чем на один раз. От того, как он смотрел, когда они были вместе, и он думал, что Ариадна этого не замечает, по телу распространялось приятное
Этой ночью она отдастся ему, чтобы показать, что готова дать шанс их отношениям. И заставит прошлое исчезнуть из памяти навсегда.
К тому времени как звонок объявил о прибытии Дио, бабочки в её животе порхали, не переставая. Может быть, Дио удастся унять этих мелких негодниц своими прикосновениями.
Ари нажала на кнопку домофона, открывая дверь внизу, и, сделав несколько глубоких вдохов, открыла дверь своей квартиры.
Дио выглядел изумительно в простой одежде: потёртые джинсы, плотно обтягивающие бёдра, и подчёркивающие каждый мускул подтянутого тела, белая рубашка, две верхние пуговицы которой расстёгнуты, так что можно заметить россыпь тёмных волосков на груди. Если на ком-то обычные вещи и выглядели так, будто стоили миллион баксов, так это на Дио. Его тёмные волосы были длиннее, чем модно сейчас, и носил он их нарочито небрежно.
— Ты выглядишь потрясающе. — Его голос звучал более хрипло, чем обычно. Он поднёс её руку к губам и поцеловал ладонь. — Я не мог дождаться встречи с тобой. — Во взгляде голубых глаз читалось невысказанное обещание.
— Дио. — Её голос действительно отдавался эхом? Она что, совсем потеряла голову, просто на него взглянув?
Внезапно Ари оказалась совсем близко к нему, даже не осознав момента, когда он привлёк её к себе. Или она сама бросилась в его объятия? У неё перехватило дыхание, когда его губы замерли всего лишь в дюйме от её собственных.
— Сегодня что-то изменилось. На тебе новые духи?
Ари покачала головой.
— На мне ничего нет. — Осознав, что именно сказала, она заметила, как сверкнули его глаза, и ощутила, как в ответ распространяется жар внутри. — То есть…
— Да, ткань твоего платья такая тонкая, что я чувствую каждую линию, каждый изгиб твоего тела. А ты чувствуешь меня? — Его рука скользнула по её спине, он мягко прижал её к себе.
У Ариадны перехватило дыхание, как только она ощутила его эрекцию, прижимающуюся к её животу. Чтобы сдержать стон, она прикусила губу.
— Думаю, это означает «да», — прошептал Дио, прижимаясь губами к её шее и покрывая поцелуями пылающую кожу. — Моя милая Ариадна, ты моё величайшее искушение. Когда я с тобой — не могу думать ни о чём другом.
Она пыталась успокоиться, положила руки ему на плечи, но голова закружилась от исходящего от него жара. Она что, уже едва дышит?
— Дио. — Этот мужчина сократил весь её словарный запас до одного единственного слова.
Он не поднял голову, только промычал что-то и продолжил целовать её шею и поглаживать спину.
— Нам надо… столик… ресторан… — сумела произнести Ариадна, пытаясь вернуть контроль, который потеряла в
Наконец он посмотрел на неё потемневшими от страсти глазами.
— Прости. Ты права. Мы должны идти. — Дио прочистил горло, будто тоже пытался прийти в себя. — Я извиняюсь за то, что вот так набросился на тебя.
Нет, он не просто набросился. Куда там. Это был чувственный штурм, и она не думала, что сумеет выстоять в следующий раз, когда такое случится, как не думала, что захочет устоять.
— Не извиняйся.
Он просиял широкой улыбкой и взял её за руку, чтобы вести наружу.
— Куда мы идём сегодня?
— Маленькое бистро тут по соседству. Ничего особенного, тихо и интимно. — На последнем слове он искоса взглянул на неё. Затем покачал головой. — Во имя богов, ты прекрасна.
Ариадна нервно усмехнулась. Дио, не стесняясь, расточал комплименты, но сегодня он говорил их иначе. Как если бы только что понял, что его легкомысленные похвалы стали абсолютной истиной.
— Ты другой сегодня, — сказала Ари. Понял ли он, что она решилась переспать с ним, если он сделает попытку перейти к близости? Это было написано у неё на лице?
— Другой?
— Напористый.
— Это хорошо? — Он снова поцеловал ей руку.
— Да.
Внезапно он остановился и прижал её к стене здания.
— Детка, я не уверен, что переживу этот ужин.
Она тяжело задышала, пытаясь набрать в лёгкие воздуха, чтобы заговорить.
— Ты не голоден?
— О, я изголодался. — Его взгляд сказал ей всё о его голоде, о его желании, более сильном, чем она когда-либо видела в нём раньше. — Но не по еде. Я изголодался по тебе. И боюсь напугать тебя тем, как сильно хочу сейчас.
Её сердце будто сделало сальто в груди. Она отважилась погладить его по щеке.
— Поцелуй поможет?
— Мы можем попробовать.
А потом он прижался ртом к её губам, провёл по ним языком, прося его впустить. Без колебаний она открылась для его вторжения. Жар охватывал её, словно языки пламени лизали тело. Казалось, его руки касались её всюду, пока их языки вели дуэль в возбуждающем ритме, деликатном и властном одновременно.
Нежность и страсть смешались в его поцелуе, словно в невероятном коктейле, перед которым невозможно устоять. В её голове проплывали картины того, как они занимаются любовью, их совместная жизнь, их будущее вместе. И её тело горело от желания к нему, возбуждения, такого сильного, какого она не испытывала раньше. Будто по волшебству он пробудил в ней все эти чувства своим языком, изучающим её, губами, телом, двигающимся вместе с её собственным в танце, старом, как время.
Если она так загорелась сейчас, то могла себе только представить, что случится, когда они останутся одни в её квартире и смогут сорвать одежду друг с друга. Она едва дышала, сердце билось так быстро, словно готово было выпрыгнуть прямо в его руки, руки, которые как раз скользнули к её груди, чтобы сжать мягко, но настойчиво. Когда его большой палец очертил мгновенно затвердевший сосок, она разорвала поцелуй.