Грань
Шрифт:
— Она очень расстроится.
— Значит, расстройте ее.
— Как это могло случиться?
— Она отправила электронную почту с компьютера вашей соседки.
— Вот ведь черт! Мы только зашли к ним перекусить, и девчонка куда-то пропала ненадолго. Мне следовало догадаться.
Потом я услышал шаги и голос старика, сообщавшего Аманде, что возникла проблема и им срочно нужно уходить. Потом ее голос: «У тебя ружье на плече. Зачем оно тебе, дядя Билл?»
Голоса стали приглушенными. Он спокойно уговаривал ее уходить, но ни в чем не упрекал. И правильно делал.
— Так, Корт, что дальше?
Я попеременно смотрел то на дорогу, то на дисплей своего компьютера.
— Передо мною спутниковая картинка вашей местности. Она не очень четкая, но я вижу ведущую к дому подъездную дорожку. Это единственный путь добраться до вас?
— Да, не считая водного.
— Вы видели на дороге какие-нибудь машины?
— Все будет хорошо, Аманда! Не волнуйся… Так, вы спросили насчет машин? Я тут ставил ловушку на енотов у мусорного бака, и одна машина проехала.
— Это обычное дело?
— Не сказать, чтобы обычное. Места здесь уединенные. Но кто-то по временам проезжает. Он не сбросил скорости, так что я не обратил особого внимания.
— Можете описать автомобиль?
— По правде говоря, я его больше слышал, чем видел. Куда вы нам прикажете направиться?
— Не пользуйтесь машиной. Даже близко к ней не подходите. Найдите на своем участке место, где сможете укрыться, но видеть, если кто-нибудь пойдет в вашу сторону.
Я снова оторвал взгляд от дороги и посмотрел на изображение со спутника.
— Кажется, я вижу небольшую поляну в… Короче, это в северо-восточном конце вашего участка.
— Точно. Там у нас небольшой лужок, а за ним — рощица. Она к тому же слегка на возвышении. Мы можем залечь там.
— Отлично. У вас есть какой-нибудь камуфляж?
— Только рыбацкие куртки. Но они темно-зеленые.
— Сгодятся. Выключите звонок телефона, оставьте его в режиме вибрации.
Я слышал шуршание и звук застегиваемых молний. «Вот так, дядя Билл?»
«Да, правильно».
Кажется, девочка не паниковала, что радовало меня. И я продолжал:
— Лавинг вооружен, и у него есть напарник. Тоже вооруженный. У него светлые волосы. Одет может быть в зеленую ветровку. Рослый и худощавый. Но в любом случае вам сейчас нельзя доверять никому. Вперед, выдвигайтесь на место. Минут через пятнадцать я буду у вас. ФБР тоже в пути.
— А как же наши соседи?
— Лавинг уже точно знает, где живете вы. Соседей ему тревожить незачем. Отправляйтесь в свое укрытие. Я заканчиваю разговор. Нам всем нужна полная концентрация внимания.
Сам я целиком сосредоточился теперь на ведении машины. Но при этом меня не оставляла тревожная мысль, как счастлив должен быть Лавинг, если ему действительно удалось отследить местонахождение Аманды через ее блог. Потому что не было у моих клиентов более уязвимых точек, чем их дети.
27
Ровно через тридцать три минуты по выезде с территории конспиративного дома я уже припарковал «хонду» в кустах рядом с границей летних владений Картера и выбрался наружу, включив бесшумную сигнализацию.
Затем
В своих действиях я исходил из того, что Лавинг уже здесь.
Еще раз изучив землю вокруг, я обнаружил наиболее логичный путь, которым он двинулся дальше. Потом, перемахнув через приземистую каменную ограду, способную остановить только самых пугливых и нерешительных зверей, я стремительно последовал по стопам Лавинга. Большинству людей не удалось бы различить его след. Мне же он открылся явственно благодаря одному из моих многолетних хобби.
Мне тогда только перевалило за двадцать, и я учился в Остине, штат Техас, получая еще одно высшее образование. Любитель пеших походов, обалдевший от неподвижного образа жизни усердного студента, я записался в университетский клуб спортивного ориентирования. Этот вид спорта, зародившийся в Швеции, состоит в том, что, вооружившись подробной картой и компасом, нужно проложить себе путь в совершенно незнакомой местности, обязательно проходя через контрольные пункты, где твою карту участника помечает либо дежурный, либо электронное устройство. Побеждает тот, кто первым доберется до «двойного кольца» — конечного пункта маршрута, обозначенного на карте.
Мне очень полюбилось это занятие — я до сих пор иногда принимаю участие в соревнованиях — как возможность порой отвлечься от бесконечного сидения в классах за компьютером или заумными учебниками.
Там же, в Остине, я подружился с другим любителем ориентирования — агентом Управления по борьбе с наркотиками. Он был настоящим следопытом — то есть умел отслеживать передвижения людей по оставленным им приметам, в основном нелегальных иммигрантов и транспортировщиков наркоты. Меня заинтересовал его опыт. Следопыты не проводят чемпионатов как таковых, но офицеры пограничной службы и УБН проводят регулярные совместные тренировки. На одну из них мой приятель пригласил меня.
Чтение следов потом представлялось мне чем-то вроде огромной настольной игры, происходившей на открытом пространстве, в которой ты сам уподоблялся одной из фигур на доске. Я стал настоящим энтузиастом этого дела, и когда не было возможности соревноваться в ориентировании с другими, устраивал себе самостоятельную проверку навыков, выслеживая зверей или туристов, хотя они, конечно же, не подозревали, что кто-то тайком идет за ними. Я даже немного подрабатывал в УБН. По выходным, когда они устраивали свою очередную тренировку, мне поручалось изображать «мула» с грузом наркотиков и пытаться обмануть следопытов из управления. И в этом я добился немалых успехов: овладев всеми их приемами, я умел так же хорошо заметать следы, как и «читать» их.