Грань Теней

Суржевская Марина

Я выдохнула, отпуская тучу, которую все это время держала воздушной петлей, словно собачку на привязи. Сердито плеснув водой в последний раз, она уплыла. Я стерла дождь с лица и рассмеялась. И все ко мне присоединились. Сначала неуверенно, а потом уже в полный голос! Так что мы просто смотрели как уплывает туча и хохотали.

— Дурман отходит, — сквозь смех сказал Шайдер, вытирая мокрые глаза.

А потом мы пришпорила лошадей, пока красные цветы снова не раскрыли свои дурманящие лепестки.

* * *

Вскоре я поняла,

что без Арххарриона мы ни за что не нашли бы озеро сирен. Вечный лес был прекрасен и в то же время, обманчив. Лесные духи путали направления и тропки, заманивали то в непроходимую чащу, то в овраг. Да и сами сирены постарались, накрыли озеро мороком, отводя глаза незваным гостям. Но Арххаррион ориентировался в лесу хорошо и уверенно вел нас по кривой тропке, пока мы не вышли возле знакомого мне бережка.

Ксеня и Данила удивленно рассматривали маленькое заболоченное озерцо, чуть затянутое тиной. И одинаково насмешливо фыркнули.

Шайдер фыркать не стал, посмотрел внимательно, повел рукой. Под его ладонью воздух дрогнул, и открылось небольшое окошко, в котором мы увидели истинную картину: огромное озеро с вздымающейся в центре башней из воды, и множеством длинных хвостатых тел в глубине.

Данила ахнул, а Ксеня перестала усмехаться, и посмотрела изумленно.

— Это все не настоящее, да? — шепотом спросила она, — морок?

Я кивнула. Зеленая тина болталась у бережка, по воде бежала легкая рябь. Ивы низко склоняли серебристые голова, поводя по озерцу тонкими ветвями с узкими листьями, словно печальные девы. Легкий ветерок шевелил ряску, и ни звука не разносилось по бережкам, тишина…

— А как же нам увидеть русалок? — тоже шепотом спросил Данила.

— А никак, — ответил Арххаррион, — если сами не захотят, мы их не увидим.

— А они нас видят?

— Конечно.

Данила поежился и с опаской осмотрелся. Я его понимала, все же не очень приятно, когда тебя рассматривает кто-то невидимый.

— Похоже, сирены, не торопятся нас встречать, — вздохнул Шайдер.

Мы снова с надеждой осмотрели озерцо. Только ивы шелестят, да тина дрожит.

— Ветряна! — вдруг раздался звонкий голос.

И сразу озерцо поплыло, затуманилось, как мутная слюда, и исчезло. Морок пропал, взметнулась над огромным озером хрустальная башня, а я улыбнулась подплывшей к берегу Солмее.

— Ветряна! — снова воскликнула она, — что ты здесь делаешь? Я искала тебя, но твоя путевая нить никуда не ведет, обрывается!

Я радостно посмотрела на юную русалку. Она подросла, глаза стали зеленее, как и волосы, а серебристые чешуйки потемнели. С нашей последней встречи Солмея заметно изменилась, теперь передо мной был уже не подросток, а молодая девушка.

— Солмея, я так рада тебя видеть! Ты стала такой взрослой! Когда ты успела? — искренне удивилась я.

— Сирены взрослеют в одну ночь, Ветряна, — улыбнулась она, — Что ты здесь делаешь?

— Я пришла, что бы задать вопрос Им. Скажи, я могу это сделать?

— Я не знаю, — ответила сирена, — Им сам решает, кому он даст ответ, а

кому нет. А разрешение, чтобы войти в омут может дать только Хозяйка.

— А где Майира? Мы можем ее увидеть?

Солмея блеснула холодными глазами.

— Хозяйка не любит Темных. Да и людей не жалует, — и тут же улыбнулась лукаво, — но я скажу, что вы мои гости! В конце концов, на Играх уже слишком давно не было зрителей!

Я заметила изумленный взгляд Шайдера, и даже невозмутимый Арххаррион выглядел удивленным. Поэтому решила уточнить.

— На Играх? Что ты имеешь в виду?

— Сегодня день Сотворения, Ветряна! Небесные светила сделали еще один круг в вечности, это значит, что настало время Игр, — торжественно сказала Солмея, словно это все объясняло. Я ничего из сказанного не поняла, но уточнить мне не дали. Сирена нетерпеливо хлопнула хвостом по водной глади, расплескав ее сияющими брызгами.

— Идите за мной, — приказала она.

Мы не успели поразиться и даже спросить, как именно и куда идти, потому что над зеркалом озера поднялся сверкающий полупрозрачный мост, с которого потоками стекала вода. Солмея легко подтянулась на руках и выбралась на берег. Ее чешуя растаяла, явив нам прекрасное девичье тело, которое прямо на глазах затянулось водорослями, словно причудливым живым нарядом.

Данила смотрел на это чудо откровенно восторженно, его глаза стали просто как два блюдца. Ксенька фыркнула и мстительно наступила ему ботинком на ногу.

— Ай! — воскликнул парень и очнулся, отвел глаза от Солмеи. Сирена насмешливо улыбнулась и грациозно отвернувшись, шагнула на призрачный мост.

Переглянувшись, мы пошли следом.

Это было странное ощущение. Мост слегка дрожал под нами, и сквозь него было явственно видно воду озера, стайки проплывающих рыб и выглядывающие из глубины бледные русалочьи лица. На холодных лицах сирен все же мелькало удивление, когда они видели нас, и раздраженно хлестнув хвостом по воде, они стремительно уходили на дно. Но потом снова всплывали, чтобы проводить нас настороженными и недовольными взглядами. Солмея на эти взгляды никак не реагировала, молча шла впереди, гордо развернув узкие плечи. Длинный подол платья из водорослей плыл за ней следом, и я старалась не наступить на него. Один раз все же наступила, засмотревшись в толщу озера под нами. От подола сирены оторвался кусочек, но она даже не обернулась, потому что прореха тут же заросла новыми водорослями, а на плечах и спине русалки даже распустились цветы, похожие на озерные кувшинки.

Так что я понимала Данилу, который не мог отвести от сирены глаз.

Чем ближе к башне мы подходили, тем темнее становилась вода озера под нами, а возле башни она была уже просто черной, словно чернильная. И стремительно проплывающие в ее глубине серебристые узкие тела казались стремительными и холодными клинками.

Мы остановились перед водопадом, скрывающим вход в башню.

— Мои гости — гости Им, — нараспев произнесла Солмея и развела воду руками, словно обычные занавеси.