Грань Теней
Шрифт:
— А больше ничего! — противным голосом передразнила Ксенька, — а у меня вообще… кусок души шляется где-то! Так то!
— о! да ты прям фря!
Мы залились смехом так, что вспорхнули с ветвей испуганные сойки. И в Риверстейн вернулись совершенно довольные друг другом и собой.
К вечеру Риверстейн опустел. Не представляю, как лорд Даррелл все провернул за столь короткий срок, но уже к вечерней заре у ворот стояло несколько экипажей, ожидающих послушниц.
Многие девочки откровенно
Возницы покрикивали, поторапливали, вздыхали и смотрели на вечернюю зорьку. Прикидывали как до темна добраться к ближайшему поселению, а с утра уже и в Загреб двинуться…
Наставницы в свой экипаж погрузились молча, хмуро, не глядя на испуганную кучку бывших воспитанниц, только арей все еще рассказывал о схождении святых старцев этой ночью. Но его уже никто не слушал.
Зато Авдотья и Данина не скрывали своих чувств, вовсю обнимали девочек, уже не боясь недовольного окрика наставниц и тайком утирая слезы.
Когда все погрузились, по стылой дороге простучала слаженная дробь копыт, и выскочил перед воротами вооруженный отряд. Лорд Даррелл все предусмотрел и без охраны своих бывших подопечных оставлять не собирался.
Мы с Ксеней притаились в темной ученической, отсюда двор просматривался лучше всего. Пока девочки усаживались в повозки, одергивая платья и всхлипывая носами, мы прятались за занавесями и испугано вздрагивали от звуков шагов в коридоре. Как в детстве. Только тогда мы прятались, потому что хотели сбежать, а теперь — остаться.
Но вот двор опустел и даже отзвук копыт затих в морозном воздухе. В Риверстейн стало тихо. Оглушающее, невероятно тихо. Замок умолк. Больше не было шепота девочек в его коридорах, легких шагов, шелеста платьев… сплетен, смеха, плача, молитв и окриков… никто не мчался по лестнице, опаздывая на занятие, не падали со стуком тяжелые книги, не коптили угасшие масляные лампы…
И Риверстейн загрустил, задумался. Словно ворчливы старик, которого так долго раздражили шаловливые внучата, и осознавший, как они ему дороги, лишь когда они уехали…
Мы неуверенно переглянулись
И испугано подпрыгнули, когда стукнула дверь в ученическую.
— Так… — сказал лорд Даррелл, — вот вы где!
— Мы никуда не поедем! Ни в какой Загреб! — воинственно воскликнула Ксеня и непримиримо выпятила подбородок. Я согласно кивнула.
Шайдер удивленно на нас посмотрел.
— Конечно, не поедите! Кто ж вас отпустит… Вы поэтому здесь прятались? Я вас с обеда ищу!
— А зачем вы нас ищите? — спросила я.
— Как это зачем? Сгораю от любопытства, конечно! Пошлите, хватит там пылью дышать.
Мы вылезли из-за завесей, и со вздохом облегчения покинули темную ученическую.
Опустевший Риверстейн был столь не привычен, что мы поневоле усмиряли шаг, таили дыхание, словно боясь потревожить молчаливые коридоры. И
За длинным дубовым столом, как у себя в Хаосе, удобно и без стеснения расположился Арххаррион. Одетый в белую рубашку, уже без ожогов на лице, он бесцеремонно просматривал бумаги бывшей матушки-настоятельницы и раздраженно отбрасывал ненужные. Пол у его сапог уже был усыпан желтым пергаментом, раскрытыми фолиантами, конвертами и свитками.
У левого локтя демона стояла початая бутылка вина, наполовину пустая. И судя по отсутствию бокалов, здесь Арххаррион обошелся так же- без церемоний!
— Нашел что-нибудь, — спросил лорд Даррелл, закрывая за нами дверь. Мы с Ксеней переглянулись, помялись на пороге и тихонечко присели на низенькую кушетку без спинки. Я с любопытством осмотрелась.
Только один раз я была в этом кабинете, в святая святых. В тот день, когда прибыл вестник из Старовера, тринадцать лет назад, и решалась моя судьба: останусь ли я в приюте или нет. Я помню недоуменный взгляд вестника и легкое, безразличное пожатие плечом леди Селении. Я смотрела на двух этих людей, держащих в руках мою жизнь, и запомнила их такими: недоумение и безразличность.
Тогда здесь царила строгая упорядочность и холодная сдержанность. Сейчас — пахло пеплом и вином, трещал в камине огонь и властвовал хаос.
— Не много, — сипло ответил Арххаррион, лишь мелком глянув на нас.,- Алира хитра…Предполагала, что я буду искать. Так…Несколько подчеркнутых слов, пожелтевшие от частого чтения страницы…не следы, а издевки!
Арххаррион со злостью сжал кулаки и сделал большой глоток из бутылки.
— Присоединяйтесь, — сделал он широкий жест рукой.
Лорд Даррелл подумал и тоже приложился к бутылке.
— Вам не предлагаю, — сказал он нам.
— А что жалко? — ехидно спросила Ксеня.
Арххаррион вскинул на Ксеню темные глаза и под его взглядом она сжалась.
— Кубки там, — махнул он рукой. — сами возьмите.
Мы с любопытством потянули носом, потому что никогда не пробовали спиртное. Потом Ксеня упрямо поднялась, достала из шкафа кубки и поставила на стол. Лорд Даррелл капнул туда по капле. Ксеня недоуменно заглянула внутрь, повертела, размазывая по стенкам, и протянула обратно, требуя добавки. Шайдер нахмурился.
— Налей, — все так же сипло и не глядя, сказал Арххаррион, — спать лучше будут. У них тяжелый день выдался…
И ночь. Ночь — особенно.
Заполучив кубки, в которых на четверть плескалось темное вино, подруга вновь уселась рядом.
Шайдер же расположился у окна.
— Лорд Даррелл, — задала я мучавший меня вопрос, — что теперь будет с Риверстейн?
— Пока не знаю, Ветряна, — задумчиво ответил он. — Вопрос трудный. Риверстейн — мой родовой замок, и получается, что пробудившийся источник формально принадлежит мне… Но вот, что с этим делать… ума не приложу.