Грань реальности
Шрифт:
На фоне звездного мрака, проступая из него, внезапно появился титанический смерч Логриса – миллиарды кристаллов, соединенные вместе, вращались по часовой стрелке… Отдельные нити отслаивались от общей структуры, и их относило в сторону, отчего вращающийся смерч казался слегка размытым.
Старика, искушенного в знании разных обычаев и религий, внезапно проняла непроизвольная дрожь: в отличие от иных мест религиозного поклонения здесь не было ни капли мистики или лжи – перед ним проецировалась сама
Кристофер Раули поднялся на небольшое возвышение.
Он и Дана встали рядом, малыш чуть ниже, и в этот миг заговорил Крис. Его речь была спокойной, уверенной, он не проповедовал абстрактные истины, а излагал факты, и в этом заключалась неодолимая сила:
– Две тысячи лет назад был человек, и был окружающий его космос. Мы знали лишь одну Вселенную – ту, которую видели глаза наших предков, куда уходили космические корабли с поселенцами на борту. Они осваивали планеты, любили и ненавидели, воевали и примирялись, человечество ширилось, росло и, наконец, вышло к границам, где три миллиона лет обитали и развивались чуждые нам расы.
Крис на секунду умолк, глядя на расплескавшуюся вокруг него звездную бездну, а затем продолжил тихим спокойным голосом:
– Мы осваивали космос, не замечая, что постепенно растим среди своих технологий новую Вселенную. Она зародилась в тот момент, когда на далекой планете Земля появилась первая электронно-вычислительная машина. Позже их стали называть компьютерами, затем, по мере усложнения – кибернетическими системами, и в конце концов на их основе возникла новая реальность, названная виртуальной.
Он обернулся к черному смерчу Логриса.
– Физические законы материальной Вселенной едины и незыблемы для всех, поэтому техническая мысль разных, непохожих друг на друга рас шла одними и теми же путями. Мы создали виртуальную реальность и сеть Интерстар, которая объединила звезды. Логриане создали свою машину – Логрис, объединявший не физические миры, но разумы усопших. Потом наступил миг потрясений, и мы, объединяясь против общего врага, вынуждены были совместить нашу сеть Интерстар с носителями древней машины.
Несколько долгих, показавшихся Белову бесконечными секунд Кристофер смотрел на черный смерч.
– Мы не поклоняемся Логрису, – вновь заговорил он. – Мы констатируем факт его существования и понимаем, что в нем реализовалась вторая Вселенная, где обитают уже не люди, логриане, инсекты или хараммины, а их души. Миры Логриса так же бесконечны и разнообразны, как планеты в физической Вселенной, но если обитаемую Галактику хранят законы, военные силы, межзвездные договоры, то миры Логриса до определенной поры существовали сами по себе…
Опять наступила секунда тишины, данная на осмысление сказанного, а затем вновь зазвучал ровный,
– С момента реанимации Логриса мир разделился на две половины, и мы, обитатели Гефеста, взяли на себя ответственность: хранить вторую Вселенную от попадающего туда зла, следить за тем, чтобы ни один личный ад того или иного существа не выплескивался за рамки, ограниченные отданным ему Логром, чтобы мир виртуальный не пытался влиять на мир физический.
Крис обернулся к своему сыну и обратился уже непосредственно к нему:
– Чтобы хранить, нужно понимать хрупкость и неповторимость двух Вселенных. Сломать дерево легче, чем посадить и вырастить его, в этом каждый из нас убеждается ежедневно. Мы получили по наследству уникальный врожденный дар, который позволяет каждому из нас существовать в двух Вселенных одновременно. Этот дар делает обитателей Гефеста особыми людьми, но не в смысле глобальной власти над мирами, а в плане ответственности перед ними.
Он умолк, и вместо него заговорила Дана:
– Честь – вот слово, смысл которого должен понимать каждый, кто ступает через границу двух Вселенных, – произнесла она. – Хранить целостность Вселенной – это честь… и ответственность за каждый свой шаг.
– Закрой глаза, сын! – приказал Крис.
Малыш повиновался. Его тело била крупная дрожь.
– Теперь мысленно представь себе Логрис.
Белов, наблюдавший за процедурой, вдруг увидел, как за правым ухом мальчика зардела, пульсируя, крохотная алая точка, и тотчас, затмевая колючее сияние звезд, вспыхнул ровным фоном исполинский проекционный экран.
В его стереоглубинах рос, приближаясь, увеличиваясь в размерах, черный вихрь Логриса.
Еще миг, и он заполнил собой все, потом исчез, истаял, и Белов увидел малыша, стоящего по пояс в цветущем травостое.
– Отсюда начинается путь каждого из нас, – раздался под сводами храма голос Кристофера Раули. – Эта Вселенная принадлежит не отдельной личности, а всем обитателям Гефеста. Повернись, сын!
Малыш вновь повиновался, но его тело осталось неподвижно – он обернулся там, в пространстве, куда ушел его разум.
Перед ним сияло многоцветье информационных потоков сети Интерстар.
– Запомни – это общечеловеческая сеть. Без нее Логрис – всего лишь набор отдельных, никак не взаимосвязанных виртуальных миров. Интерстар объединяет не только реальные планеты, но и фантомные миры. Технологии людей и логриан слились воедино, дополняя друг друга, и потому Логрис в сегодняшнем виде – это создание двух рас. А теперь – вперед!
Мальчик сделал робкий шаг, по щиколотки утонув в радужном потоке, и тот внезапно подхватил его, понес, но не стремительно, а бережно, будто знал, сколь ценный груз доверен ему…