Графский сын. Том 2

Тайецкий Тимофей

— Мой господин, чем могу помочь? — он говорит с уважением.

Без лишних слов, я приказываю своему главному рыцарю:

— Ульрих, отправь три батальона и арестуй трех баронов со всеми их родственниками. Ни один не должен уйти. Собери их в Корково. Я намерен встретиться с ними лично.

Он удивлен, но понимает. Ульрих не жалуется, не возражает. Для многих благородных семей исчезновение этих баронов важно, особенно для верхушки общества. Но такая логика не относится ко мне. У меня за плечами хороший опыт уничтожения

родословных.

— Молюсь, чтобы судьба трех баронов была милостивой. Хотя сомневаюсь, что они на это надеются, — говорит он.

Ульрих приступает к выполнению моего приказа, как я и велел.

* * *

На следующий день Ульрих выдвинулся вместе с тремя батальонами. У каждого из них было разное назначение, но цель у всех одна.

Естественно, эта новость распространилась среди горожан через таверну и разговоры внутри города. Невозможно было скрыть такую важную информацию. В особняке, где служили многие девушки, лишние уши всегда находились в курсе событий. Я не стал порицать их или принимать какие-либо меры. Понятно, что людей интересует то, что происходит. Моя публичная деятельность ставит меня в центр внимания.

Мне важно, чтобы люди поняли, почему я сделал это решение. Я не хочу, чтобы меня стали воспринимать как жестокого господина. Мой облик и репутация имеют для меня большое значение.

Через неделю после их отъезда я отправился в путешествие в Корково. По дороге я наслаждался зеленью леса. С самого начала противостояния с императорской семьей меня засыпали хлопоты. Редко удавалось найти время для отдыха.

Часто мне попадались торговцы, следующие в направлении Мраморного и обратно. Я глубоко погружался в свои размышления, наблюдая за ними. В душе я жалел о своей судьбе.

«Может быть, стоило бы быть обычным торговцем. По крайней мере, мне не пришлось бы иметь дело с дворянами и не тащить такой груз работы».

Сказать, что я ничего не чувствовал, было бы неправдой. Я чувствовал глубокую усталость от всего, что произошло с момента моего прибытия в этот мир. Весь этот беспорядок, вызванный войной два столетия назад, продолжал оставаться ощутимым.

Три дня прошли без происшествий. Время пролетело незаметно. Я, наконец, увидел стены Корково.

«С тех пор, как я последний раз был здесь, прошло много времени», — прошептал я себе.

Ульрих ждал меня уже несколько дней и встретил меня по прибытии. Он уважительно поклонился мне, когда я вышел из кареты.

— Ты выполнил мое задание, Ульрих?

— До последней буквы, мой господин.

— Отличная работа. Давай встретимся с ними.

С Ульрихом рядом, я направился к особняку Корково, где были заключены все три барона.

«Скрип»

Ульрих толкнул массивную деревянную дверь с двойными створками, на которой блеснул

золотой герб Корково. Взгляды десятков пар глаз обратились ко мне. Все были в замешательстве. Разницы между ними и нищими не было — аура благородства исчезла.

— Мой господин…

— Мой господин…

— Мой господин…

Все старались заговорить. Возможно, они думали, что я испытывал к ним сочувствие и готов был прощать их ошибки. Однако мои намерения были далеки от прослушивания их аргументов:

— Пожалуйста, прекратите и дайте мне высказаться первому. Принесите стул, чтобы я мог сесть.

Солдат доставил стул для меня. Я лениво опустился на него, перекрестив ноги. Взгляд скользнул по лицам баронов: страх, гнев, униженность, неуважение, и, удивительная уверенность. Я взял лист бумаги, прежде чем начать разговор прочитал:

— Барон Новобигово дал зелёный свет вражеским силам в Дербан. Он не информировал меня о войсках противника.

Барон Корково снабдил противника продовольствием, оружием и солдатами, об этом я также не был оповещён.

Барон Черново отказал в поддержке для сил дома Виноградских без каких-либо особых обоснований. Что ещё можно добавить?

Я вглядываюсь в них. Как и ожидалось, они лишь опустили глаза, не находя смелости поднять их на меня.

— Итак, как быть с вами, мои дорогие?

Первым заговорил барон Новобигов:

— Мой господин, император угрожал мне. Они угрожали убить меня и мою семью, если я не соглашусь подчиниться ему.

Мои брови поднимаются:

— Действительно? Не по-джентльменски, конечно, угрожать тебе титулом «виконта» и владением новыми землями.

Лицо барона Новобигово бледнеет. Его жена и дети начинают рыдать. То же самое происходит с бароном Корково и его семьей. Если я знаю о сделке барона Новобигово, то, скорее всего, я знаю и о них.

Мой взгляд переходит к барону Чернову. Он мгновенно выделяется уверенностью:

— Мой господин, моя вина лишь в том, что я не отправил вам воинов на помощь. Это была всего лишь просьба, не приказ. Ни разу я не сговаривался с врагом, чтобы ударить вас в спину.

— Да… наверное, ты прав.

Барон Чернов улыбается. Он уверен, что я не наврежу ему, так как я близок к его внучке, Раде. Однако он, видимо, забывает, что его будущее теперь зависит от моего решения.

— Тем не менее, мне по-прежнему кажется, что это несправедливо.

— Что вы имеете в виду, мой господин? — барон Чернов в панике.

— Твое улыбающееся лицо напоминает мне Радовида, твоего внука. Ты, наверное, знаешь, что он сделал, верно? И посмотри на это письмо. — Я передаю барону Чернову письмо.

— Э-это всего лишь шутка, милорд. — Его рука дрожит. Это письмо, которое он отправил Ренольду в прошлом, чтобы заставить его сделать Радовида наследником. В конце концов, он осознает, что я никогда не планировал отпускать их.