Графиня
Шрифт:
Чем мне грозит её прибытие? А если не справлюсь? Если умрет прямо на операционном столе? Меня посадят? Госпиталь закроют? Лишат титула? Ну, это вообще ерунда. Оштрафуют на кучу миллионов? Сошлют в ссылку?
В при-и-инципе… Лишь бы не посадили и не казнили! Остальное решаемо.
Но лучше б, конечно, суметь помочь девушке. Кстати, что я о ней вообще знаю?
Наведавшись в ванную и гардеробную, где умылась и оделась (как всегда без претензий на высокий стиль), я сама сумела вспомнить, что у нашего императора трое детей: сын, которому уже к тридцати — цесаревич
При этом в императорском роду все дети одаренные и гипотетические мульты, потому что осваивают как минимум две-три стихии. Про Алексея слышала, что он раскрыл в себе стихии камня, металла, огня, природы, воздуха и песка. Анна — воздух, туман, иллюзии. В Ольге вроде как проснулась природа… Хм, неплохо. Природа живучая, это хорошо. Не регенерация, конечно, но лучше, чем камень или металл.
Ладно, будем смотреть по факту. Всё равно гадать бесполезно, пока не увижу своими глазами.
Глава 13
При этом когда я спустилась вниз, Савелий уже ждал меня в холле, причем с самым суровым выражением лица.
— Что такое? — даже удивилась.
— Да вот, думаю, — мрачно выдал мужчина, — куда нас в ссылку отправят, ежели что. В Магадан или Воркуту?
— Думаете, не справимся? — Я с вызовом задрала бровь. — Это мы то с вами?
Озадаченно хмыкнув, Док вдруг коротко хохотнул и приобнял меня за плечи.
— Действительно, чего это я? Да чтобы мы и не справились? Да хрена с два! Идемте, Полиночка, обрадуем остальных. Кого, кстати, привлечем?
— Владимира точно, — кивнула своим мыслям. — Петра скорее всего. Возможно, Вахтанга, Давида, Сергея и даже Ярослава. В общем, всех ведущих специалистов госпиталя. Просто и быстро точно не будет, иначе бы нам даже не позвонили. И всё же я удивлена. Почему мы? Императору служат лучшие, как минимум три ультры только персонально семье. И вдруг мы? Почему?
— Подозреваю, все их пресловутые ультры уже вынесли свой вердикт, — скривился Савелий. — Наверняка прогнозы неутешительные.
— Император так наивен, что хватается за призрачный шанс в нашем лице? Или… — Я покосилась на спутника. — Он знает о том, что мы выращиваем конечности?
— Знает, — едва заметно поморщился Док. — Через Ибрагимова. Тот был знаком с Ярославом и знал, что Демидов стал калекой. А увидев его в вашем госпитале в свой недавний визит, вызвал к себе, ну и… В общем, наверху всё знают. Под грифом секретно.
— Ясно. — Я цокнула с легкой досадой. — Следовало ожидать. А мне почему не сказали?
— Да, как-то… — Савелий развел руками с виноватым выражением лица, но я всё равно сильно не сердилась, понимая, что шила в мешке не утаишь.
Тем более мы всё равно собирались чинить бойцов без стоп и кистей рук, находящихся в нашем центре.
Что ж, будем тренироваться на цесаревне!
Привезли её, кстати, чуть раньше обещанного, где-то через час сорок.
Это был полноценный
Помимо охраны пациентку сопровождал лично Ибрагимов и два целителя лет шестидесяти, но мне их высокомерные рожи не понравились сразу и я поставила категоричное условие: с чужими целителями я работать не буду. Пациентка сложная, в критическом состоянии, важна каждая секунда, а к новым людям ещё приноровиться надо. Тогда как у меня команда слаженная, все знают, что делать и не подведут.
— Уверены? — напряженно прищурился генерал.
— Более чем, — заявила я твердо, не обращая ни малейшего внимания на кривящиеся губы обоих целителей. — Кстати, доверять целителю, у которого начальная стадия подагры и высокий сахар, я бы не стала.
По губам генерала скользнула едва заметная улыбка, больше похожая на вымученную, но он кивнул, принимая мои аргументы, и просто приказал целителям:
— Господа, вы свободны.
— Выскочка, — едва слышно прошипел один.
— Бездарь без образования, — вставил свою реплику второй.
— Господа! — Тон генерала моментально заледенел, как и воздух вокруг. — Вашего мнения никто не спрашивал! И в отличие от вас, госпиталь графини Ржевской каждую неделю спасает жизни не менее чем десяти безнадежно покалеченным бойцам! Чем вы точно похвастать не можете. О вашем недостойном поведении будет доложено императору! И не думайте, что я смягчу своё мнение о вас!
Оба скривились, но извиняться не стали. Зато хотя бы отошли и не мешали двум бравым воякам выкатить из реанимобиля полноценный саркофаг, внутри которого лежала… кхм, скажем так, пациентка. Пускай бортики этого любопытного саркофага были матовыми, я первым делом заглянула сверху сквозь прозрачную крышку, и то, что увидела, не вызвало у меня особого энтузиазма.
Пострадала она действительно о-очень сильно.
Нет носа, левой щеки и верхней губы. Поврежден левый глаз. Лоскутами вспорот живот и видно, что кишки собраны, но явно не все. Нет левой руки и полностью левой ноги. Раскурочен таз. Не факт, что на месте мочевой и матка. Правой ноги нет по колено.
Ну-у… Торс на месте — уже хорошо.
— Что скажете? — тихо спросил меня генерал, когда я изучила пациентку от и до, заодно отмечая, что глубокую кому с эффектом стазиса обеспечивает маленький артефакт, вшитый под кожу в районе верхнего шейного отдела позвонков.
— А конечности вы с собой случайно не прихватили?
Генерал посмотрел на меня, как не немножечко больную, и отрицательно качнул головой.
— Жаль. Но не страшно. Вы мне, главное, её фото предоставьте, чтобы я знала, какой формы нос делать. Длина ног, размер стопы и всё в таком роде. Есть?
— Да, конечно, — торопливо заверил меня Ибрагимов, моментально воспряв духом и протягивая мне папку, которую до этого обнимал, как самое ценное. — Всё тут. И вот тут распишитесь, пожалуйста.