Графиня поневоле

Карская Карина

— Да входи уже! — раздался изнутри львиный рык.

Я переступила порог.

Граф в черном бархатном домашнем костюме восседал за письменным столом, поигрывая коротким ножичком с костяной рукояткой. Мне показалось, что он бы с удовольствием кинул этот ножик сейчас в меня. Вместо этого муж тяжело вздохнул, как будто ему предстоит ужасно тяжелая работа, и кивнул на кресло возле окна.

— Садись!

Я повиновалась. Граф вышел из-за тола и подошел поближе. Он не сводил с меня испытующего взгляда, кружа вокруг моего кресла, как коршун

надо добычей.

— Итак, что вы делали вчера с этим негодяем бароном у лекаря? — с места в карьер перешел граф.

Я заметила, что он больше не именует Трисмегиста шарлатаном.

— У меня разболелась голова на балу, — произнесла я, смотря в окно. — И барон вызвался отвезти меня к лекарю за снадобьем.

— За снадобьем, значит? — переспросил граф с нотками угрозы в голосе.

Мне стало страшно, и в то же время накатила ужасная усталость. Да что ему надо от меня?! Подумав пару секунд, я решилась. Будь что будет, я устала бояться! Видит бог, я старалась всем понравиться, а меня только больше ненавидели!

— Да, за снадобьем, — тоже поднялась я с кресла, очень жалея, что не надела более подходящий наряд.

В развевающемся домашнем платье до пят я чувствовала себя не слишком защищенной. Эх, мне бы джинсы…

— Я не предлагал вам встать! — зарычал граф, угрожающе глядя на меня.

— А мне вашего позволения не требуется! — произнесла я, упирая руки в бока. Голова и впрямь начала болеть, кроме того, проглоченная недавно овсянка ощутимо запросилась на выход. — Я свободная женщина и веду себя так, как мне хочется!

— Вот как вы заговорили? — насмешливо произнес граф, наливая себе в бокал виски. — А я все ждал, когда вы проявите ваш знаменитый норов. И вот, пожалуйста, дождался. Что еще мне скажете? Может, что собираетесь сейчас навестить вашего любовника? Не стесняйтесь, графиня, излагайте все, что на душе.

Он явно издевался. Кристальные глаза графа опасно щурились, в них мелькала молния.

Мня чуть качнуло и я, боясь, что упаду, опустилась обратно в кресло. Граф удовлетворенно хмыкнул, как будто одержал победу.

— Так-то лучше, — произнес он, вставая за спинкой моего кресла, и хватаясь за нее обеими руками. Его темноволосая голова склонилась над моей, отдельные локоны почти доставали до моей прически.

— Итак, вчера на балу вы опозорили меня, открыто сбежав вместе с любовником, — с угрожающей интонацией произнес граф.

Его горячее дыхание обжигало мою шею, но пошевелиться я не могла, ощущая себя почти загипнотизированной.

— Вы не поехали со мной в замок, хотя я предлагал, предпочтя скрыться с этим… бароном, — продолжал прокурор обвинительную речь. — Кроме того, обставили свой побег настолько нелепо, что теперь о наличии у графа Сангиана рогов знает весь свет. И весь свет смеется. Как вы понимаете, надо мной!

В его голосе зазвучала такая жесть, что я невольно поежилась, боясь, что граф сейчас задушит меня.

— Он не мой любовник! — закричала я, больше не в силах

выносить эту пытку.

— Что? — граф смотрел на меня как-то брезгливо что ли. — Вы еще и лгунья в довершение ко всему!

— Кто бы говорил об изменах, — отважно произнесла я, на всякий случай отступая подальше вглубь кабинета. — Сами то хороши! С маркизой Шевалон напропалую крутите! Связываете там друг друга и прочее… Интересные у вас игры, конечно, но почему тогда мне нельзя?

Граф оторопело посмотрел на меня.

— Насчет маркизы я вам уже объяснил, кажется, — произнес он, снова принимаясь мерить шагами комнату. Полы его черного кафтана развевались как у ворона. — Мне казалось, вы все поняли. Разве нет?

— Нет, — буркнула я. — Что она тогда делала в вашей карете вчера вечером.

— Я просто подвозил их с княгиней Ранг до дома, — нетерпеливо ответил Граф. — Вы же знаете, что они наши соседи!

Я не стала унижаться до такой степени, чтобы приводит вчерашние слова княгини Ранг о том, как граф после моего ухода с бала вовсю флиртовал и танцевал с маркизой Шевалон. Еще чего доброго подумает, что я ревную. Но разговаривать нам было более не о чем. Я развернулась и гордо задрав нос, прошествовала к двери.

— Стоять! — раздалась команда, и в мгновение ока граф оказался рядом со мной.

Его пальцы впились в мое плечо. Холодный взгляд вперился в мое лицо:

— Порой мне казалось, Арида, что вы изменились. Но, похоже, старые привычки не так-то просто изменить, да?

Я вырвалась из его цепкого захвата.

— Между прочим, — едко произнесла я. — Если хотите знать, вы мне вообще не нужны. Не нужен этот чертов брак, графским титулом утритесь! И папенька мой пусть утрется родством с аристократом! Вы все мне противны! Я жалею, что вообще встретила вас на своем пути, и лучше буду жить на улице под мостом, чем в этом замке или в отчем доме! А теперь дайте мне пройти.

Впечатленный моей отповедью граф машинально подвинулся, и я покинула кабинет, ощущая на себе его удивленный взгляд.

Впрочем, далеко мне уйти не удалось. Уже когда я пересекала общую гостиную внизу, намереваясь далее подняться вверх к себе, меня окликнули:

— Я, наверное, не вовремя, дорогая графиня…

Я скосила голову вправо и увидела сидевшую в одном из кресел возле окна маркизу Шевалон. Женщина явно слышала нашу ругань из кабинета и выглядела весьма довольной.

— Да, вы не вовремя, — не стала скрывать я.

— Но я не просто так, а по делу, — поспешно встала маркиза, заметив, что я собираюсь улизнуть. — У меня для вас послание.

— Что? — мои брови мои удивленно поползли вверх. — Какое еще послание? От кого?

— Вот, держите, — маркиза протянула большой надушенный конверт из коричневой плотной бумаги без подписи. На конверте красовался чей-то герб, мне неизвестный. Да и откуда? Я и графский-то герб не знала толком.

— Это… от кого? — осторожно поинтересовалась я, ожидая подвоха.