Графиня поневоле

Карская Карина

— Круто! — восхищенно произнесла Лея и подойдя поближе, принялась тискать зверька. — Какой милый! Дорогой небось?

— Да уж недешевый, — Трисмегист кашлянул в кулак. — Но для графини Сангиан мне ничего не жалко. Теперь все, через две недели жду!

С этими словами лекарь открыл двери и подождав, пока мы покинем его жилище, моментально закрыл ее.

Мы оказались в уже знакомом грязноватом переулке.

Вдалеке показалась фигура Фреда. Мальчишка увидел нас и радостно побежал, отчаянно что-то крича.

—

Ну наконец-то! — он приблизился и перевел дух. — Я уже с ног сбился, вас разыскивая. Думал, заблудились, а потом вспомнил, что госпожа местная, чуть успокоился. Уже хотел к батюшке вашему идти, о вас спрашивать…

— Не стоит ходить туда. Вряд ли я пойду к… отцу, — быстро ответила я и зашагала вперед.

Фред и Лея топали следом.

— Как же я рад, что вас нашел, — не унимался Фред. — Если бы один явился, граф точно семь шкур бы с меня спустил.

— И часто он с вас шкуры спускает? — я остановилась и посмотрела на Фреда.

Мальчонка замялся.

— Не так что бы часто, — ответил он, помолчав. — Можно сказать, вообще никогда. Граф так-то справедливый, его любят и в деревне, и у нас на конюшне. Но за дело может и отвесить! Ой, а что это у вас?

Взгляд Фреда молнией переметнулся на торсунчика у меня в руках, с которого частично свалилась шаль.

— Торсунчик! Живой! — Фред издал такой же восхищенный вопль, как и Лея недавно и бросился ко мне, норовя погладить зверька.

— Они же очень редкие, — восторженно шептал мальчик, пока рыжая шкурка животного разглаживалась под его руками. — Заморские звери, ни у кого в нашей округе такого нет. Разве что у короля, может быть.

— Откуда вы тогда знаете, кто это? — задала я резонный вопрос.

— Так на картинках, детских, — как недалекой, объяснила Лея. — У вас же тоже такие открытки есть, госпожа. Вернее, были, в доме батюшки вашего. Тоже не помните?

Девушка сочувственно посмотрела на меня. Я покачала головой. Фред, занятый зверьком, не обратил на наш диалог внимания.

— Ну теперь то у нас в замке дела на лад пойдут, ведь теперь у нас торсунчик, — уверенно завил Фред, когда мы подошли к карете. Затем парень лихо запрыгнул на запятки. — Вот увидите, это счастливая примета!

Я забралась в карету, Лея следом. Я размышляла над словами Фреда: как можно быть таким наивным в его годы? Ведь ему лет тринадцать, не меньше. Но в то же время почему-то мне очень сильно захотелось, чтобы эта смешная уверенность оказалась пророческой.

17 глава

По мере того как карета подъезжала к замку, моя душа все сильнее наполнялась тревогой. Объяснить, с чем тревога связана конкретно, я не могла даже себе самой. Почему-то очень хотелось, чтобы муж не заметила нашего отсутствия.

Однако он заметил: темно-синий камзол с блестевшими на солнце золотыми пуговицами я увидела

еще за двести метров от крыльца. Граф нервно ходил из стороны в сторону по мраморному крыльцу, временами останавливаясь и смотря вдаль, приложив руку ко лбу от солнца. Издали он напоминал капитана тонущего судна, взирающего с палубы за горизонт в тщетной надежде увидеть помощь.

— Ой, граф! — испуганно воскликнула Лея, тоже выглянувшая в окно. — Что сейчас будет!

После этих слов девушка вжалась в угол кареты, как будто боясь, что граф сейчас подойдет и вытащит ее оттуда за волосы.

Фред спрыгнул с запяток и отворил дверцу кареты. Затем галантно протянул мне руку.

— Прошу, госпожа.

Держа на руках уснувшего, закутанного в шаль торсунчика, я сошла на дорожку.

Граф уставился на меня и замер. Затем, чеканя шаг, как майор в отставке, быстро приблизился. Лея спряталась у меня за спиной.

— Ну и какого черта? — начал он, сверля меня ненавидящим взглядом.

— Мы город ездили, на рынок, — пискнула Лея из-за моей спины. — Не браните госпожу, она ни в чем не виновата.

— Прочь! — рявкнул на нее разъяренный граф. — Поговори-ка мне еще!

Лея, зарыдав, побежала в сторону заднего двора. Побледневший Фред предусмотрительно молчал, явно не желая привлекать хозяйский гнев и на себя.

— Где вы были? — медленно спросил граф, стоя в полутора метрах от меня.

Он все еще был в той надушенной нижней рубашке, что надел утром. Синий камзол был расстегнут, являя на всеобщее обозрение нескромный вырез, открывавший заросшую темно-золотой шерстью грудь. Он был чертовски привлекателен в солнечных лучах.

— На рынке, за… нижним бельем ездили, — ответила я, сглотнув слюну. И тут же, переходя из обороны в нападение, продолжила:

— Кстати, ко мне утром заходила маркиза Шевалон, просила передать вам, что сегодняшнюю ночь она запомнит навсегда!

Выпалив это, я быстрее, пока граф не пришел в себя, проскользнула мимо него и скрылась в замке. Однако на самом пороге до меня донесся его вопль:

— Чтобы больше никуда не отлучались! Королевский бал на носу, готовьтесь!

Обернувшись, я увидела, как граф дает легкий подзатыльник Фреду. Мальчишка, опомнившись, резво побежал отгонять карету.

****

На следующий день в моей гостиной вовсю кипела подготовка. Лея без устали вынимала из шкафа и демонстрировал всевозможные наряды. Розовые, сиреневые, малиновые, даже одно черное с золотом платье затесалось… Воланы, рюши, оборки и кружева всех мастей, размеров и пышности. Рукава фонариками, короткие, прозрачные, длинные до колен с разрезами, отделка бисером, стеклярусом, стразами, камнями, пайетками, вышивкой… Голова кружилась. Я все перемеряла, но ни один из представленных, как Лея сама выразилась «вечерних туалетов» мне не понравился.