Граф
Шрифт:
Пробираясь сквозь заросли, я все чаще задумывался — правильно ли поступаю, следуя неясному наитию? Заблудиться у меня вряд ли получится, но куда ведет меня маленький медвежонок и, самое главное, почему он это делает? Спрашивать не имело смысла — все же звери не умеют разговаривать, да и нарушать тишину леса мне не хотелось.
В глухой чаще не было даже намека на тропинку, поэтому продвижение существенно замедлилось. Мне показалось, что мы идем уже битый час, а окружающий пейзаж нисколько не изменился: все те же деревья вокруг, насколько хватало глаз. Но вскоре
Топтыжка привел меня к небольшому лесному озеру. Оно было правильной круглой формы и со всех сторон плотно охвачено деревьями. С одной стороны под густой листвой угадывались сломанные стволы, будто что-то пролетело над лесом и упало сюда.
Медвежонок первым вышел из зарослей и уселся на берегу, уставившись прямо перед собой. Я проследил его взгляд и невольно сделал шаг назад: посреди мерцающей в лунном свете глади возвышался крохотный островок. На нем ровными кольцами лежала большая золотая змея, которую я видел во сне. Приподняв морду, она внимательно смотрела на меня черными глазами.
В глубине моего сознания всколыхнулась волна гнева. Тень увеличилась и стала расползаться во все стороны, пальцы сомкнулись на рукояти появившегося в руке меча. Топтыжка недовольно заворчал и отстранился. Но змея не двигалась и продолжала таращиться на меня. Несмотря на время суток и разделявшие нас метров двадцать, я отчетливо видел два ее глаза. Похожие на идеально ровные кусочки оникса, они не двигались и не мигали.
Сильный порыв ветра заставил воду в озере пойди рябью. Отражение полной луны дрогнуло и заискрилось. Змея медленно подалась вперед. Она опустила морду в воду и кольцо за кольцом стала раскручивать свое длинное гибкое тело, покрытое золотистой чешуей. Добравшись до середины разделявшего нас пространства, существо полностью ушло под воду и скрылось из виду.
Несмотря на то, что змея не демонстрировала признаков агрессии, я приготовился к бою и занес меч для удара. Но оружие опустилось само собой, когда из воды показалась человеческая голова с золотыми волосами.
Обнаженная высокая худощавая девушка неспешно вышла из воды и встала передо мною. Она была бледной, словно висящая на темном небосводе луна, с тонкой гладкой кожей и острыми чертами лица. Мокрые волосы, больше напоминавшие золотые нити ниспадали до самых пят, стелились по земле и скрывались в воде. Два черных глаза все так же не мигая смотрели на меня, но уже в упор.
— Кто ты такая? — во рту пересохло, каждый звук драл горло, словно напильником.
— Имя мне — Золотой волос, — голос девушки был тихий и бархатистый, обволакивающий, словно первый снег и совершенно не земной. Она все так же стояла надо мной, плавно покачиваясь из стороны в сторону.
— Ты не человек, — я сделал шаг назад, девушка же осталась на месте и медленно кивнула.
— Так и есть. Но лишь отчасти. Узри, я вольна выглядеть словно вы, когда пожелаю.
— Ты изверг? — все мое естество призывало разрубить это существо на части и разметать их по округе, но повода для агрессии не было.
— Нет, — покачала головой Золотой волос. — Те, кого вы, люди, кличете извергами, по-нашему зовутся канхи.
— И что значит это слово?
— Рабы, — просто ответила девушка, и голос ее отчего-то прозвучал печально. — Они нужны, чтобы обращать новых, заботится о гнездах и служить своим хозяевам, владыкам роя.
— Владыкам? Ты про Великого Полоза?
— У всех гнезд вокруг брешей свой рой и свой владыка — шен, — говоря, Золотой волос продолжала не мигая смотреть мне в глаза. Ни один мускул на ее алебастровом лице не дернулся, делая его похожим на кукольное.
— А бреши это?..
Девушка повернула голову и кивком указала на озеро за своей спиной, в котором скрывались ее роскошные волосы.
— Это кратер от падения метеорита? — догадался я.
Золотой волос кивнула.
— Там покоился один из небесных камней, на котором сюда перенеслись мои родичи. Люди давно вытащили его и забрали, а след остался.
— Так ты — полоз? — я разрывался между желанием узнать как можно больше о стоявшем передо мною существе и разрубить его пополам.
— Я — выше, — загадочно ответила она. — Мой отец создал меня иной.
— Кто твой отец?
— Вы кличете его Великим Полозом, мы же величаем шенгравом — владыкой владык. Он тот, владеет недрами земными.
— Значит, мы враги?
— С ним — да, со мной — нет, — голос девушки стал мягче. — Так будет, пока иного не пожелаешь.
— Совсем недавно красивые девушки уже делали мне подобное предложение, — припомнил я слова графини Улановой. — Мой отказ от сотрудничества их весьма расстроил.
— Не слепое повиновение предлагаю тебе, — покачала головой Золотой волос.
Речи этого существа заинтриговали меня, как и его таинственная природа. Что-то мне подсказывало, что Нечаев знать не знает ни о чем подобном. Такой источник информации мог очень сильно нам помочь.
— А что же? — спросил я, готовый в любое мгновение вновь призвать меч.
— Вы, люди, зовете это дружбой, — Золотой волос по-птичьи склонила голову набок. — Я верно изъяснилась?
— Изъяснилась-то верно, — я не был настолько наивен, чтобы верить каждому слову той, кто зовется дочерью Великого Полоза. — Вот только люди друзей червями не кормят и рабами не делают.
— И я не стану, — заверила меня Золотой волос. — Не для того я тебе жизнь вернула, чтобы ее отнимать.
— Ты?! — теперь не мигал уже я.
— А ты думал, что отмеченным абсолютом такое по силам? — девушка изобразила нечто отдаленно напоминающее улыбку. — Я показала им, как металлу форму придать да жизнь в него вдохнуть. Но возвращать душу в тело они не способны.
Я вспомнил слова Олежки о змее из сна. Значит, вот кто надоумил пацана…
— А ты, значит, способна?
— Я до конца не верила, что выйдет так… — Золотой волос помедлила и окинула меня оценивающим взглядом, — как вышло. Хотела вновь людям надежду даровать, пока не сгинуло ваше племя. Вижу, преуспела.