Граф
Шрифт:
Армейцы сразу отозвались в смысле: «Так мы уже!» И далее доложили, что именно сегодня начинаются вчера объявленные учения гарнизона Крепости Четырёх Стихий по приёму и помощи в развёртывании двух вспомогательных полков. Не вопрос заодно сопроводить дипломатов до замка барона Загорского. После ещё пары выступлений совещание завершилось, но меня подхватили под белы рученьки и увезли на совещание в Генеральный Штаб.
Еле успел переодеться из придворного в повседневный генеральский мундир. Сами понимаете, лучше сменить образ дворцового фазана на скромный лик юного генерала, так хоть
Я, конечно, не надеялся, что от меня будут ждать фейерверка стратегических откровений или начнут смотреть в рот и внимать моим мудрым указаниям. И даже не ошибся! Никто и не думал о таком. Единственно, дали подмахнуть приказ по гарнизону. Смысл — к нам перебрасывают два полка для учений, а мы налаживаем развёртывание и тыловое обеспечение.
Затем на штабном совещании показали карты Загорья с заранее намеченными значимыми целями. Планы развёртывания сначала кавалерийского, а затем пехотного полка. Задачи, ставящиеся перед каждым из них, и намеченные сроки достижения целей. Всё это с подробными объяснениями мне, несмышлёному.
Причём так… мягко что ли. Вроде как папа привёл сына-первоклассника к себе на работу, а коллеги, взрослые дяди, рассказали тому, чем они здесь занимаются, и как оно тут работает. Главное, доступно объяснили. Не совру всё, но кое-что даже понял и уж точно узнал что-то совершенно новое для себя. Приятно, хотя неожиданно. Это деревенские закусочки с наливочками сыграли за меня? А может вытащенные из-под завала армейские артефакты? Или ещё что-то в таком роде?
Однако, закончив рассказ, генералы поинтересовались наличием у меня чего-нибудь эдакого, убойненького. И уточнили, что говорят о заклинаниях 9-ого Круга. О Метеоритном Шторме тактично умолчал, последствия больно непредсказуемы. Предпочёл рассказать о более практичном Огненном Шторме. Рассказ понравился, потому приказали принести карту масштабом покрупнее, с планом порта в Загорье, где высадились наёмники. Поинтересовались у меня, можно ли здесь отработать?
Чего я ни покажу на карте, наверняка, опытные тактики поправят. Потому пошёл по иному пути — прикинул свои возможности, сопоставил с масштабом карты и затребовал у вьющихся вокруг офицеров рейку определённой длины и круговой шаблон конкретного диаметра, лучше прозрачные. Поясняю внимательно слушающим генералам:
— Рейка — максимальная дальность заклинания, круг — область его действия. Главное, нужно убедиться, что ты с союзниками точно не попадешь под свою же чару. Это оригинальный способ самоубийства.
Все присутствующие понятливо закивали.
— Второе, на что необходимо обратить внимание — ветер, его силу и направление. Крайне не желательно, чтобы он дул в лицо, ведь в этом случае, облако тоже пойдёт на заклинателя. Далее предварительно выбираем цель, — накладываю круглый шаблон на карту, — и смотрим, с какой точки удобнее её поразить.
Прикладываю один конец планки на центр шаблона, и двигаю второй конец по ориентирам.
— Но можно сделать наоборот. Сначала обозначить точку своего нахождения, а затем найти достойную цель на потребной дистанции.
Моя демонстрация произвела благоприятное впечатление, и генералы сами взялись двигать шаблон
— Так делать будем! — неожиданно был озвучен приговор. — В этой точке приказываю захватить плацдарм и обеспечить боевое охранение. Цель — вот эти строения.
Соответственно на карту нанесли отметки, штабной капитан начал переносить их на копии, а из соседней комнаты слышалось, как кто-то диктовал приказ. Такой резкий переход от теории к практике меня несколько озадачил, но я не штабист, наверное, просто не привык.
Генералам, мне в их числе, в соседней комнате подали чай с крендельками, и тогда было озвучено решение разойтись, а ровно через три часа собраться в моей крепости. За это время войска зачистят плацдарм, а мы там соберёмся и посмотрим каково заклинание в деле. На мне, понятно, его творение.
Несколько изумлённый такой скоростью принятия решений, я послал курьером записку на службу и порталом вернулся домой. Нет, не распорядиться о возможном банкете, хотя это сделал тоже, мне нужно заучить заклинание 9-ого Круга, а это не так уж просто.
Всё время до встречи с генералами я затверживал Огненный Шторм, а затем сопровождал командование на наблюдательный пункт. По пути, из разговоров узнал, что дипломатов уже успели сопроводить к барону.
Наши полки сохраняли полный нейтралитет, но когда кто-то из охранения лагеря наёмников попытался выстрелить в наших из арбалета, два эскадрона развернулись в лаву, стремительно влетели в лагерь с тыла и снесли там всех к чёртовой бабушке. Подошедшая пехота захватила позиции и заняла оборону. Потери у нас были, хотя довольно умеренные. Наёмники отступили в район порта и, видимо, занялись перегруппировкой. А вот нечего стрелять в нейтральную сторону!
Барон со всем вежеством принял переговорщиков, и сейчас, наверное, они о чём-то договариваются. А мы прибыли в указанную точку. Самая линяя соприкосновения, но генералы труса не праздновали. Опять же конвой. Хотя и пехота заняла позиции, и кавалерия рысила, выискивая подкрадывающихся врагов.
Тут наступил мой выход. С подробными комментариями на каждом этапе я выполнил несложные подготовительные действия, благо про направление и силу ветра мне доложил штабист. Выбрал цель, получил приказ на исполнение, я сейчас не командир, а всего лишь привлечённый специалист, генерал-архимаг при Резерве Генерального Штаба. Затем, во исполнение приказа сотворил чару.
Над целью подул ветерок, стали собираться жёлтые облачка. Ветер всё усиливался и усиливался, а облака набирали красноту. Затем полил дождик, такой… вроде грибного, но вместо капель воды падали искры огня. Этот этап занял минуты полторы, после того ветер усилился до шквального, а вместо искорок бушевали струи пламени. Минут через пять неистовство стихий стало ослабевать, а через десять сошло вовсе на нет, оставив выгоревшие развалины.
Многочисленные посты с разных точек вели наблюдения и теперь, пока не забылось, заполняли формуляры. Генералы лицезрели действо через бинокли и зрительные трубы, а когда всё закончилось, были по-хорошему потрясены и не скупились на похвалы с одобрениями.