Граф. Книга вторая
Шрифт:
Маги жизни немного поворчали, но спорить не стали. Я же собрался ехать в своей карете, таких много будет, так что к себе внимание привлекать точно не буду. Уверен, что и Рагон в фургоне трястись не собирается, как и остальные боевые маги, они за себя постоять могут. Опять же часть аристократов тоже на каретах, в общем, этого транспорта у нас в войске будет предостаточно. Хотя, неизвестно какие в мёртвых землях дороги, как бы не пришлось бросать свои кареты. С другой стороны, там же растения не растут, а значит и дороги не должны испортиться. В общем, будет видно, вон, Рагон говорит что нежить там очень
— А нам тоже кареты оставлять? — Спросила Ленси у наставника.
Женщина к архимагам подходить близко не стала, стояла вместе с Жулией немного в стороне и внимательно слушала Рагона.
— Вам? — Удивлённо спросил архимаг. — Буду с тобой предельно откровенен, мне плевать убьют тебя или нет, потому что толку с вас в походе будут мало, если вы вообще хоть какую-то пользу сможете принести. Да и вообще, твоя карета мало чем от фургона отличается, так что не переживай, никто на неё не позарится.
— Хорошая у меня карета, — обиженно сказала Ленси, но наставник её уже не слушал.
— Совсем забыл вам сказать, — снова он привлёк к себе внимание магов жизни. — Вам запрещается пользоваться магией, пока мы находимся в мёртвых землях, даже в том случае, если на ваших глазах будет помирать коллега. Силу у вас там не восстановятся, а они вам будут нужны для других целей.
— Если ты помирать будешь, то точно помогать не стану, — буркнула женщина в кресле.
— Вот и замечательно, — улыбнулся Рагон. — надеюсь что твоя теплота и забота распространится и на других людей.
На следующие утро огромная армия защевелилась, точнее активно зашевелилась её часть, некоторые отряды, в том числе и мы, даже палатки собирать не стали. Выходить все собирались по строг расписанной очереди, так что нам пока спешить некуда. Часть же армии уже выступила в поход, причём это был самый большой и сильный отряд, которым командовал сам император. Только сейчас я смог оценить, как много пушек они с собой волокут, сотни, даже удивительно, что за такое короткое время смогли сделать так много, надеюсь, что и сами артиллеристы обучены стрельбе. Хотя, если император делает ставку на них, то наверняка и тренировками озаботились.
Спать я лёг поздно, потому что полночи сидел у костра, некромант, который довольно-таки часто посещал мёртвые земли, рассказывал обо всех опасностях, которые там подстерегают. Давал дельные советы, так что я внимательно ловил каждое его слово, впрочем, как и остальные. Встать мне пришлось очень рано, нет, меня не разбудил топот тысяч подкованных копыт, отряды уже двигались по дороге, просто разбудил громкий и возмущённый крик.
— Рагон, у тебя совесть есть?! — Вопила та самая женщина, которая поехала на войну с креслом. — Как можно в таком фургоне путешествовать?!
— Нормальный фургон, — невозмутимо ответил Рагон. — Да и вообще, благодари что хоть такой дали, иначе вообще бы в телеге поехала.
Да, архимаг похоже вообще не заморачивался, когда покупал такие фургоны, а может просто их у наёмников взял, да и то, когда они их просто выкинуть хотели. Мало того, что эти транспортные средства были с огромными щелями, так в них даже скамейки не было, а у того, что досталось
В общем женщина громко ругалась, боевые маги веселились, глядя на эту картину, а Рагон вообще не обращал внимания. Кстати, странная женщина, неужели не могла с кем-то ехать попроситься, но видно гордыня не позволяла, вот и приказал своей дружине хоть как-то обустроить свой фургон.
Ленси же меня предупредила, что как только мы приблизимся к мёртвым землям, как она тут же вместе с Жулией пересядет ко мне. Я не возражал, уверен, что и вон та гордячка сама к боевым магам подскочит под бочок, едва только почует на своей шкуре близость пятна. В общем вскоре и мы начали собираться, вся наша армия бурлила и кипела, все прекрасно знали, на какое опасное дело идём. Раньше тоже предпринимались попытки сходить в походы, только все они заканчивались неудачей. Нет, было такое, что удавалось крепости построить, только мало их было, не могли полностью пятно блокировать, а значит скоро их теряли. Невозмутимыми были только мои гархи, которым было наплевать куда идти, к тому же на них мёртвое пятно вообще не действовало, как на универсалов. Единственная проблема, с едой там плохо.
Своих артиллеристов и мушкетёров я предупредил заранее, чтобы были готовы, да и когда мы подъезжать к моему городку стали, снова гонца отправил. Так что когда мы подошли, уже все были готовы к выдвижению. Да, телег было огромное количество, так что пришлось части армии остановиться и ждать, когда пушки вольются в общий строй. Они пошли сразу же за моей конницей, это обоз должен идти позади на, а артиллерия главная ударная сила. Тут меня и мой управляющий поджидал, переживал, что я в мёртвых землях голодать буду.
— Господин, — обратился он ко мне, когда моя карета проезжала мимо, а потом я его просто пригласил внутрь.
— Что случилось? — Поинетерсовался я.
— Так это, вы не забудьте гонца прислать, чтобы мы знали куда продовольствие подвозить.
— Не переживай, не забуду, — улыбнулся я. — Даже провожатого вышлю, только напомни людям, чтобы не смели соваться в мёртвое пятно, пусть ждут когда оно отступил, иначе им никакая охрана не поможет, ясно?
— Ясно, господин, а если пятно не будет отступать, а время много пройдёт?
— Значит, мы все уже покойники и можете не волноваться, — успокоил я мужчину. — Всё, иди в город, уже и так далеко отъехали.
Естественно армия двигалась очень медленно, даже не знаю, насколько километров растянулся только наш отряд, к тому же мы двигались не по имперскому тракту, а по просёлочной дороге. Как бы то не было, но понемногу добрались до границы, точнее до неё ещё нужно было двигаться примерно сутки, но вот близость мёртвых земель уже почувствовали все.
Только если до этого люди просто испытывали беспокойство, то сейчас оно усилилось, раньше все о чём-то беседовали, даже кто-то шутил несмотря на то, что все прекрасно знали в какое место мы идём. Ленси с Жулией уже перебрались ко мне в карету, причём если раньше они могли и выйти наружу, чтобы ноги размять, то сейчас даже выглянуть наружу опасались, как будто боялись увидеть что-то страшное.