Граф Лазарев. Том II

Флавий Вик

Блэйд задумчиво покачала головой.

— Мне кажется, оно не вернется. Посмотри туда.

Высоко над нами красовалось еще одно гнездо. А за ним еще и еще. Да тут целая колония!

— Тогда надо спускаться в четыре раза быстрее, пока хоть кто-нибудь из них не вернулся!

— Не думаю, Виктор. Помнишь, Йогар говорил, из портала никто не лез? Логично предположить, все дело в том, что портал в воздухе, но для летучих тварей воздух не преграда. Да и торчит он совсем рядом с обиталищем этих птичек. И, тем не менее, в лес они так и не пожаловали.

Либо им принципиально не хочется в портал, что странно, либо мы возвращаемся к тому, что предполагали изначально, еще когда дядя был жив. Здесь есть что-то, что всех сожрало.

А ведь она права. Действительно, гнезда кажутся какими-то нежилыми и ветхими, как будто в них уже пару месяцев никто не появлялся. Да и яиц в них нет. Мне стало не по себе.

Медленно и осторожно я начал спускаться вниз. Выдолбить под нашим уступом ступеньки на тот случай, если на него кто-нибудь когда-нибудь грохнется, никто не удосужился, приходилось кое-как пробираться по трещинам в скале. Я аккуратно переставил ногу… Стоп!

Я в последний момент удержался от того, чтобы хлопнуть себя по лбу, тем самым отцепившись от скалы и организовав себе увлекательное путешествие вниз на камни. Мой Дар! Я же могу натаскать нам альпинистского снаряжения.

Чертыхаясь, я заполз обратно наверх. Блэйд, как раз собиравшаяся начать спускаться, недоуменно на меня посмотрела.

Впрочем, радость моя длилась недолго. Дар категорически отказывался работать в этом мире. И это был не недостаток силы, не сопротивление пространства или еще что-то — на моем пути вставала глухая стена. Странно. В прошлый раз, когда я попал в Расколотый мир, Дар работал и весьма успешно. Нас с Блэйд выкинуло в какую-то часть мира, где Дар мне недоступен, или дело в чем-то другом?

Я попробовал применить стихийную магию — все в порядке. На всякий случай облачился в духовный доспех, хотя вряд ли он сможет спасти меня от падения. Ну хоть что-то осталось.

Кстати, раз уж в этом мире не работают мои способности, может, я и еще кое-что утратил?

— Каладрий, ты тут? — позвал я.

— Само собой, — тут же подтвердил демон.

Ну да, глупо было надеяться.

Я вздохнул и снова принялся спускаться. Нащупывая трещины в скале, цепляясь руками и стараясь не думать, что удар о землю превратит меня в лепешку. В прошлой жизни я никогда не лазал по горам, даже ради развлечения, и не очень-то и хотелось. Но, увы, пришлось.

Наконец мои ноги ступили на твёрдую землю.

Мы оказались на равнине, поросшей травой и редким кустарником. Я подхватил Блэйд, галантно помогая ей спуститься на землю, и огляделся. Слева ничего интересного, справа ничего интересного, да и прямо тоже. Хотя прямо, кажется, примерно в пятистах метрах от нас виднеется какое-то здание. Зато, что радует, никаких монстров.

— Кажется, здесь нет никого живого, — озвучила Блэйд мои мысли, тоже напряженно осматриваясь по сторонам. — Ну, кроме нас.

— Это ненадолго, — тут же обрадовал Каладрий, всегда готовый поднять

ближнему настроение.

— Не каркай, — буркнул я. — Лучше скажи: ты знаешь что-нибудь об этом месте?

— Откуда? — искренне удивился демон смерти.

— Ну, мало ли, вдруг вы, демоны, отсюда родом.

— Глупость какая, — голубь аж нахохлился. — Мы родом из нематериального мира, куда таким, как вы, хода нет.

— Да не очень-то и хотелось, — заверил я и предложил: — там впереди что-то виднеется. Идем?

Блэйд согласно кивнула и сильнее запахнулась в плащ. Я запоздало сообразил, что оборотню не помешала бы какая-нибудь обувь, но, кажется, Анну это не волновало. Наверняка вервольфы часто оказываются нагишом после обращения где-нибудь посреди леса, они должны быть привычны к прогулкам босиком.

Степь, по которой мы шли, была удивительно однообразной. В небе не летали птицы, мыши не шуршали под ногами, даже трава казалась какой-то безжизненной. Раз есть трава, наверняка должна быть и живность, но она либо вся попряталась, либо ее осталось слишком мало. Унылое место.

То, что издалека я принял за здание, на поверку оказалось небольшим холмом. Он явно имел вполне себе природное происхождение, но от девственных нетронутых цивилизацией холмов его отличал небольшой нюанс: в самом центре красовалась дверь.

— Землянка? — Анна удивленно подняла бровь. — Здесь?

— Почему бы и нет? Надо же местным обитателям где-то жить, — философски изрек я, старясь не думать, кто именно тут обитает.

— Вик, по-моему, лезть туда — не очень разумное решение.

— Согласен, — ответил я, толкая дверь. — Но, если бы мы с тобой принимали разумные решения, нас бы в этом месте вообще не было.

Дверь не столько подалась, сколько осыпалась под моей рукой. Землянка была старой и давным-давно заброшенной. В нос ударил запах пыли, гнили и еще чего-то, чему я не мог придумать названия. Так пахнут дома, которые оставили не только их жители, но даже память о них.

Я вошел, зажег магический светильник и огляделся.

Практически вся мебель внутри превратилась в труху. Стены покрывала плесень, на полу проросла целая колония грибов, между ними копошилась мышь. Увидев нас, она вяло пискнула и медленно поползла в нору. Именно поползла, потому что слово «юркнула» к этому унылому уползанию никак не подходило. Казалось, грызун с трудом находит силы на то, чтобы двигаться.

— Не нравится мне все это, — поделилась Блэйд.

— Представь себе, мне тоже, — пробормотал я.

Веяло какой-то жутью от этого места. От пустых гнезд, от покинутого давным-давно дома, он пожухлой травы и полудохлой мыши, с трудом передвигающей лапы. Как будто кто-то выпил из мира жизненные силы, оставив самую малость на то, чтобы он мог минимально функционировать.

— Мне тоже здесь не нравится, — неожиданно вклинился Каладрий. Мы с Анной синхронно подняли брови.

— А тебе-то почему? Ты же у нас любишь все мрачное и безжизненное.