Говорящие с...

Барышева Мария Александровна

– Нет, но пожалуй, скоро начну, - Эша огляделась и с радостным возгласом подбежала к распахнутому окну. Высунулась в него, и возглас замер на ее губах, сменившись жалобным вздохом.

– Пару часов назад я пыталась вылезти во двор, - сказала рыжая, устремляя свой неподвижный взгляд на одну из оконных створок, - но передумала. Пахло розами... испугалась угодить в колючки. Да и цветы бы испортила. К тому же, я хотела дождаться...
– она опять икнула и поспешно поднесла к губам бутылку.

– Хорошо, что ты

не вылезла, - мрачно отозвалась Эша, обзирая цветущее безлюдное великолепие "Березоньки" с высоты четвертого этажа. Стена в пределах досягаемости была абсолютно гладкой и зацепиться было совершенно не за что. Можно было бы спуститься, сделав веревку из простыней и занавесок, но эта идея Эшу Шталь совершенно не воодушевила. Это был очень высокий четвертый этаж, и если она со своим везением с него брякнется, то свернет себе шею, а это, разумеется, было неприемлемо.

– А что - здесь так высоко?
– простодушно поинтересовалась рыжая.

– Ну, как сказать? Метров пятнадцать, - Эша разочарованно отвернулась от окна, сейчас не задумываясь о том, откуда в двухэтажном здании взялся четвертый этаж, и рыжая неожиданно озлилась.

– Я слепая, а не тупая! Какие еще пятнадцать метров?! Мы на первом этаже... эта комната та же самая... Я помню, сколько мы шли, и Сережа сказал, а он никогда мне не врет, никогда! Знаешь что - уходи! Ты просто дрянь!

– А где Сережа сейчас?
– спросила Эша, совершенно не обидевшись.

– Не знаю!
– резко ответила рыжая, сделала несколько шагов, повела в воздухе рукой и осторожно опустилась на кровать.
– Он ушел еще утром, сказал, пойдет на озеро. Мы поссорились... но он... должен был вернуться. Я хочу уехать отсюда. Мне здесь не нравится, я говорила с самого начала... И еще эти люди!

– Которые сейчас сюда ломились? Они и раньше так делали?

– Да. Я не понимаю, что им нужно. Наверное, они ненормальные или у них белая горячка, - рыжая пожала плечами.
– Первый раз я с ними столкнулась, когда выходила искать Сережу... уже когда возвращалась. Тот, который кричал через дверь... он ударил меня, - она подняла руку и осторожно потрогала кровоподтек на щеке.
– Мне удалось убежать, я закрылась... Я не понимаю, за что - я ведь ничего им не сделала. Я никого здесь не знаю.

– Но...

– То, что я не вижу лиц, еще ничего не значит!
– девушка фыркнула.
– Если я встречу тебя еще раз, то узнаю. Я запоминаю не только голоса, но и запахи, походку, даже манеру дышать, - рыжая повела головой в сторону Шталь, на мгновение ее лицо приняло такое выражение, точно она отчаянно что-то пыталась вспомнить.
– Ты напугана.

– Нам, герпетологам, страх неведом!
– заявила Эша, подошла к светлому польскому фортепиано, стоявшему у стены и рассеянно пробежала пальцами по клавишам, что вызвало у рыжей нервные мимические подергивания.

– Не делай

так больше, - попросила она.

– Номер с пианино посреди леса?
– Эша хмыкнула, отдергивая руку.
– Как тебя зовут?

– Яна. А тебя?

– Эша.

– Если хочешь, можешь остаться, - рыжая состроила жалобную гримаску, которая в сочетании с неподвижным, пустым взглядом пепельных глаз показалась Эше чем-то готическим, и ей немедленно стало стыдно. Совершенно очевидно, что дело тут не в желаниях Шталь, а в желаниях самой Яны. Ей было страшно.

– Я бы с удовольствием, но мне срочно нужно кое-кого найти, - Эша подошла к двери, и Яна повела головой следом за ней. Шталь покрутила в пальцах персиковый рулон, потом наклонилась и, размотав желтую ленту, принялась обматывать ее конец вокруг ножки стула.

– Если вдруг увидишь Сережу, скажи, что я его жду. Скажи, чтоб возвращался, - пепельный взгляд уперся Шталь в нос.
– Он... такой высокий, очень красивый... Я никогда его не видела, но я знаю, что он - очень красивый. У него светлые волосы... ну, во всяком случае, он так сказал, - Яна кисло улыбнулась.
– В общем, волосы у него точно есть... Что ты там делаешь со своей бумагой?

– Да так, глупость... ничего другого нет, так я...

– Нить Ариадны на современный лад?!
– Яна засмеялась.
– Ну ты даешь!

– Ладно, ладно...
– проворчала Эша, берясь за ручку.
– Сделай мне одно одолжение - продолжай играть. Возможно, мне это поможет. Только сыграй что-нибудь повеселее.

– Ладно, - Яна встала. Ее пальцы нервно подрагивали, точно она уже играла на неких невидимых клавишах.
– Эша, я не понимаю - неужели это такой большой дом? Мне казалось, это маленькая гостиница...

– Она действительно маленькая. Просто она очень...хм-м, извилистая, - Эша поспешно отвернулась, отперла дверь и осторожно приотворила ее. Комнатка-перекресток была пуста. На полу валялся раздавленный шталевский окурок, а бутылок на столе заметно поубавилось - вероятно, стараниями пробегавшей орды. Эша повела головой по сторонам, прислушиваясь, и, не уловив никаких подозрительных или угрожающих звуков, шагнула за порог, разматывая рулон и чувствуя себя довольно глупо.

– Ты вернешься?
– жалобно произнесли за спиной.

– Ну конечно, - бодро отозвалась Шталь, стараясь не сфальшивить.
– Мы, герпетологи, народ обязательный!

– Да никакой ты не герпетолог!
– буркнула Яна неожиданно раздраженно, почти зло, и хлопнула дверью, отчего Шталь невольно подпрыгнула. Превосходно! Ей нужно думать только о том, чтобы выбраться из этого нелепого места, а она взваливает на себя какую-то незнакомую девчонку! Ну, если и не девчонку, так поиски ее красивого Сережи. Да может здесь пропасть красивых Сереж, и все они блондины. Или лгуны - это как посмотреть.