Говорящие с...
Шрифт:
В этот момент затрещала рация, и оба немедленно вцепились в нее, и каждый потянул к себе. Выиграл Михаил.
– Ну, где этот гад окопался?!
– Откуда я знаю?
– удивилась рация женским голосом.
– Ничего нет. Все периметры проверены предельно плотно. А у вас как?
– Пусто. Обкатали всю округу. О заборы "Озерного" и "Березоньки" уже почти бортом тремся - ничего.
– У "Озерного" нет забора, - проинформировала рация.
– Это
– Зато у "Березоньки" с забором полный порядок, как и час назад. Я его уже видеть не могу!
– Вам разрешено заходить внутрь. Начните с "Озерного", там уже начали проверку, а потом заберете остальных и займетесь гостиницей. Вдвоем туда не суйтесь!
– Поучите меня еще!..
– пробурчал водитель.
– А чего это на нас сразу два объекта?!
– Миш, людей и так не хватает. Кстати, Шталь все еще не нашли.
– Может, у нее просто телефон отключен?
– Он не просто отключен, - рация хмыкнула.
– Он словно вообще исчез. В общем, учтите это обстоятельство.
– Хорошенькое дело!
– возмутился Михаил, отшвыривая рацию.
– Я согласился искать Домового, но я вовсе не подряжался искать эту взбалмошную девку, бросающуюся сковородками в ни в чем не повинных граждан!
Слава сказал, что будь у него под рукой сковородка, он и сам давно бы уже бросил ее в некоего неповинного гражданина, после чего, посматривая на медленно проплывающую мимо ограду, принялся нажимать кнопки радио, и вскоре салон машины заполнил оглушительный музыкальный грохот.
– О, "Ария"!
– с удовольствием сказал человечек, откидываясь на спинку сидения.
– Вещь!
– Да ну, надоела уже!
– Михаил тоже взялся за радио и выискал другую мелодию, не менее громкую.
– Во, "Соната Арктика"! Вот вещь!
Они сердито переглянулись, после чего принялись попеременно тыкать в кнопки, друг друга отталкивая. Через несколько секунд остановились, прислушиваясь к получившемуся результату.
– "Катарсис", - сказал Слава.
– "Катарсис"!
– кивнул Михаил. Они удовлетворенно пожали друг другу руки, после чего водитель прибавил газу, решив не терять время возле ажурной ограды, и в этот момент человечек вдруг страшным голосом рявкнул:
– Стой!
Машина, вильнув, резко затормозила, впритирочку разойдясь с ближайшей
– Заткнись!
– спокойно сказал Слава, открыл дверцу и спрыгнул на дорогу. Водитель еще несколько секунд по инерции бушевал в одиночестве, потом высунул голову в окно.
– Куда тебя понесло?!
Слава, отмахнувшись, враскачку подошел к углу ограды, из-за которой неслись тоскливые павлиньи крики, и остановился. С минуту он стоял неподвижно, пристально глядя на один из светильников на ограде, потом повернулся и взглянул на Михаила.
– Что?
– спросил тот одними губами, после чего, не выдержав, выскочил из машины и подошел к напарнику.
– Что ты вытворяешь?!
– И как я, идиот, раньше этого не заметил?!
– с досадой шепнул Слава.
– Хотя, может потому, что сейчас мы подъехали вплотную?..
Михаил сказал, что полностью согласен с тем, что Слава идиот, ибо он мог только что очень красиво их засветить, но, по счастью, никого из Говорящих первого поколения там нет. Во всяком случае их точно нет снаружи дома.
– А почему ты так в этом уверен?
– скептически поинтересовался Слава.
– Дурацкий вопрос!
– буркнул Михаил.
– Потому что я никого не чувствую. Если там кто и есть, так лишь зараженные. А ты разве кого-то чувствуешь?
– В том-то и дело, что нет, - человечек огляделся и потянул его обратно к машине.
– Извини, Миш, что я выскочил, как дурак... просто я такого раньше еще не встречал.
– Это полный непрофессионализм!
– надменно заявил Михаил и приподнял брови.
– Чего не встречал?
– Дуй в машину!
– прошипел Слава.
– Сматываемся отсюда и вызываем остальных!
– Да в чем дело?! Я никого не чувствую! И ты...
– Вот именно!
– человечек, не сдержавшись, пихнул его в живот, не достав выше.
– Никого! А меня?! Я-то здесь!
Михаил на мгновение замер, после чего с чувством произнес:
– Твою же ж мать!..
– Специфический специалист!
– язвительно проскрежетал Слава, забираясь обратно в машину, и тут от ажурного забора долетел легкий щелчок, и створки ворот со слабым жужжанием начали приглашающе разъезжаться в стороны.
– Прекрасно!
– кисло сказал Михаил, отпуская ручку дверцы.
– Теперь, если мы сейчас мотанем, это будет подозрительно.