Государь

Браун Саймон

– Самые свежие. Большей частью она состоит из тяжелой пехоты; есть некоторое количество лучников, но не так много, как было бы, внеси свой вклад и Чандра. Есть кое-какая кавалерия, в основном легкая, несколько полков средней. Но ничего, подобного тем рыцарям.

– Значит, наши уланы тут самая тяжелая конница?

– Насколько известно Томару.

– Это хорошо. И что именно Томар привнесет в нашу армию?

– Я просил главным образом пехоту, особенно полки из Арранской долины. Остальное в основном снабжение – продовольствием, фургонами,

лекарскими возами и лекарями.

– Никакой его кавалерии или лучников? Они очень хороши.

– Они понадобятся для удержания Спарро и окружающей местности. Если у Аривы есть мало-мальски опытные военные советники, то она попытается захватить провинцию ударом с моря. У нее единственный флот, какой остался в Тиире после того, как мы сожгли у причалов почти весь военный флот Хаксуса.

– Какие у нас шансы помешать этому?

– Никаких, но если нас заблаговременно предупредят, Томар может приготовить любой армии вторжения теплый прием.

– А кто же нас заблаговременно предупредит?

– На этот счет у меня есть одна мыслишка, – сказал Линан.

– Полагаю, именно потому мы и гуляем в порту.

В ответ Линан показал на корабль, стоящий у причала в сорока шагах от них. Эйджер прищурил глаз, приглядываясь к нему.

– С виду отличный. Чей он?

– Разве ты не узнаешь его?

Эйджер покачал головой.

– А должен бы? Он один из тех, на которых я раньше плавал?

– Можно сказать и так.

К этому времени они уже достаточно приблизились для того, чтобы Эйджер смог прочесть выведенное на носу название. И тихо засмеялся.

– «Пыль Суши»? – переспросил он, и Линан застонал. – А, понимаю. Пыль – значит влага. А суша – значит море. – Что-то щелкнуло у него в мозгу, и он рассмеялся. – Пыль – значит брызги. Ну, конечно, «Брызги Моря»!

– Если ты посмотришь на полубак корабля, то увидишь, что там нас ждет его владелец.

– Грапнель! Грапнель Мурис!

Стоящий на полубаке помахал им рукой.

Когда они добрались до корабля, Грапнель шумно приветствовал их. После быстрых объятий Эйджер отступил на шаг, чтобы хорошенько рассмотреть судовладельца. Тот был высоким, коротко остриженным шатеном с огромными серьгами в мочках обоих ушей и белесыми шрамами на щеках, которые соединялись с уголками его рта, придавая ему такое выражение лица, словно он сардонически усмехался.

– Ты совсем не изменился! – широко ухмыльнулся Эйджер.

– Да ведь с тех пор, как мы в последний раз встречались, прошло всего полтора года, – удивился Грапнель.

– Боже, а кажется, будто это случилось десять лет назад. Столько всего произошло, – подивился Эйджер. Улыбка его исчезла. – Полагаю, Линан рассказал тебе о Камале и Дженрозе.

Грапнель мрачно кивнул.

– Печальная весть. Не думал я, будто что-то может убить Камаля. Я ожидал, что он всех нас переживет. И хотя я встречал Дженрозу только однажды, она казалась храброй девушкой. Сочувствую вашей потере.

– А что ты здесь делаешь? – быстро спросил Эйджер,

меняя тему. – И чем занимался все это время?

– А что еще может делать купец, кроме как играть в торговлю? – пожал плечами Грапнель. – Дело свое в Кендре я, конечно, потерял и знал, что мне надо залечь на дно и не высовываться. После того, как я помог вашей команде скрыться из Кендры, я ушел в море так далеко, насколько смел. Путешествие вышло долгим, опасным, рассказом о нем я вам наскучу как-нибудь вечером. В конечном итоге мы добрались до Колби. Там я оставался полгода, сменил название корабля и начал бороздить прибрежные воды между Хаксусом и здешним краем. Когда прошел слух, что Томар встал на сторону Линана, я пошел во дворец.

– И был сразу же мобилизован служить в разведке, – закончил Линан. – Эйджер, познакомься с адмиралом, возглавляющим мой флот.

– Адмирал Мурис? И сколько в вашем распоряжении кораблей, адмирал? – поинтересовался Эйджер.

– Один, – ответил Грапнель. – Но зато какой красавец.

– Чудесно, – невольно усмехнулся Эйджер. – У Королевского флота Линана есть один корабль, и называется он «Пыль Суши».

– Теперь уже недолго «Пыль Суши», – грубовато поправил его Грапнель. – Завтра к этому времени он снова будет «Брызгами Моря».

– Грапнель заберет «Брызги Моря» и выйдет в океан; никакой другой корабль и экипаж в Тиире не обладает таким опытом плавания в открытом море. Томар получит предупреждение задолго до того, как флоту Аривы прикажут напасть на Чандру.

– Прежде чем это произойдет, здесь нужно многое сделать, – сказал Грапнель. – Поэтому, с вашего разрешения, мы с моим экипажем должны поработать. А вот когда все закончится, мы можем хоть всю ночь травить друг другу байки о своих приключениях.

Линан и Эйджер попрощались с Грапнелем и смотрели ему вслед, когда тот поднялся на борт своего корабля.

– Странно, до чего близким он мне кажется, – проговорил Эйджер. – Я не встречался с ним до того, как мы бежали из дворца, и совсем недолго говорил с ним за то короткое время, которое мы провели в его доме. И все же я испытываю к нему такие чувства, какие мог бы испытывать к брату, которого много лет не видел.

– Мы связаны общим несчастьем, – печально сказал Линан.

Эйджер положил руку ему на плечо.

– Я тоже не могу перестать думать о ней.

– Ей следовало быть с нами здесь. Если бы я решительней и смелей боролся с властью Силоны, возможно, она по-прежнему была бы жива.

– Рассуждая в том же духе, если бы ты лучше командовал армией в нашей первой битве с войсками Гренды-Лир, то и Камаль по-прежнему был бы жив.

Линан резко поднял голову, удрученно посмотрев на Эйджера.

– И если ты будешь рассуждать в подобном духе и дальше, – сердито продолжал Эйджер, – то и Берейма встретил свой конец тогда, когда это произошло, потому что ты был слишком поглощен собой, чтобы догадаться о замыслах Оркида и Деджануса.

– Это несправедливо! – воскликнул Линан.