Государь революции
Шрифт:
Я поморщился.
— Не сейчас. Пусть Суворин пока подождет в Гербовом зале.
— Прошу простить, Государь, но он просил передать, что он берет на себя ответственность, настаивая на срочной аудиенции.
— Ну, настаивает, так зовите его.
В "Аквариум" уже входили Сандро и Нечволодов.
— Что скажете, господа? Прекрасное выдалось Благовещенье, не так ли?
Премьер весь кипел от негодования:
— Признаться, я и предположить не мог, что они пойдут на такое обострение! Немыслимо!
— Да уж, — поддакнул Сандро, — если
— Сейчас в Кремль прибудет Палеолог. Я велел отвести его в зал аудиенций. Послушаем, что он скажет.
Военный министр заметил:
— Учитывая, что в последний раз он решительно требовал назначения французских офицеров на командные должности в нашем Экспедиционном корпусе, то смею предположить, что разговор будет непростым.
— Думаю, — Нечволодов покачал головой, — что мы сейчас услышим новый ультиматум, куда более грозный, чем предыдущий.
Я побарабанил пальцами по столу.
— Что ж, ставки в игре растут, господа. И давайте прикинем варианты нашего ответа. Мы пока не знаем главного — что случилось во Франции с нашими бригадами, нашей военной миссией и нашими дипломатическими учреждениями. Посему…
Тут в "Аквариум" быстро вошел Суворин.
— Государь! У меня срочное сообщение! Через американских корреспондентов во Франции стало известно, что 3-я Отдельная бригада генерала Марушевского была поднята по тревоге и, прорвав оцепление, с развернутыми знаменами и песней, выступила маршем на Париж!
— О, нет! — Сандро буквально простонал. — Что за глупость! Их же на марше перебьют как куропаток!
Да, уж! Ай да Марушевский!
— А про первую бригаду американцы ничего не сообщили?
— Нет, Государь, пока таких сведений у меня нет.
— Что ж, Борис Алексеевич, спасибо и за эту информацию. Она нам сейчас крайне важна.
Суворин отвечает коротким кивком.
— Благодарю за оценку, Ваше Величество!
— Подождите пока в Гербовом зале, мне с вами, вероятно, еще нужно будет обсудить нашу стратегию в прессе.
Министр информации откланялся, а на его месте тут же нарисовался Кутепов.
— Государь! Пост Боровицких ворот докладывает о прибытии автомобиля с послом Франции по приглашению Вашего Величества.
Киваю.
— Да, запускайте гражданина посла!
Останавливаю пытавшегося что-то возразить Сандро и массирую уставшие веки. Да, денек выдался отменный, ничего не скажешь! И, боюсь, спать я лягу не скоро. Если вообще сегодня лягу.
МОСКВА. ДОМ ИМПЕРИИ. 25 марта (7 апреля) 1917 года.
— Я благодарю Ваше Императорское Величество за предоставленную аудиенцию.
Палеолог склонил голову в церемониальном поклоне.
Холодно отвечаю:
— Признаться, мсье Палеолог, я желаю получения определенных разъяснений.
— Прошу простить, Ваше Императорское Величество, но я здесь только для того, чтобы сделать официальное заявление.
— Только заявление? Довольно
— Я должен зачитать заявление МИД Франции. — Посол раскрыл папку и огласил. — "Заявление Министерства иностранных дел Французской Республики.
В отношениях между Российской Империей и Французской Республикой сложилось совершенно нетерпимое положение, которое требует немедленного разрешения.
Четверть века отношения между нашими странами строились на основе взаимного признания интересов и общности целей, которые были закреплены франко-русскими соглашениями от 21 августа 1891 года, 27 августа 1892 года и 23 декабря 1893 года, и, в частности, обязательствами, взятыми на себя Высокими договаривающимися сторонами в ходе Петроградской конференции союзников 1917 года.
Однако, политика, проводимая новым руководством Российской Империи, публичные заявления первых лиц государства, практические шаги, предпринимаемые официальными лицами русского правительства, прямо нарушают дух и букву упомянутых выше соглашений. Отказ от участия русской армии в ранее согласованном наступлении союзников, провокационные заявления, преследование французских граждан на территории Российской Империи, демонстративные назначения явных германофилов на высшие должности в государстве, широкая антифранцузская и антивоенная пропаганда в российской прессе, односторонние контакты с общим врагом в ходе продолжающейся войны — все эти факты правительство Французской Республики не может оставить без ответа.
Отвечая на справедливые требования своих граждан и опираясь на коренные интересы наших стран, правительство Французской Республики требует:
— Официального подтверждения верности России союзническому долгу и незамедлительного выполнения обязательств, принятых на себя Россией на Петроградской конференции союзников, полноценного участия русских войск в наступлении на Западном фронте, и начала наступления Русской Императорской армии на Восточном фронте не позднее 15 апреля.
— Отказа от любых односторонних действий, затрагивающих интересы других стран-участниц Сердечного Согласия. Отказа от любых сепаратных переговоров и односторонних контактов с противником.
— Торжественного и официального осуждения любых проявлений антифранцузской пропаганды в России. Закрытия всех антифранцузских газет. Создание совместной франко-русской комиссии по надзору за прессой России.
— Роспуска всех антифранцузских организаций. Согласия России на сотрудничество с французскими органами в деле подавления вредоносных движений.
— Удаления с военной и государственной службы, а также учебных заведений и прессы, всех лиц, виновных в антифранцузской пропаганде, преследованию граждан Французской Республики или к подстрекательству к сепаратному миру. Французское правительство оставляет за собой право предоставить списки лиц, подлежащих такому удалению.