Гостья
Шрифт:
– Скажи хоть, кто ты! – потребовал Ахту, приподнимая голову. – Если ты служивый, ты должен…
Ни слова не говоря, я достал из кармана и осветил потайным фонарём свою профессиональную карточку.
– Ну точно, адвослужба! Оперативник… Так я и знал… – с досадой изрёк контрабандист и закашлялся. Наверное, у него ещё и рёбра были сломаны. Как и у меня… Только я раньше со своими рёбрами успел, ещё до сегодняшней перестрелки. Сегодня же я легко отделался… В отличие от моего незадачливого противника.
Луч
– Зелёный кристалл? Ничего себе… – Ахту прищурился. – Я знаю, таких вас немного… Я даже сейчас вспомню твоё прозвище… Космонавт? Род отца и матери не назову, а по имени ты – Ачет… Точно?
– Он самый, – сказал я.
– Матёрый… – удовлетворённо проворчал раненый контрабандист, словно это имело для него какое-то значение. Я в ответ только пожал плечами.
– Ты ведь знал, что это не контрабанда? – задал я вопрос, который давно уже вертелся на языке.
Ахту тяжело дышал, прикрыв глаза.
– Догадывался… – признался он наконец.
По моему взгляду он понял всё.
– Стыдить будешь? – запёкшиеся губы контрабандиста сложились в ироничную ухмылку.
Я ничего не ответил ему, поглядывая на проплывающие мимо прибрежные кусты. Я старался особенно не удаляться от берега – с нашими-то дырами в борту… Тут и волны были поменьше. А нам сейчас достаточно было черпануть пару раз хорошенько бортом – и ко дну.
Ахту, оказывается, всё ждал моего ответа. И не дождался, заговорил первым…
– У, какой ты правильный, – протянул он. – Да знаю я, что такие слова здесь уже не годятся…
– Пойми ты, дом мы хотели тут купить… – Ахту поморщился. – Столько денег предложили, что и на дом хватало. А свой, в Восточном, мы с Льетой на лодку эту выменяли… Игра на всю катушку, понимаешь?
Восточный – это было неофициальное название посёлка контрабандистов на Первой Земле. Посёлок тот стихийно вырос на скалистом берегу у Восточных гор. Там множество подводных скал, очень изрезанная береговая линия – идеальное место, чтобы прятать маленькие суда для незаконного промысла. Полторы с чем-то тысячи километров по берегу – это было уже слишком далеко для властей Кондуктории, как называло себя центральное правительство нашей колонии. Чтобы добраться до Восточных гор, нужно было преодолеть ещё горы Наветренные. А через них и дорог, считай, никаких не было… Нет нормальной армии, нет политической воли – непонятно, что играло здесь большую роль… И в результате Имллт оказалась одной из немногих колоний, где контрабандисты селились открыто и оседло.
Ну ладно там, в Устье реки Странника, на так и не заселённом Западном континенте, в другом полушарии нашей планеты. Прямо на Первой Земле они уже чуть ли не город свой построили… Если называть контрабандистов паразитами, то, видимо, у нас было на чём паразитировать… Да только форма сути не меняет – посёлок Восточный, по слухам, рос, но отнюдь не процветал…
– Я так думал,
Возможно, я идеалист. Или просто у меня приступ тупости после лёгкой контузии?
– Ты собрался тут жить… – не отрывая глаз от берега, спросил я. – А сам привёл сюда этого… Звёздного Защитника?
– А, вот ты о чём… Льета, видать, всё ещё верит в сказки… Наговорил нам тот мужичок…
«Что за мужичок?» – привычным усилием я удержался от инстинктивного вопроса. Ясно же, что просто так контрабандист ничего не расскажет… Даже этот контрабандист, и даже сейчас…
– А ты, стало быть, в сказки не веришь? – спросил я вслух.
– Я стреляный… – Ахту скривил губы. – Подозревал, что мы нужны будем, пока всё хорошо…
– Хорошо? – чуть повернув к нему голову, я приподнял брови.
– Да я же не знал, что эта штука стрелять умеет! – превозмогая боль, Ахту даже приподнялся на локте. – Должен был груз приплыть… Хороший, капитальный груз…
Я в ответ только покачал головой.
– Не время самому себя обманывать? – обессилено покачнувшись и упав обратно на спину, Ахту то ли рассмеялся, то ли закашлялся. – Да, ты прав, Космонавт… Ничего теперь не докажешь…
– Послушай-ка, – горячо заговорил он вдруг, снова пытаясь приподняться. – Ты ведь не только оперативник адвослужбы… Ты ведь из рыбаков по рождению! Помнишь свою общину?
– Я из Кожевенников, – сухо отозвался я.
– Это по матери! А отец твой из рыбаков был… Я же помню, мне рассказывали…
– Правильно рассказывали, – ответил я, не глядя на него.
Превозмогая боль, Ахту удовлетворённо кивнул.
– То-то я и гляжу, как ты с лодкой управляешься…
Дышалось ему с каждой минутой всё трудней.
– Послушай, я про Льету… Без матери она, только со мной… А теперь и я вот… Но мать её была из рыбаков. Из местных… Отсюда я её увёл.
Услышав своё имя, девочка встрепенулась. Прекратила раскачиваться, замерла…
– Дочь? – спросил я, и Льета бросила на меня испуганный взгляд.
– Падчерица, – немного помедлив, ответил Ахту. – Я с ребёнком свою-то взял. Без мужа по молодости прижила где-то…
– А моё дитя она с собой унесла… – он указал глазами на небеса. – При родах не сложилось там что-то…
– Прогорело теперь моё дело… Так ты поговори с рыбаками… – взмолился раненый контрабандист. – Может, возьмут они Льетку к себе. А то пропадёт девчонка.
– А я тебе всё расскажу, что по твоей части, – обещал он. – Про мужичка того… И всю его затею…
– Я не решаю за рыбаков, – ответил я, стараясь казаться невозмутимым.
– Обещай, что попросишь! Только это обещай… – видно было, что силы Ахту таяли.
– А вдруг они заступятся, спасут от расправы? – он говорил всё тише. – Решайся, а то не успеем…