Гость

Демиург

" Нет, спасибо."

Малышка предлагала мне исцеление разума. Временное эмоциональное спокойствие и забвение. Помогает разобраться в себе и вытащить на поверхность самые сокровенные мысли. Иногда бывает полезно в качестве самоанализа. Однако, если это действительно смерть, то для феи опасно лезть в её дела.

Разрешение относилось к убийству богов или вмешательству в их дела. Я, как Хранитель, ограничен некоторыми правилами. Мне нельзя пойти и уничтожить первого встречного бога просто потому что захотелось. Хотя человека, кстати, можно.

Я остаюсь смертным, но слишком силён для ограничений, что накладываются на них, а потому имею другие.

Хранителю дозволено убивать богов только в случае угрозы существованию какого-либо мира или когда они первые проявят агрессию. Смерть, если это была она, фактически стёрла это правило лёгким движением руки. Условия, правда, смутные. Каков будет формат просьбы о помощи, что за знак? Следует ли это воспринимать буквально?

Впрочем, она не могла говорить яснее. Не представляю даже, чем ей пришлось расплатиться за вмешательство. Правила сковывали сущность такого уровня по рукам и ногам. Опять же, если всё произошедшее не было лишь галлюцинацией. Впрочем, кого я обманываю?

Правила, правила, всюду правила. Они были основным законом равновесия, системой мер и противовесов. Быть может, не идеальной, но успешно функционирующей несчётное количество лет. Кто их придумывал и накладывал, раз даже сама Смерть не может переступить через некоторые запреты? Полагаю, если я однажды узнаю ответ на подобный вопрос, то сразу же окажусь стёрт с лица вселенной. Окончательно и бесповоротно.

Устав пытаться постичь непостижимое, я решил вздремнуть и закрыл глаза, но сразу же оказался потревожен нарушением периметра скрывающего купола. Приняв сидячее положение, уткнулся взглядом в идеально белый доспех, на спине которого расположились металлические крылья.

– Не то чтобы у нас было запрещено на крыше лежать.- Я моргнул, а Гейр уже предстала в повседневной одежде.- Но лучше так не делать. Шанс наткнуться на сумасшедшего в пределах Пацифиды довольно велик, поэтому старайся не создавать конфликтов. Тот факт, что дом явно не твой, как раз может оказаться причиной того самого конфликта.

– Неужели у целого магистра величайшего из орденов Перекрёстка нет больше дел, чем отлавливать обычных музыкантов по чужим крышам?- Я иронично приподнял бровь, а Гейр расхохоталась и присела рядом со мной.

– На обычных времени действительно не найдётся.- Она протянула феям горсть конфет. Явно готовилась к встрече. Я создал вазочку из кристаллов, в которую и были высыпаны сладости. Малышки накинулись на угощение, а Гейр расхохоталась.- Кстати, с величайшим Белые бы не согласились. Очень горделивые ребята.

– Звонкая.- Кажется, она это уже говорила при прошлой нашей встрече. Но не вслух.- У тебя очень звонкая радость.

– Спасибо, наверное.- Гейр озадаченно уставилась на старшую фею, которая вернулась к поеданию печенья. Её сёстры предпочли конфеты.- Это комплимент?

– Он самый. Можешь гордиться. При нашей первой встрече они сказали,

что я слишком пустой и мутный.- Девушка расхохоталась.

– Прямо в точку. Удивительное попадание. Это у тебя акавит?- Я кивнул.- Дай хлебну. Отличная штука.

– Правда, на магистра ты не очень то и похожа.

– Закончилось.- Гейр озадаченно потрясла бутылкой, а затем вернула её мне и вновь рассмеялась.- Да ладно. Уравновешиваю остальных. Все такие важные и серьёзные, словно в похоронном бюро работают.

– Это что?

– А, забудь.- Отмахнулась девушка.- Вернёмся к началу этого интереснейшего разговора. Ты чего тут сидишь?

– Праздник. День рождения у меня сегодня.- Она захлопала в ладоши.

– Поздравляю. Но это не повод сидеть на чужой крыше.

– А где мне ещё сидеть?

– Что, друзей нет?- Она усмехнулась и слегка наклонила голову.

– Есть.- Я откинулся на спину и уставился в небо. Почему бы и не поговорить.- Даже сестра найдётся, хоть и не кровная родственница. Желания с ними сидеть нет. Да и заняты все. Не такой и важный повод, чтобы от дел отрывать.

– Одинокий.- Печально резюмировала средняя фея.

– Не грусти.- Младшая положила мне на грудь конфетку.

– Спасибо. Пожалуй, что вы правы.

– Серьёзно?- Пожалуй, Гейр удивилась даже больше, чем при первой встрече с феями.- Вот так теперь выглядят одинокие люди?

– А что мне, плакать?- Девушка расхохоталась.

– Не отказалась бы посмотреть. Если, конечно, в процессе с ума не сойду от пережитого эмоционального потрясения.

– К тому же, я чётко осознаю абсолютную парадоксальность этого чувства. Очень малому количеству разумных даны такие близкие люди, какие имеются у меня. И, несмотря на это, в душе всё равно очень тщательно свило гнездо одиночество. Прямо рядом с яростью.

– Он просто другой.- Старшая сказала это серьёзно, словно выносила смертельный диагноз.- Отличается от всех остальных. Его никто не может понять, хотя он понимает всех, за редким исключением. Даже самые необычные и яркие из существ не будут способны влезть в душу нашего друга. Полагаю, проблема в этом.

– Тебе виднее. Я считаю, что прост, словно табуретка.

– Какая-то у вас печальная обстановка для праздника.- Гейр тоже откинулась на спину и о чём-то задумалась.- Если серьёзно, то все мы одиноки в сущности своей. Поэтому, может не так уж и плохо это осознавать?

– А я разве говорил, что страдаю от этого?

– Страдает.- Мгновенно отреагировала старшая фея.- Но не то чтобы очень часто. Время от времени.

– Сейчас в карман засуну.

– А я что? Я печенье жую.- Она действительно вернулась к этому занятию, а Гейр расхохоталась.

– Кстати, а вам не тесно втроём в таком маленьком кармане сидеть?

– Маленьком?- Я хотел рассмеяться, но боль в груди посоветовала этого не делать.- Да там тридцать кубических метров свободного пространства. Учитывая их размеры, вообще курорт.