Горячий старт
Шрифт:
Круглые линзы синицынских очков вопросительно поблескивали, ловя отблески включенных фар, в начинающих сгущаться сумерках.
Бай вздохнул и развел руками:
– Думать надо...
– Вот и думай, – проворчал Синицын. – Ладно, Вова, расскажи...
Чен вздохнул и протянул:
– Есть одна идейка... Ты со спящими резидентами когда-нибудь имел дело?
Бай пожал плечами:
– Вчера, например.
– В оригинале было про синхронные запалы, – проворчал Син, но Чен отмахнулся от него.
– Ладно тебе... – и повернулся снова к Баю. – Почему бы не завесить на бекбонных серверах такого резидента? Он сам найдет Аурела и сложит ему
– У Аурела нет холда, – напомнил Бай. – У него и станции-то нет. Борда да диал, наверное.
– Ну, не на холд... Но на терминал, скорее всего, такой резидент влезет.
Бай с сомнением покачал головой:
– Такой резидент еще написать нужно. Да и слишком он на вирус смахивать будет, скорее всего защита его не пустит в систему. Даже на терминал не пустит.
– Напиши такой, чтоб пустила.
– Легко сказать! – покачал головой Бай. – Хотя... Можно, конечно, взять какой-нибудь безобидный вирус, перелопатить его, лишить характерных признаков, по которым его отслеживают охранные сборки и церберы... Или легче новый написать?
– Не знаю, – ответил Чен. – Я пробовал, не получается. База не ложится, хоть тресни...
Бай сразу заинтересовался:
– Покажи-ка...
Чен потянулся к машинному терминалу и вытащил из-под щитка борду. Вспыхнул на миг и тут же погас голокуб. Глаза ТП-шников прикипели к ровным строчкам, ползущим в трех десятках сантиметров от их лиц.
– Ну-ка, ну-ка, – протянул Бай и, не отрывая взгляд от голокуба, отобрал у Чена борду.
Чен с Сином переглянулись с едва заметными улыбками. Бай этого, конечно же, не увидел. Он лихорадочно нашаривал на щитке мнемоюсты, а нашарив – торопливо прилепил к вискам и ушел в сеть.
~# run console 3
~# man DTS
@comment: help/on
Она сказала: «Я сейчас приду», Аурел прекрасно помнил это. Однако футбол давно кончился, на Трою наползла теплая летняя ночь, захотелось есть и пива, а ее все не было. Сцепив зубы, Аурел неподвижно валялся на кровати и тупо глядел в телекуб. В телекубе скакали, размахивая кривыми мечами, некие мрачные личности в черных балахонах и рубили в капусту других личностей в балахонах красного цвета. По видимому, торжествовало добро. Или правда торжествовала, Аурел не вникал. Он боролся с голодом и нетерпением.
Прошла вечность, и только тогда в коридоре послышались тихие шаги. Стук в дверь, дверь распахнулась. На пороге стоял парнишка в промасленном комбинезоне механика. Он вопросительно уставился на Аурела, потом обшарил взглядом комнату.
– А где Тири? – наконец спросил парнишка.
– Кто? – не понял Аурел. Парнишка посмотрел на него как на психа.
– Тири, твоя подружка. Вы же вместе приехали...
«Вот, значит, как ее зовут... – с опозданием дошло до Аурела. – Скорее, это прозвище, а не имя.» – Не знаю. Она ушла.
– Куда?
Аурел развел руками. Так и хотелось сказать, как говорили дома: «Я доктор? Я знаю?» Но здесь этого могли и не понять. И Аурел промолчал.
Парнишка замялся.
– Видишь ли... Она сказала, что вам нужны два «Квантума». В общем, есть один «Файрболл» и один «Бигфут». «Сирокко» мы не нашли, а с единственным «Атласом» еще возни много, неотрегулирован совсем и виг-передача глючит, спасу нет. Устроят вас «Файрболл» и «Бигфут»?
Аурел онемел. Вот тебе и гараж в заштатном городишке! Насколько он знал, «Квантум Бигфут», равно как и «Сирокко», вообще еще не поступали в продажу. Даже
Аурел молчал, парнишка-механик переминался на пороге с ноги на ногу.
– Так устроит или нет? – переспросил он с надеждой.
Аурел пожал плечами, пытаясь, чтоб это выглядело равнодушно.
– Меня – устроит. Тири – не знаю. Спроси у нее сам.
– Но где она?
– Откуда мне знать? – буркнул Аурел. – Сам жду.
– Ладно, – вздохнул механик. И добавил: – Я потом приду.
Он аккуратно затворил дверь и канул в тишь коридора, снова оставляя Аурела наедине с собственными мыслями.
Тири пришла еще через час. Выглядела она расстроенной.
– Пойдем, – сказала она.
– Приходил механик, – весело сообщил Аурел, втайне надеясь поднять ей настроение. – Сказал, есть один «Файрболл» и один «Бигфут». Я от...
– Знаю, – перебила его Тири. – Шевелись.
Они снова прошли через холл и оказались в баре. Бар был еще открыт, народу, как и днем, было совсем мало. Двое ребят в коже и с ними крашенная в металлик девчонка. Все трое усиленно дымили сигаретами и налегали на пиво. Тири провела Аурела в закрытую кабинку, обнаружившуюся напротив стойки. Изнутри кабинка была обита толстым слоем звукоизолирующего пластика. Не то специально для приватных бесед, не то затем, чтоб привередливым гостям не мешал рокот включенных двигателей. А, может, и для того, и для другого. Аурелу принесли ужин, мясные шарики и помидорный салат. Не забыли и о пиве. Тири ограничилась стаканом апельсинового сока.
Аурел молча насыщался, девушка глядела в пустоту, не замечая никого и ничего. В молчании прошло минут двадцать. Аурел мрачно потягивал пиво и размышлял, долго ли из него будут делать дурака. Всему есть предел, в конце концов. До сих пор копившееся раздражение растворялось в желании быть с ней. Увидеть ее улыбку или просто взять за руку и помолчать. Но всякая чаша рано или поздно наполняется до краев. Тем более, что взять за руку и помолчать так и не сложилось.
– Значит, так, свет очей моих, – когда Аурел хотел, он умел быть ядовитым. – Не знаю, нравятся ли тебе придурки; полагаю – нет. Мне, во всяком случае, не нравятся. Особенно когда придурком приходится быть мне же. Там, у бара в сити, ты мне помогла. Спасибо. Но вот дальше стало твориться что-то странное. Я не собирался ехать сюда, у меня свой путь, и он меня ждет. Скажу честно, ты мне нравишься и я был бы не против проделать этот путь вместе с тобой. Но – на равных. А не так, как сейчас – сижу весь день, дурак дураком, и не знаю что вокруг происходит. А из тебя слова не вытянешь...
Девушка вдруг подняла на него взгляд и Аурел под звездочками очков рассмотрел у нее на щеках слезы. Слова застряли у него в горле.
– Ури, – тихо сказала она. – Не уходи, пожалуйста. Ты мне нужен, Ури.
В голосе ее было полно отчаяния и тоски. Аурел с трудом удержался, чтобы не вздрогнуть.
– Нужен? – переспросил он. – Зачем?
И тут же пожалел о вопросе – конечно же дурацком и неуместном. Впрочем, Тири не ответила.
– Ты можешь рассказать хоть что-нибудь? Вдруг я сумею помочь?