Горячее лето
Шрифт:
– В справочниках, посвящённых этому периоду истории, в интернете, в архивах.
– А определив, что у нас история пошла по другому руслу? Что многое совсем не так, как указано в их данных?
– Тогда...
– я на мгновение задумался.
– Тогда заброшу доверенных людей, закупаю газеты, записываю и прослушиваю радио, в том числе не гражданские передатчики. Особенное внимание на те районы страны, в которых наиболее вероятно нахождение ценностей. Ведь очень часто объявляют о выставках, открытии экспозиций и тому подобных событиях. Обратил бы внимание и на золотодобывающие предприятия.
– Всё верно, - Мартынов довольно улыбнулся и протянул мне документ, который изучал перед моим приходом.
– На посмотри .
И что тут у нас? Так. Рапорт от спецгруппы радиоразведки. У нас и такая есть?! Интересно, интересно.
– Александр Николаевич! Вычислили?!!!
– Похоже на то, очень похоже!
– Мартынов довольно заулыбался, - Очень помог Максимов. Ты знал, что в вашем времени в радиопереговорах использовались совсем другие частоты чем сейчас?
– Нет, - я пожал плечами, - Что-то где-то слышал, но не интересовался.
– А Максимов знал точно! И именно он предложил создать аппаратуру, для прослушивания других диапазонов. Да и для армии новая аппаратура пригодилась. Очень пригодилась!
– Так мы что, в Свердловск?
– я аж заёрзал от предвкушения.
– Ага. Счаз!
– командир ухмыльнулся.
– Кто-то тебя пустит туда. Там без нас есть кому поработать. Вчера Судоплатов, захватив 'Баха' и его ребята туда вылетели. А мы будем сидеть и ждать! А чтобы ожидание не было скучным, слушай задание. Вспомни все виды одежды, в которой человек не будет особенно выделятся в том мире. Причём в разных обстоятельствах и социальных средах - от деревни до крупного города. После того как вспомнишь и запишешь, ко мне. А потом к горячо тобой любимым врачам. Всё, выполняй!
Вернувшись к себе и отчитавшись перед Яшкой, я задумчиво уставился на чистый лист бумаги. Значит наши всерьёз рассчитывают не только взять 'ковбоев', но и получить доступ в тот мир! Лихо, лихо... А ведь может получиться! Если правильно высчитали место их следующей акции. А уж то, что за это взялся Судоплатов со своими головорезами... Все шансы на успех! А Мартынов хорош! Опиши одежду. Как описать? Хотя... Джинсы! Точно, 'ливайсы' 501-й модели! Они почти не изменились, и любой человек в джинсе, не будет бросаться в глаза, ни в деревне, ни в городе! А с остальной одеждой и там разберутся. Приняв решение я не стал ничего записывать а сразу пошёл к командиру.-Следующие две недели мне очень напомнили времена моего первого знакомства с 'мозголомами'. Только в этот раз было одно значительное отличие - я просто не знаю, что именно у меня вытягивали из головы! На попытку узнать, Мартынов ухмылялся и принимался рассуждать о длинных носах, которые вечно отрывают. Поняв, что никто не собирается мне ничего объяснять, я попытался обидеться. Правда тут же понял, насколько это глупо, плюнул и продолжил работу. А работа у меня сменилась. Теперь, первая половина моего рабочего дня проходила за просмотром журналов мод из САСШ. В один из моментов мне вспомнилась дуратская шутка про 'юдашки от какашкина и какашки от юдашкина', я так захихикал при этом, что Зильберман с большим трудом удержался от вызова 'людей в белых халатах с добрыми лицами'. Поняв же причины моего хихиканья и выслушав несколько историй и анекдотов про моду и модельеров, он сам стал вести себя не лучшим образом. То есть так же дебильно похохатывал, глядя на некоторые фото из журналов. 'Серьёзности' добавляли и молодые, вернувшиеся из командировки. Их приходилось отгонять от стола - слишком велик был риск повреждения модных журналов ядрёной слюной молодых сотрудников. После обеда я направлялся либо к Меркулову, либо к Фитину, где в присутствии ещё двух-трёх не знакомых мне 'гражданских', показывал, какую одежду можно было бы носить и в двухтысячных, не выглядя при этом клоуном. Причём иногда я ловил себя на мысли, что в некоторых вещах ходил бы с удовольствием, естественно, что в своей 'прошлой' жизни. Вообще, то, что я узнал об Америке сороковых годов, заставило меня всерьёз задуматься. Та Америка, которую я знал в 90-х и двухтысячных, отличалась от неё же середины двадцатого
Интерлюдия. Один из дачных посёлков ближнего Подмосковья 25 мая 2010г.
– Ну? Чем обрадуешь?
– мужчина лет пятидесяти, начавший полнеть, но сохраняющий неплохую фигуру, оторвался от старого овчара, преданно заглядывавшего в глаза ласкающего его хозяина, тихо спросил вошедшего в просторный кабинет.
– Получены результаты экспертиз, Андрей Петрович, - невысокий парень, лет двадцати пяти, в хорошем костюме только подчёркивающим его выправку, положил на журнальный столик у кресла хозяина кабинета, толстую коричневую папку.
Андрей Петрович молча показал вошедшему на соседнее кресло, ещё раз потрепал зажмурившегося от удовольствия кобеля по голове, и спросил:
– Результат? Только коротко Дима. Подробно я и сам прочитаю.
– Если коротко, то результаты экспертиз поразительные, Андрей Петрович. Объекты, попавшие к нам и объекты находящиеся в Питере и здесь, в Москве - подлинники.
– Дима. Ты понимаешь, что говоришь?!
– голос Андрея Петровича начал повышаться. Насторожившийся овчар хмуро уставился на гостя, отреагировав на недовольство хозяина.
– Как такое может быть?!!
– Пока не знаем, Андрей Петрович, - Дима развёл руками.
– Но факты именно таковы. Результаты экспертиз перед вами.
Ещё пару минут побуравив его злым взглядом, хозяин кабинета тихо спросил.
– Как ты думаешь, что произойдёт, когда Сам узнает об этом? А, Дима? Ладно я, уйду на пенсию и всех делов. А вы куда? Вас же даже ларьки охранять не возьмут!
– Но мы выяснили, откуда всё это взялось! Вернее - от кого!
– Ну ты паразит, Дима! Доиграешься!
– несмотря на суровый тон, Андрей Петрович заулыбался.
– Ну?
– Как ни странно, все следы ведут в Сибирь, а именно - в Красноярск...
Интерлюдия. Пос. Удачный, Красноярск, 25 мая 2010г.
– Как работа?
– потянувшийся до хруста позвонков у задней двери 'мерина' Дадашев, повернулся к радостно улыбающемуся Зауру, встречавшего машину у ворот дома.
– Хорошо, командыр! Почти всё готово! Чэрез нэдэлю можно работать!
– Отлично!- Дадашев усмехнулся.
– Как академик? Не шалил?
– Нэт командыр! Вёл сэбя хорошо!
– Заур ухмыльнулся.
– Только, вот, послэдние дни слишком нэрвничал. Тэбя спрашивал постоянно, а мнэ ничэго нэ говорыл.
– И не должен был говорить.
– Дадаев взглянул на голубое небо и направился в дом. Спустившись в подвал, он прошёл в большую комнату с аппаратурой, у которой возился пожилой 'академик-профессор'. С удовольствием оглядев негромко гудящую аппаратуру, Дадашев сел в свободное кресло.
– Что-то случилось, профессор?
– Да, господин Дадашев, - пожилой нервно покосился на свой стол, заваленный бумагами.
– Случилось. Сократилось расстояние, на которое мы можем проникать в тот мир. Теперь, крайней точкой нашего проникновения стали окрестности Киева. Почему это произошло я так и не выяснил. И ещё. При открытии прохода стали возникать какие-то помехи. Проход держится, но 'гуляет' в размерах. Немного, на 10-15 сантиметров, но раньше такого не было.