Горячее лето 1852

Земляной Андрей Борисович

– Хррр.

Монстр похожий на вставшего на задние лапы льва без гривы но с широким поясом и длинным широким мечом с пилообразным лезвием в лапах оглянулся и встретившись взглядом с Горыней опустил оружие остриём вниз.

– Хауарген гоураа...

– Ты по-русски говори.
– Горыня не опуская пистолета, снова шагнул вперёд.
– Ну или по-английски или по-немецки. На худой конец на ханьском диалекте... А лучше всего, просто молча у@бывай откуда пришёл.

– Тода заучем зуал?
– Раздался рыкающий голос создания.

–

Я не звал. Это они звали.
– Горыня показал пистолетом на снова начинавших шевелиться ведьм.
– Они звали, и я так понимаю, хотели рассчитаться с тобой вот этими детьми.

– Мне сё рауно плата.

– Забирай этих.
– Княжич кивнул на ведьм.
– И ещё в коридоре прямо отсюда лежит ещё одна, и ещё одна этажом выше. Ты понимаешь слово этаж?

– Понимау.
– Монстр с интересом посмотрел на Горыню.
– Но мелких нет?

– Нет.
– Горыня покачал головой.
– И не проси.

– Я могоу полезен. Я сильну.

– Сам справлюсь.

– Я убьюу тебя и заберуу всех.

Демон которого призвали колдуньи был ростом метра три, и просто бугрился мышцами. Да и страхолюдный меч в его лапах не выглядел игрушкой. Но пока не опустел последний магазин, и пока тело готово к бою, отступать было немыслимо. Чуть не полсотни детей всех возрастов, распластанные на пыльном полу, для Горыни были достойной платой за его собственную жизнь.

– Попробуй.
– Горыня едва заметно улыбнулся.

– Заберу этих.
– Монстр кивнул, и не глядя ткнул своим оружием в каждую из ведьм, превращая тела в серую пыль.
– Хорошая кровь. Много силы. Мы равно.
– Лёгкая рябь окутала тело монстра и он исчез на несколько секунд, а затем вновь появился.
– Ещё две хорошая. Я должен. Нужно - зови.
– На этот раз монстр исчез окончательно оставив после себя лишь небольшой плоский знак, похожий на жетон, но без петельки для подвеса. На поверхности серебристого металла была рельефная картинка морды чудовища, и какие-то письмена по окружности.

Горыня ещё долго рассматривал бы находку, но здание вдруг тряхнуло так, что с потолка посыпалась пыль и обломки кирпича.

– Вы окружены. Выходите или будете уничтожены!
– Донесся громкий голос усиленный магией.

– О! всё таки успели.
– Горыня окинул взглядом всё ещё не шевелившихся детей, и поспешил на выход.

У самых дверей особняка, стояла толпа охотников с рунными щитами, а за ними выстроившиеся треугольником десяток боевых волхвов, из приказа князя Васильчикова. Многих Горыня знал лично, и его появление на лестнице, вызвало и у охотников и у волхвов оторопь, и желание протереть глаза.

Поднимали всех в страшной спешке, и часть войск провели "Быстрыми тропами" невзирая на огромный расход силы на такие перемещения.

– Значит так.
– Горыня поймал взгляд старшего волхва, и кивнул ему.
– Было девять - десять человек. Кроме одной подсадной, и колдуна все ведьмы.

Все уничтожены. В подвале примерно полсотни детишек. Вроде живы, но не шевелятся. Ну и загашенный круг вызова там же. Но вполне мог кто-то остаться на других этажах, так что быть начеку.

– Ясно, господин старший советник.
– Командир охотников кивнул, и повёл своих людей в особняк, а Горыня, увидев стоящего вдалеке князя Васильчикова пошёл к нему.

2

– Какая странная у вас шпага.

– Это арматура, сэр.

Новый мундир, был безнадёжно испорчен, поэтому Горыне пришлось ехать в особняк Стародубских и переодеваться в запасной, которых он по совету бывалых друзей нашил целых шесть штук. Заодно был отловлен Бластером и обмяукан, за то, что шлялся непонятно где.

В комнатах сестры по-прежнему царил ураган из тряпок, людей и украшений, и Горыня лишь мельком удостоверившись что там всё в порядке, пошёл искать князя, который обнаружился в библиотеке.

Умиротворённый и спокойный словно будда, князь Стародубский меланхолично попивал шустовский коньяк, глядя на роскошный сад, за полукруглым панорамным стеклом библиотеки.

– А... Горынюшка.
– Он приветливо взмахнул рукой.
– Садись. А я вот, сбежал понимаешь. От турок не бегал, от германцев не бегал, даже когда в заслоне перед армией Мюрата стояли, и то, слабины не дали. А вот сейчас - сбежал.

– Эта ретирада, не признак страха, а свидетельство мудрости.
– Горыня присел в кресло напротив.
– Думаю, Машеньке так будет даже легче. А нужны будем - позовёт.

– Кстати, я там видел бриллианты, что ты привёз...
– Григорий Николаевич, покачал головой.
– Я таковых камней и не видел никогда. Дорого взял?

– То князь Лопухин отдарился. Сказал что за дочку его и того будет мало.
– Горыня улыбнулся вспомнив поджарого но ещё крепкого князя владевшего многими десятками заводов и фабрик по всей империи.

– То верно.
– Князь Стародубский медленно кивнул. Коли не ты, так все они полегли бы там. Ведьма та, как мне сказывали, дюже сильна была. Как сам-то уцелел. Не иначе как Перуновым благоволением.

– На благоволение надейся, а сам не плошай.
– Княжич хмыкнул.
– Ты мне батюшка лучше расскажи, что это к нам двоюродный дядя зачастил. То носа не показывал, а то прям каждую неделю с визитами.

– Ну, так сродственник он, хотя и дурной на всю голову.
– Григорий Николаевич, вздохнул.
– Но причина проста. Проигрался он крупно, да и пообещал младшенькую Аглаю, дочь князя Абашидзе за тебя выдать. Я уж ему сказывал, что у тебя другое на уме, но тот и слушать не хочет. Ты смотри там поосторожнее. Не вздумай с ней наедине остаться. С этих станется тебя "на пузо" взять, или охаять, в непотребстве с девкой.