Горы поют

Гончар Олесь

Прислушивался.

Опять казалось, что горы чуть слышно поют. Эхо или действительно так?

IV

В

последующие вечера он убедился, что действительно так.

Как потом выяснилось, торжественная песня полков была слышна далеко за границами лагеря. Все окружные горные селения, низовые и вершинные, уже хорошо знали время поверки, время большого пения. В этот час местные жители целыми семьями выходили на свои веранды. Выключали радио, останавливали патефоны. Стояли, прислушиваясь к межгорьям, словно к грандиозным репродукторам, ожидая первых звуков военного оркестра.

И когда полки начинали исполнять гимн, когда высокое поющее плато словно выплывало

на волнах мелодии из бархатной синевы горного вечера, многочисленные разбросанные в горах слушатели постепенно и сами становились певцами. Девушки каким-то образом раздобыли в лагере ноты и размножали их от руки.

С каждым вечером все больше и больше молодых голосов, мужских и женских, вплеталось в единую симфонию. Вначале не совсем ладно, на первых порах вполголоса, а потом все увереннее, все громче.

И даже после того как дивизия снялась и ушла в другие края, навсегда оставив свой аккуратный альпийский лагерь с его палатками и клумбами, с колодцами и дорожками, — даже после этого ничего здесь не исчезло, ничто не забылось.

В привычный час горы начинали петь.