Городок у бухты
Шрифт:
Сьюзан появилась у перил второго этажа, услышав заставку местных новостей:
«В деле наследства покойного Ала Брейкмана, возникли новые осложнения. Сын Сьюзан Сарански был похищен неизвестными из скаутского лагеря. Смотрите нас через несколько секунд с комментариями первых лиц».
Сьюзан замерла словно статуя, пялясь на экран жидкокристаллической панели. Её пальцы побелели от напряжения, сжимая деревянный поручень.
«Господи, прости меня за то, что не вытерла вчера пыль
«Сегодня стало известно, что один из претендентов на наследство покойного бизнесмена и известного мецената города — Ала Брейкмана, Боб Сарански, исчез более двух суток назад из скаутского лагеря. Наш корреспондент встретился с шефом полиции округа. Ларри…»
На экране появилось изображение тележурналиста.
«Да, Стэйси. Мы находимся в офисе одного из ведущих адвокатов города Мая О’Брайан, любезно согласившегося поделиться сведениями. Здесь же мы застали шефа полиции округа. Мистер Миллер…»
В доме Сьюзан разрывался телефон.
— Мэм… — Агнет протянула трубку, предусмотрительно держась на расстоянии.
Сьюзан ответила на звонок, дав знак горничной не удаляться и продолжая смотреть в экран телевизора.
— Зелёную папку, — прошипела хозяйка, зажав микрофон рукой. — На столике у телевизора.
Агнет стремглав спустилась по лестнице, перебирая глазами предметы гостиной.
— Как? — Сьюзан собиралась спуститься, но снова замерла. — Подождите, вы не можете так поступить!
Спиной Агнет почувствовала напряжение и склонилась над журнальным столиком с папкой в руке. За спиной вдруг разразилось:
— Суки! Да что б вам сдохнуть! Дармоеды проклятые!
Трубка радиотелефона просвистела рядом с головой горничной. Хлопнула дверь и раздался звук разбитой пластмассы.
«Господи, помоги мне найти новую работу!» прошептала Агнет, разгибая спину. В дверь постучали и девушка вздрогнула.
— Кто там? — раздался рык сверху.
— М… Ми… Мис…
— Я и без тебя вижу, кто там, — рявкнула Сьюзан спускаясь вниз.
С порога, без церемоний, в дом вошел Грегори Мюллер, а за ним следом Джош Фостан. Агнет покосилась на экран телеприёмника, догадываясь, что «прямой эфир» был повтором более ранней записи, которую девушка уже видела. Полицейский рассерженно выставил руку перед объективом камеры, рявкнув: «Без комментариев».
Живой Миллер, не обращая внимания на выпуск новостей, обратился к Сьюзан:
— Мисс Сарански, я понимаю, что это может показаться странным, но мистер Фостан согласился помочь найти вашего сына.
Сьюзан пристально посмотрела на мужчин, прищурив с подозрением глаза:
— Вы! Это вы его похитили! — голос звучал всё громче и истеричнее. — Вы украли моего мальчика! Подговорили журналистов! Алчные ничтожества!
Сьюзан
Сьюзан продолжала исторгать ругательства и обвинения даже когда два дюжих полицейских усадили её в кресло, прижав к обитой кожей спинке. Офицер вытолкал репортёров за порог и захлопнул дверь.
— Мисс Сарански… — Миллер увидел безумные глаза Сьюзан и понял, что разговаривать с женщиной сейчас не имеет смысла.
Грегори дал распоряжение вызвать скорую и подогнать его машину ближе к двери, чтобы свести к минимуму контакт с журналистами.
— Я думаю, что всё равно поеду в лагерь и попытаюсь найти подростка, — сообщил о своём решении Джош, когда машина Миллера отъехала от дома Сарански.
Офицер поддержал решение друга, подумав о бестактности поступка адвоката, привлекшего прессу к делу. Возможно, без громкой огласки, Сьюзан удалось бы успокоить и решить проблему быстрее. Джошу всего и нужно было — уловить энергетическое поле Боба, посмотреть его вещи и поговорить с матерью. В том числе и о результатах последних тестов.
Миллер подвёз друга к офису адвоката, забрать свою машину. Виктор с Маем как раз стояли на улице, обсуждая удачный поворот дела. Грегори осуждающе посмотрел на юриста, не выходя из автомобиля, и поспешил покинуть это место.
— Адвокат Сарански отказал клиентке в представлении её интересов, — сообщил О’Брайан. — Я поговорил с судьёй, и она подтвердила, что если Сьюзан официально откажется от претензий сына на наследство, дело будет закрыто.
— Я немедленно отправляюсь в лагерь, — не обращая внимания на информацию Мая, сообщил Джош.
Виктор посмотрел на опекуна, думая, что он тоже хотел бы присоединиться.
— Конечно, — ответил Фостан, проникшись мыслями юноши. — Жалко, что мне не удалось поговорить с матерью Боба. Это могло бы помочь.
— Типа энергетического поля? — уточнил Виктор. — Мать имеет невидимую связь с сыном на расстоянии, ну как бы ментальную…
Джош в очередной раз удивился способностям парня понимать и чувствовать мысли и настроения. Вероятно, что в тот первый день, когда Эмили привела юношу в его дом, экстрасенс почувствовал именно это, только не мог объяснить или определить свои ощущения. Подобные люди ему ещё не встречались. Теперь, после визита в Бэйвиль и общения с людьми со схожими способностями, Джош понимал, что пределов для развития своих возможностей почти не существует. А возможно, и то, что этому можно научиться — правда.