Городок Нонстед
Шрифт:
Он утратил контакт с окружающим миром. Проверил оба почтовых ящика, три банковских счета, проверил свой профиль на твиттере, страницу издательства, свой старый литературный блог и форум. Он мчался через дебри интернет-страниц все быстрее, все меньше уделяя им внимание, усмехался, читая новые сообщения, поспешно ответил на электронные письма, записал издательские новости. Время шло, дождь по-прежнему стучал в окно, к двум пустым бутылкам присоединилась третья. На экране сменялись кадры из фильмов, сатирические картинки и раздетые знаменитости.
Кот мяукнул громче.
Натан
— Вот черт. — Натан сжал кулак. — Все-таки… Все-таки, я не оставлю ее так. Я должен ей как-то помочь.
В неожиданном приступе решимости вставил флэшку в гнездо USB и вызвал программу-проигрыватель. Его пальцы пробежали по клавиатуре, вписывая — не без ошибок — адрес форума любителей паранормальных явлений. Он набрал пароль и стал ждать.
Аудиосистема лэптопа ожила. Сначала раздалась тихая музыка, а потом послышался тот самый мужской голос, неожиданно мощный и ошеломляющий. Натан даже отшатнулся — он выдержал только несколько непонятных слов, после чего закрыл лэптоп. Существо, посещающее маленькую Ванессу Крэйг, произнесло еще слово и стихло.
Тишина. Шум дождя. Дыхание спящего кота. Шипение догорающей сигареты. Стук сердца.
Подождал немного, затем медленно и осторожно открыл лэптоп, и сразу же выключил звук. Затем, торопясь, он отправил первый из файлов на форум, написал короткую просьбу о помощи в идентификации источника, и уже собирался разместить остальные на другом форуме, когда выяснилось, что у него нет адреса этого сайта. Через минуту он понял, что видит экран как бы сквозь дымку, а мысли начали разбегаться. Он смог закрыть компьютер, почистить зубы ледяной водой, и столкнуть кота на пол, после чего вытянулся на диване. Завернулся в одеяло и заснул.
Просыпался он долго. Сон держал его в своих цепких объятьях, разбивал в щепки сознательные мысли, затягивал в темноту. Но никто, даже человек в жутком похмелье, не может игнорировать позывы мочевого пузыря и холод. Натан пытался сопротивляться, но, в конце концов, открыл глаза.
В салон проникал свет серого, неприятного утра. По окнам текли дождевые струи.
— Блин, — прохрипел Натан и откашлялся. — Вот черт.
Следующие 15 минут доказали ему, что жизнь может быть более мерзкой, хотя бы целой серией неприятных мелочей. Он еще не распаковал еще теплых тапочек и должен был идти босиком по холодному полю. Он замерз в ванной, не смог найти щетку, которую уронил вчера. Кофе и сахар лежали наготове, но в микроскопической кухне не нашлось чайника, кипятильника или ковшика, в котором можно было бы вскипятить воду. Когда мужчина вернулся в салон, то увидел
Холодный и пустой дом с равнодушием снес серию хриплых ругательств. Не переставая изрыгать проклятия, Натан со злостью натянул джинсы и свой любимый, немилосердно растянутый черный гольф, зашнуровал тяжелые ботинки и взял с лавки документы и мобильный телефон.
— Иду на поиски завтрака, — сообщил он немного удивленному коту. — А что ты будешь делать, меня совершенно не касается. Тем более, что будешь это делать на улице. Вон!
Он открыл дверь, впуская струи холодного дождевого воздуха. Кот понял, что от него хотят, поднялся и вызывающе медленно вышел.
Когда Натан двинулся вслед за ним, то пожалел о своей враждебности к зверьку. Сильный ветер злобно терзал верхушки сосен и проникал под теплую одежду. Капли дождя больно били по лицу. Прежде чем Натан дошел до машины, он высказал много ругательств, которые выучил по обе стороны Атлантики.
Он завел мотор, оперся ладонями на руль, ожидая, пока кондиционер подогреет воздух в салоне машины.
— Завтрак, — пробормотал писатель. — Как называется та забегаловка?
Забегаловка называлась “Меконг”, и находилась в каких-то двух милях от последних строений Нонстеда, недалеко от перекрестка, на котором пересекались дорога номер 113, ведущая к городку, шоссе, соединяющее разные штаты. Обширный паркинг и туалеты с душевыми демонстрировали, что заведение было предназначено для водителей грузовиков. Но Натан знал, что в середине есть сцена для музыкальной группы и несколько биллиардных столов.
“В ВВС бы сказали, что основатель предприятия нацеливался на самую широкую аудиторию”, - кисло подумал Натан, выключая двигатель “ранглера”. — “Очевидно понятие “Голова на плечах” уже не подходит большому миру”.
Он улыбнулся, вспомнив большие снимки, украшающие забегаловку. На них запечатлены моменты солдатской жизни в дельте Меконга. На некоторых из них молодой основатель бизнеса, ныне вечно мрачного толстяка в цветастой рубахе, который по вечерам лично стоял за стойкой. Фиона, компьютерный график по профессии, на каждом указала не менее двух доказательств использования “Фотошопа”.
Он горько усмехнулся. Писатель прошел через стоянку, на которой находились несколько старых автомобилей, в большинстве, внедорожники. Натан вошел в заведение, пахнущее кофе и жареными яйцами. Через минуту его оглушили раскаты смеха.
Смеявшиеся не заметили его появления. Ближе всего к двери сидел небритый гигант с редкими волосами, который стучал кулаком по столу так, что подпрыгивали тарелки и кружки. Его сосед, широкоплечий толстяк с колючей проволокой, вытатуированной на шее, с трудом дышал. Сидящий далее нескладный дылда откинулся на спинку кресла и бился плечами о стену, что вызывало новые раскаты смеха.
Натан подошел к хозяину заведения, который опирался локтями о стойку бара и ржал вместе со всеми. Он не сразу заметил нового клиента. Мужчина вытер слезы и дружелюбно улыбнулся.