Города гнева
Шрифт:
Пролог
18 лет после эвакуации на плавучие острова
– Вот скажи, чего тебе не хватает? На черта тебе сдался этот Полигон? Жить надоело? Заскучал? Так устрой вечеринку. Я с радостью помогу, – призывно изогнувшись, Лира откидывает густую копну светлых волос назад и проводит ладонью по своему обнаженному бедру, карикатурно надувая губы.
– У тебя одни тусовки на уме, – хмыкнув, я отвожу взгляд от ее соблазнительного тела и, натянув джинсы, приближаюсь к окну, за которым простирается
Бескрайняя синь небес завораживает; краснеющий диск солнца медленно тонет в темнеющих волнах океана, оставляя на поверхности розовато-оранжевые разводы; гаснущие лучи, отражаясь от зеркальных фасадов шестигранных небоскребов, погружают узкие улицы в закатную дымку. Широкие подвесные мосты, соединяющие уровни города, вибрируют под тяжестью элитных шаттлов. Внизу, среди идеально ровных дорожек, раскинулись зеленые сады с фонтанами, тихо журчащими под звуки далёкой музыки.
Прекрасная золотая клетка… Оплот несокрушимости и стабильности.
Последний приют вымирающей цивилизации. Спасение, о котором мечтали миллиарды, а счастливый билет в чудный новый мир получили лишь избранные.
После апокалиптического шествия М-вируса по большой земле, уничтожившего города и страны и сократившего население планеты до мизерной горсти выживших, Улей и правда кажется оазисом надежности и благополучия. На первый взгляд этот остров похож на рай: стерильная чистота, утонченная роскошь, идеальный порядок, безопасность… Но все, что я вижу на самом деле, – это искусственная реальность, созданная за счёт страданий других. Энергия, вода, ресурсы – всё поступает сюда с остальных островов, истощённых вечным трудом ради того, чтобы поддержать наше процветание. Но если такова их цена за спасение и защиту, то почему не платят те, кто живут на верхних уровнях столичного острова?
– Не вижу ничего плохого в том, чтобы развлечься. Что тут еще делать? – Лира с ленивым равнодушием растягивает слова и наверняка при этом потягивается, как сытая кошка.
– Ничего. Я наелся такой жизнью, – уперевшись ладонью в стекло, смотрю, как внизу копошатся люди, праздно болтаясь от клуба к клубу в поисках развлечений на вечер. Их лица сияют улыбками, но я знаю – за этим показным весельем скрывается страх. Страх потерять всё. Страх оказаться ненужным. Страх, который передаётся каждому, кто живёт под блестящей оболочкой этого острова. В Улье роскошь не освобождает – она приковывает цепями. Точно так же, как нищета и бедность сковывают остальных. Такой вот порочный круг зависимости, поддерживаемый только одной силой – страхом.
Но согласитесь, бояться в сытости гораздо приятнее. Это усыпляет бдительность, расслабляет, дарит мнимое ощущение несокрушимости. Стена защищает нас от всех существующих внешних угроз. А чтобы правящий класс ненароком не заскучал, Корпорация позаботилась о нашем досуге. Перечень увеселительных заведений на острове весьма велик и разнообразен. Закрытые клубы, концертные залы, бордели, казино, бары и рестораны – на любой изощренный придирчивый вкус. В отличие от других островов, где жители вынуждены пахать как проклятые, чтобы нам вкусно елось, сладко пилось и приятно отдыхалось,
– Мы – паразиты, Лир. Паразиты, приспособленцы и лентяи, жирующие за чужой счет. Просто прими это как факт и на многие вещи посмотришь иначе. Пока другие прозябают, рабским трудом зарабатывая на кусок хлеба… Черт. Вот это я загнул. Хлеба многие из них даже не пробовали.
– Не сгущай краски. Классовое разделение общества было, есть и будет всегда. Утопии обречены. Твой отец создал идеальную систему. Каждый из островов выполняет свою функцию…
– А какую выполняем мы? – спрашиваю я, не дав ей закончить.
– Наши семьи правят новым миром, – пафосно заявляет блондинка. – Считай, что нам повезло.
– Спорно, Лира, – задумчиво качаю головой, глядя как стена Улья начинает неторопливо подниматься из темных вод, окружая весь периметр острова надежным щитом. – Очень спорно, как и вся наша «идеальная» система, выстроенная на совокупности запретов для одних…
– За такие речи обычных смертных отправляют на Фантом, – понизив голос, нервно перебивает Лира. Смешная, кто ее тут услышит? В соте сына президента нет отслеживающих устройств.
– Но мы же не обычные смертные, – ухмыльнувшись, возражаю я.
– Ты точно – нет. Эрику Дерби можно все, – ее льстивый тон вызывает легкое отторжение. Я давно привык к фальшивым угодливым улыбкам и заискивающим взглядам, но иногда меня жутко бесит, что все вокруг носят свои идеальные маски. Красивые, пустые, лживые.
Однако Лира безусловно права, но…
– И одновременно – ничего, – тоскливо проговариваю я. – Мне здесь тесно. Дышать нечем.
– Так придумай себе дело! В чем проблема? Уверена, что президент с радостью пойдет навстречу. При Экваториальном комитете есть профильный институт. Выбери специализацию и учись себе на здоровье. Отец рассчитывает на тебя, надеется, что ты станешь его преемником.
– Политика – это ложь в красивой упаковке. Я не хочу раздавать приказы, сидя в мягком кресле. Меня больше интересует военная карьера.
– Тогда поступай на службу в Водный Щит Акватории. Почему Полигон? Инициары мрут там как мухи!
– Чтобы попасть в Водный Щит сначала нужно пройти обучение на Полигоне.
– Глупости. Президент сделает для тебя исклю….
– Хватит, – жестом прошу ее замолчать и, развернувшись, медленно прохожусь взглядом по стройным ножкам Лиры, которые она охотно демонстрирует. Пока я любовался закатом, девушка успела натянуть свое короткое серебристое платье. – Решение уже принято.
– А как же я? – соскользнув с постели, она с хищной грацией подплывает ко мне, покачивая упругими бедрами. Голос ее становится мягче, словно пелена облаков, окутывающая огненный закат.
– Уверен, ты не будешь скучать, – твёрдо отвечаю без капли сожаления. Холоднее, чем хотелось бы. Но так нужно.
Лира – часть опостылевшей мне клетки. Красивая, яркая, страстная, как идеальная декорация для ночного досуга, но таких, как она, у меня были десятки. Не лучше и не хуже. Через пару недель я с трудом смогу вспомнить ее имя.