Город ящеров

Багирова Марина

— Но не отдавал…

— Не отдавал, — подтвердил Руанн. — А уговоры с едой… Подумай только, как глупо это звучит: «пленник не хочет принимать пишщу»…

Он сделал паузу, давая мне возможность обдумать услышанное. Забавно, ящерр как будто проговаривал вслух все мои мысли.

— Глупо… звучит… — согласилась.

Он прикоснулся к моему плечу, всего лишь погладил. Я не пыталась сбросить его руку, только вздрогнула. Руанн с сожалением прервал ласку.

— И этого боишься…

— Боюсь, — подтвердила

покорно и спросила: — Зачем ты так долго тянул?

Руанн посмотрел прямо в глаза. Как много взглядов, и какие они все разные.

— На то были причины, о которых я расскажу тебе немного позже.

— Нет! — разозлилась. — Почему вы так долго тянули?! Почему тебя не спасли сразу же?! Ведь мы же тебя пытали! Я видела следы, и они были настоящими! Вот что-что, а это я знаю точно!

— Потому что тогда я бы не успел понять твою сушшщность!

Руанн близко. Очень-очень близко. Спиной я ощутила холод стены. Ящерр наклонился и выдохнул мне в лицо:

— Я оставался здесь ради тебя, девочка. Нас влекло друг к другу, и я хотел понять почему. Если бы не ты — вашшу станцию стёрли бы с лица земли уже на следуюшщий день, а то и раньшше.

Чокнутый мозг отказывался принимать все факты. Хотелось потереть лицо руками. Или застегнуть куртку. Или размять шею. Сделать что угодно в надежде, что смогу расшевелить ватные мозги.

— Лин… Вспомни всё то, что ты мне говорила. Твои сны, мысли. А что, если я испытываю нечто похожее? Что, если я встретил очень необычную женшщину, к которой у меня чувства?

— Глупость! Бред полный! Мы разные виды, в конце концов!

— Это вы, земляне, полны глупостей! — повысил голос. — Мы отличаемся от вас лишь цветом кожи и наличием пятой конечности — хвоста. То, что вы называете нас ящеррами, не значит…

— Хорошо, ящерр, как скажешь! — я перебила его. — Скажи хотя бы, правда ли то, что на «Станцию 5» ворвались, или ты предпочтёшь побыть пленником ещё несколько дней?

Улыбка вырезала из его губ кривой полукруг. Почти ухмылка, позволяющая распознать плохо скрытое удовольствие.

— Нет, пленником я большшше быть не собираюсь. Всё, что мне было нужно, я уже узнал. И, стоит сказать, результаты превзошшли все мои ожидания.

На его плече запёкшаяся кровь. Судья резко дёрнул рукой — и покрывшаяся тонкой коркой кожа лопнула. Насыщенная тёмно-красная жидкость начала впитываться в грязную белую ткань.

Руанн проследил за моим взглядом.

— А вот это сделал Лекс-Ка всего несколько часов назад. Не хотел, сволочь, мириться с приказом Главы эвакуировать станцию. С моим приказом.

— Зачем ты отдавал этот приказ?

Он посмотрел на меня внимательно.

На губах до сих пор ощущался вкус жёсткого поцелуя. Свежи воспоминания о страхе, испытанном, когда он вышел из клетки.

— Ты поверишшшь, если я скажу, что всё это ради тебя?

—

Не поверю, — ответила поспешно, заталкивая страх подальше.

— Я уже давно знал, что сегодня на «Станцию 5» нападут. Динамики, сообщившшие, что уровни затопят; план эвакуации «7А», так невовремя уехавший по делам Глава — всё это было подстроено для того, чтобы внушшить тебе: я умру, если ты не придешшшь за мной.

— А если б я не пришла… Я ведь могла… Откуда тебе было знать?

— Я не знал. Но надеялся, очень сильно надеялся. И я осознаю, что ты рискнула всем: своим положением, убеждениями. Ты думала, что рискуешшшь жизнью, когда спускалась сюда, — он провёл рукой по спутанным волосам. — И я обещаю — ты не пожалеешшшь…

Я нервно рассмеялась.

— А как же… Как ты там говорил: «С условием, что я могу её бить, калечить»? — я попыталась перевести вопрос в шутку, но даже для меня мой голос звучал совсем не шутливо. Да и какие могли быть шутки в нашей ситуации?

— Ты не понимаешшь! — ящерру было неприятно, что я вспомнила об этом инциденте. — Я это сказал, потому что не знал, кто ты!

Я, не сводя с ящерра глаз, отошла в сторону. Так близко от двери — и одновременно так далеко.

— Так кто же я? Судья Руанн, кто я?

Наш разговор прервался. Я услышала, как открывается дверь. Кто-то очень сильный толкал тяжёлый круглый болт с наружной стороны. К нам приближались чужие. Чужие и сильные.

— Лин, не бойся, — успокаивал Руанн. — Тебе ничего не грозит.

Он подошёл ко мне и обхватил за талию. Я не успела возразить — в дверь ломились!

«Ты пленила ящерра, который в нормальных условиях выносил бы тебе приговор».

Во мне разворачивалась спираль эмоций. Хотелось бежать, паника накрывала волнами — то усиливалась, то отступала. Руанн что-то шептал мне на ухо, но я не понимала, что именно.

Дверь открылась. В комнату завалились ящерры.

Спиной я чувствовала грудь Руанна, его руки обвили моё тело, и эта поза странным образом успокаивала, как будто ограждая от остального мира. Если бы он этого не сделал, я бы сошла с ума от страха.

Ящерров было много, их лица выражали готовность крушить и ломать. Уничтожать. Они пришли за своим судьёй.

Это были не просто патрульные. Это были терции — ящерры высшего ранга. Им доверяли особо важные дела. Естественно, большинство поручений были связаны с нами, земными людьми. Не со всеми — с лучшими из нас.

Их было легко отличить по массивным пластичным фигурам и особому виду оружия — терциям — треугольным дискам, способным на лету оторвать человеку голову. Мой взгляд упал на чехлы, где они держали экипировку. Я дёрнулась, но крепкие объятия Руанна не позволили сделать и шагу назад.