Город Ветров

Певзнер Керен

Наконец, она поостыла и уселась на камень в углу нашей тюрьмы.

– Вылезай, - махнула она рукой.
– Я тебя не трону.

Дэв осторожно выпростался из стены и подошел ко мне:

– А вот тебя, уважаемая, я ничем порадовать не могу...
– и склонился в легком полупоклоне.

– Будто ты других порадовал, - сквозь зубы процедила Далила.

– Почему не можешь?

– Не застал я дома твоего мужа. Просто оставил на столе письмо и скорее назад, сюда. Времени ждать у меня не было.

– Да

ладно, - махнула я рукой, - отсутствие новостей - хорошая новость. Жаль, конечно, но ничего не поделаешь... Придет домой, прочитает. Ты лучше скажи, как нам выбраться отсюда?

– Сложное дело, - задумался он и притворно нахмурил брови. Почему притворно? Потому что так гримасничают только лицемеры, а по моему твердому убеждению, этот дэв был парень не промах и, по всей видимости, на то-то рассчитывал.

– Чего ты хочешь?
– без обиняков спросила его царица амазонок.

– Мне нужен Светоч Мира.

– Что?
– спросили мне одновременно.

– Так называется огромный алмаз, который был украден у Душматани и бесследно исчез. Подозреваемые в краже были заточены в эту темницу, но не открыли, где находится драгоценность. Так они здесь и умерли.

– Как? Прямо здесь?

– А вы что думали?
– в голосе Друга послышалось самодовольство.
– Эта темница стала могилой для многих узников Душматани. И, если вы мне не поможете, вполне вероятно, что такая же судьба ждет и вас...

– Давай поставим все точки над "i", - оборвала я его.
– Не трать время, нечего нас запугивать. Ты хочешь сказать, что этот Светоч Мира находится здесь и его надо вернуть Душматани. А за это ты поможешь нам выбраться?

– Ну... примерно так.

– Тогда у меня возникают два вопроса. Первый: почему алмаз не искали в темнице? И второй: если мы его найдем, зачем нам ты? Мы его отдадим колдунье сами.

– Не обольщайся, Марина, - усмехнулся он.
– Хоть вторая пара глаз и показывает твою мудрость, но Душматани вероломна и не отпустит вас, даже если вы принесете ей все золото мира.

– Это почему?

– Она не простит вам того, что вы увидели ее подлинный облик. Вы же всем расскажете, а она не может этого допустить. Уж больно колдунья гордится своей красотой.

– Послушай, Друг, - вступила в разговор Далила.
– Нам на ее двуличную красоту наплевать с большого амбара. Нам ее прикончить надо, иначе к себе не вернемся. Так что не подходит нам твое предложение...

– Хорошо, согласен, - кивнул он, ничуть не смутясь.
– Алмаз нужен мне, и я не собирался возвращать его Душматани. Но если вы его найдете, а я подозреваю, что у вас такие возможности имеются, то я помогу вам расправиться с колдуньей. Надоела она мне. Притесняет...

Мне стало не по себе. С одной стороны - положение у нас аховое. Сидим в каменном мешке. Как выйти отсюда, пока неизвестно. Да и если выберемся, нужно

уничтожить колдунью, иначе не видать мне родного дома, как своих ушей.

А можем ли верить этому дэву? У него же на роже написано: купи-продай. И не верить нельзя: может быть, он - наш последний шанс. Хотя, благодаря подаркам Гурастуна со товарищи, мы были обеспечены водой и огнем, но основную проблему они не решали. И не найдя ничего лучше, я шепнула Гиневре:

– А ну, пошуруй лозой.

Гиневра кивнула и приказала нам отойти к стенкам темницы. Взмахнув волшебным прутиком, она произнесла:

– Открой нам глубины твои, земля! Достань сокровища, закопанные глубоко. Нет им хозяина и незачем скрывать их от нас...

Прижавшись к холодным стенам, мы с ужасом почувствовали, как сначала возникло низкое инфразвуковое колебание, потом широкая трещина побежала посередине земляного пола. Открылась яма, полная белеющих костей. Между костями выделялись своей округлостью черепа. Дамы ахнули.

– Стойте там, где стоите!
– приказала Ипполита и прыгнула прямо в кучу костей. Она принялась ретиво разгребать кости. Ей на помощь бросился Сенмурв, и, наконец, что-то блеснуло из глубины братской могилы.

– Вот он!
– закричал дэв и устремился было в яму, но Далила с Гиневрой схватили его и не отпускали до тех пор, пока Сенмурв не выкарабкался наверх, держа в зубах огромный сверкающий камень. Вслед за ним вылезла Ипполита.

– Вот он! Дайте мне его!
– протягивая крючковатые руки, молил Друг.

Камень, действительно, был великолепен. Величиной с грецкий орех, он испускал такие радужные лучи, что они освещали, как днем, нашу темницу.

Осторожно вытащив из пасти Сенмурва камень, я зажала его в кулаке, и все вокруг вновь погрузилось в темноту. И хорошо сделала. Так как люк в потолке отворился и послышался голос одного из прислужников колдуньи:

– Ну что, вы там живы, или как?

– Спасибо, нам тут неплохо, - крикнула я, сложив руки рупором.

– Ты еще издеваешься!
– прогремел Дужухет.
– Ничего, посидите месяц без воды и хлеба, узнаете, как идти против нашей госпожи. Эй, Йома! Тебе тут не надоело? Иди к нам. Тебя ждут шелковые простыни и жареные куропатки. Не хочешь?

– Оставь меня! Я ни на шаг не приближусь к вашей мегере, да будет она проклята!

– Ну-ну, ты там поосторожнее, словами-то кидаться!
– в голосе дэва послышался еле заметный страх.
– Молод еще. Смотри, колечко не потеряй.

И он захлопнул крышку люка.

– Покажи кольцо, - попросила я Йому. Он снял с шеи шнурок и протянул мне.

Ничего особенного, кольцо как кольцо, тонкое и золотое. По внутренней поверхности змеилась надпись. Что было написано, я не разобрала.

– Слушай, Йома, - спросила его Далила.
– Почему эта мымра не отобрала его у тебя?