Город Ветров

Певзнер Керен

– О чем ты говоришь?
– возразила ей Далила.
– Как могут помочь здесь боги твоего мира? Нам не помешала бы сотня крепких лучников, вместо твоих крестов.

Гиневра задохнулась от возмущения. Она попыталась было что-то ответить, но Гурастун охладил ее пыл.

– Ну что ж, эту просьбу я могу выполнить, - сказал он, глядя на Далилу. Возьмите вот это.

Он показал нам на шахматы.

– Стоит приказать им, и они превратятся в сильную армию. Шахматы помогут вам. Марина, какую армию ты выбираешь - белую или черную?

– А нельзя обе?
–

хоть это было некрасиво, но я не могла оторвать глаз ни от фигурок из слоновой кости, ни от агатовых статуэток.

– Нет, покачал головой Гурастун. Если ты пустишь в ход обе армии, они начнут драться между собой, а не с противником. Это же шахматы. Они и созданы, чтобы побеждать друг друга. Просто мы решили использовать их силу для спасения Йомы. Недаром они были подарены великим Амаздахуром. Поэтому воины из агата и слоновой кости смогут бороться со злым духом Манью и его прислужницей ведьмой Душматани. Итак, кого ты выбираешь.

Мне было трудно решиться, но вспомнив сакраментальное "Белые начинают и выигрывают...", я показала на белую армию. В руках у Гурастуна оказалась маленькая шкатулка, украшенная клеточным орнаментом. Он сложил туда белые фигурки и протянул мне. Потом маг хлопнул в ладоши, шахматная доска закрылась и исчезла вместе с черными игроками.

– Куда это они?
– изумилась Далила.

– В шахскую сокровищницу, - ответил маг.
– Черные шахматы должны находиться под присмотром. Иначе их можно будет пустить против белых и неизвестно, чем закончится битва.

– Когда мы тронемся в путь?
– нетерпеливо спросила Ипполита.

– Сейчас мы пойдем к главному визирю, а потом уже вы тронетесь.

– Ну что ж, - вздохнули мы все разом, - тогда пошли.

И вся наша компания потянулась к выходу из зала с колоннами.

Глава шестая,

знакомящая читателя с великим визирем и его юной дочерью.

Прекрасные ландшафты дворцового сада не были для меня в новинку, а мои спутницы неутомимо вертели головами из стороны в сторону. Ипполита еще как-то пыталась сдерживаться, но Далила с Гиневрой то и дело ахали, рассматривая невиданные цветы, птичек-колибри и тонкие ажурные беседки, увитые плющем.

– Какая красота!
– воскликнула Далила.
– Я бы не уходила отсюда никогда.

– После завершения нашего дела вы сможете гостить у нас столько, сколько захотите, - церемонно поклонился на ходу Гурастун.

Далила принялась о чем-то восторженно перешептываться с Гиневрой. Наверняка ей пришлась по вкусу идея немного отдохнуть в этом райском саду. Конечно, что она там у себя видит? Примитивизм да и только. Да и Гиневре было на чем остановить свой взгляд. Ведь это только в рыцарских романах описываются прелести той жизни. А я где-то прочитала, что в Лувре был только один туалет. И все коридоры были загажены. Вот и мечтай после этого о прекрасных дамах...

Ипполита наклонилась ко мне и шепнула:

– Послушай, Марина, где мне взять снаряжение? Я не привыкла путешествовать без своего верного лука.

– Верно, - согласилась я.
– Надо будет сказать об этом визирю. Мне кажется, нам всем

понадобится оружие.

– Кому? Этим глупым курицам?
– презрительно фыркнула амазонка.
– Ты посмотри на них: квохчут, как наседки, снесшие яйцо. Разве они смогут держать в руках оружие и помочь нам в битве?
– Видимо, Ипполита уже была уверена, что я смогу рубить налево и направо.

Пока я размышляла, разубеждать ее в этом или нет, мы подошли к воротам шахского дворца. Чернокожие великаны все так же неподвижно стояли у входа, и наша делегация беспрепятственно прошла во двор.

На ступеньках дворца, построенного из розового песчаника, нас уже ждал слуга, который провел нас в зал для аудиенций.

Возле роскошного трона, украшенного резьбой и позолотой, стоял невысокий человек средних лет в тюрбане и лиловой мантии. Увидев нас, он подошел к нам навстречу.

– Приветствую тебя, Гурастун, - сказал он главному магу.
– Я не узнаю тебя, ты помолодел! Кто совершил такое чудо? Назови, и я тоже воспользуюсь его услугами.

В этом мире магией пользовались, примерно как у нас сферой услуг. Не хватало еще, чтобы Гурастун поделился с ним адресочком, вроде парикмахера или портнихи.

– Марина умеет готовить магическую пищу и посвящать ее людям. Утку, начиненную яблоками, она посвятила мне, и я помолодел. В ее мире так принято давать еде имена.

Мне стало не по себе. Как сказал теленок из мультика: "Вот и меня посчитали..." Иди потом отвертись, когда пристанут. Что я им, повариха, что ли?

– Кто это - Марина?
– заинтересованно спросил главный визирь. Он подошел поближе и стал нас пытливо рассматривать. Взгляд его остановился на Далиле.

– Вот она, - сказал Гурастун и взял меня за руку.

На лице Нафтали проявилось разочарование. Что поделаешь, я не Далила.

– Ты?
– удивленно спросил он.
– Но ты не выглядишь чародейкой. Я скорее принял бы тебя за мальчика-гонца.

– А я и не чародейка, - пыталась я оправдаться, - просто...

– Ты видишь перед собой супругу потомка непобедимого Рустама, о великий визирь!
– торжественно произнес верховный маг.

– Очень, очень интересно...
– в раздумьи пробормотал визирь и сжал в ладони бороду.
– С одной стороны, все верно: не может человек, в котором течет благородная кровь, жениться на простой смертной. Значит, она покорила его чем-то. Недаром у нее на глазах очки, - визирь продолжал размышлять вслух, будто меня вовсе тут не было.
– Но с другой стороны - где он сам? И кто эти женщины? Свита волшебницы?

– Вот еще!
– Ипполита вступила в разговор.
– Меня зовут Ипполита, я царица гордого народа амазонок! И ни у кого в свите никогда не состояла!

– Вот как?
– удивился главный визирь и церемонно поклонился.
– Слыхал о тебе, царица, и рад твоему визиту. Как ты попала к нам, уважаемая госпожа?

– Она вызвала нас троих из разных миров, - амазонка ткнула в меня пальцем.

– Значит, чародейка, - убежденно заключил Нафтали.
– Иначе, как бы она смогла это сделать?