Город убийц
Шрифт:
Я почувствовал себя распятым.
Ги вошел не торопясь, покуривая сигарету, сел на стул, метрах в трех от меня, откинулся на спинку и положил ногу на ногу. За стулом встали двое моих тюремщиков. И еще один поджарый человек постарше, которого я опознал как махдийца.
Между прочим, Ги сбрил бороду. Это ему не шло. Нижняя челюсть тяжела, а губы слишком тонкие и бледные. И светло-серые глаза, чуть навыкате, смотрят насмешливо и жестко.
Ну, да. Его бородатый образ слишком брутален для властителя изящной Тессы.
Он
— Ну, и запашок от тебя, Анри, — заметил он.
— Привет, Ги. Мне тоже не нравится. Если ты позволишь мне принять душ перед смертью, буду премного благодарен.
— Много хочешь.
— Ну, тогда не жалуйся.
— Никогда не думал, что Анри Вальдо окажется банальным вором.
— Я же не мог тебе позволить убить моего сына.
— Да не оправдывайся, тебе просто давно безразличен тот шарик, что висит у нас в иллюминаторах.
— Не говори! Настолько безразличен, что я даже не закладывал туда деглюон.
Он вынул серебристый пистолет, тот самый разер, что подарил мне Эли.
— Красивая игрушка, — сказал Ги. — Любовник твой подарил, да?
— Завидуешь?
— С чего? Пистолет-то мой теперь. Никогда не думал, что тебе нравятся узкоглазые.
— Я не расист.
— Развлекались с ним садо-мазо?
— А тебе что до наших утех? Никак ревнуешь?
Он прицелился, фиолетовая светящаяся точка заскользила по моей руке, спусковой крючок сдвинулся под его пальцем. Вспыхнул видимый луч. Плечо обожгло дикой болью. Дыхание перехватило. Я закричал. Посмотрел туда и почувствовал запах паленого мяса. Рана была совсем неглубокой, от силы сантиметр. Не рана, а ожог. Наверняка, вместе с лучевым, потом будет и радиационный ожог. Если доживу.
— Ну, и орешь ты, — заметил Ги. — Хоть наушники надевай.
— Извини за беспокойство, — с трудом выговорил я. — А ты меток. Не знал.
— Чего тут стрелять с трех метров!
Он выстрелил еще. И такая же рана вспыхнула у меня на боку.
Я заорал от боли.
— Святой Себастьян — икона педерастов, — прокомментировал он.
— В этом контексте без стрел никак, — смог сказать я.
— Ну, где я тебе стрелы возьму!
— С-скобы где-то взял.
— Это проще. Не-а, не будет тебе стрел. Не так быстро!
Он выстрелил еще, теперь в бедро, и я понял, что теряю сознание.
Когда я пришел в себя, я висел на наручниках. Судорожно вздохнул, и меня поставили на ноги. И волосы, и тело были сухими — значит не вода. Зато слабая боль в вене на локтевом сгибе. Я даже не сразу заметил на фоне боли от ран. Инъектор, конечно.
— К-кофеин? — с трудом выговорил я.
— Да, — кивнул махдиец.
Он оказывается говорил по-тесссиански и еще держал инъектор. Значит, врач. Они там кажется не дают клятвы Гиппократа.
— Много он еще выдержит, Касим? — спросил Ги.
— Он крепкий.
— А
— Как знаешь. Но вторая серия — это ненадолго. Он сразу вырубится.
— Ладно, продолжим, — хмыкнул Ги.
Он стрелял и стрелял, сжигая мне полоски кожи и мышц. На мне уже не было живого места, и я еще дважды терял сознание. Меня ставили на ноги, делали инъекцию, и я приходил в себя.
Раны болели нещадно. Наверное, я стонал. Я уже не думал о том, как выжить. Я думал только о том, чтобы это поскорее кончилось.
Ги встал, подошел ко мне, взял мою руку чуть ниже локтя и прижал к стене. Прикосновение было холодным и неприятным, стало еще больнее.
— Знаешь, в чем твоя проблема, Анри? — спросил он. — Ты завел себе слишком много людей: сын, женщины… четыре что ли? Теперь еще мужчина. Ты не свободен.
Я с трудом понял, что он сказал, мысли путались, и язык заплетался, но я смог выговорить:
— Мы по-разному понимаем свободу, Ги.
— А! Ты еще соображаешь? Ну, что ж…
В его руках появился железный прут, заточенный на конце.
— Это конечно не Эйлиас Кэри, но, думаю, тебе понравится, — прокомментировал он, проверяя пальцем острие.
— Ты положительно ко мне неравнодушен, — проговорил я. — Никогда не задумывался о своей сексуальной ориентации?
— О! Ты еще способен дерзить. Это восхитительно. Знаешь, я надеялся получить гораздо больше удовольствия от процесса. Скука! Я стреляю — ты орешь.
Он обернулся к Касиму.
— Раскалить, как думаешь?
— Если раскалишь, будет быстрее.
Он положил прут на пол и потянулся за пистолетом. Решил раскалить с помощью разера, или что-то в нем дрогнуло?
— Знаешь, я понял тебя, — сказал он. — Я понял, почему ты решил не продолжать. Устаешь от этого.
— Ты решил подарить мне быструю смерть? — тихо спросил я.
Он повернулся ко мне, но не ответил. Что-то отвлекло его. Я не сразу понял, что его вызывали по кольцу.
На его лице появилось выражение растерянности.
— РЦС? — выдохнул он. — Откуда они здесь взялись?
Корабль тряхнуло. Браслет наручников врезался в запястье левой руки. Я почти повис на нем, едва удержавшись на ногах. Тесса упала вниз, исчезла из иллюминатора, потом медленно вплыла назад. Корабль выровнялся.
Ги схватился за спинку стула, чтобы не упасть.
— Выследили, — спокойно заметил Касим.
— Сейчас пыли не останется от их Остиума! — сказал Ги.
Он связался по кольцу с кем-то еще и, видимо, получил ответ, который его не порадовал.
— Как нет связи!? — воскликнул он.
Нашу посудину снова затрясло, и Тесса в иллюминаторе вздрогнула и рванулась вверх.
— Командир, надо уходить, — сказал один из солдат.
Корабль подбит? Насколько? Он еще жизнеспособен?