Город смерти

Дилэни Сэмюэль Р.

Внезапно воцарилась зловещая тишина, и Зарков снова поднял глаза.

— Корабль вернулся, — выдавил из себя генерал Теслер, — но весь экипаж и все пассажиры мертвы!

— Этому еще нет доказательств, Питер, — резко возразил министр Хольсен.

— Я нужен для оказания помощи в исследовании корабля? — спросил Зарков.

Хольсен кивнул:

— Вы специалист по старой технике. И… короче говоря, мы нуждаемся в вашей помощи.

— Будет лучше, если вы расскажете мне все.

— Корабль находится на стационарной орбите на расстоянии двадцати двух тысяч километров.

Мы возвели на его южном полюсе исследовательскую станцию под предлогом обычных карантинных формальностей.

— Пресса уже знает о его возвращении?

Хольсен устало кивнул.

Его седые, как снег, волосы напоминали гриву крупного льва.

— Директор просил ограничить распространение информации на семьдесят два часа. С тех пор прошло уже двадцать четыре часа. Вот потому-то нам лучше поспешить с этим совещанием. Из исторической хроники известно, что „Добрая Надежда“ и велика, и ужасно сложна.

— Она около трех километров по ребру, — сказал Редман. — Самое большое транспортное средство, которое когда-либо создавали человеческие руки. Двести лет назад она покинула околоземную орбиту, имея на борту сто пятьдесят восемь мужчин и женщин. Ее целью были звезды. Это произошло задолго до открытия гипердрайва. Люди на борту были погружены в криогенный анабиоз. Только часть экипажа должна была бодрствовать в течение десяти недель раз в десять лет.

– „Добрая Надежда“ — единственный корабль подобного типа? — спросил Зарков.

— Да, — ответил Редман. — Общая стоимость корабля 1,8 миллиарда новых интернациональных долларов. Тогдашняя экономика Земли была почти разрушена дорогостоящим строительством.

— Во всяком случае, корабль вернулся назад, внезапно сказал Зарков после долгого молчания.

Редман кивнул.

„Добрая Надежда“ в течение пятидесяти лет посылала автоматические радиосигналы, потом внезапно замолчала. Через сто лет — пятьдесят лет назад, — когда был разработан гипердрайв, ее пытались отыскать. Однако без всяких результатов. Несмотря на управляемый компьютерами поиск, расстояние уже тогда было слишком велико. Через десять лет поиски были практически прекращены. „Добрую Надежду“ официально объявили пропавшей без вести.

Хольсен продолжил сообщение: — Итак, грузовик дальнего радиуса действия АРС-3-ИТА принял автоматические сигналы бедствия „Доброй Надежды“. Согласно инструкции, они пошли на сближение. Но кроме этого сигнала больше с борта корабля не удалось получить никакой информации. Поэтому „Добрую Надежду“ отвели на околоземную орбиту.

— На гипердрайве? — удивленно спросил Зарков.

Хольсен кивнул:

— У них из-за этого чуть было не сгорел двигатель. Компания заинтересовалась кораблем. Ведь это сулит огромный доход.

– „Транс Федерация“?
– спросил Зарков, и Хольсен многозначительно кивнул.

Этот гигантский концерн, начинавший в двадцатом столетии как небольшой производитель компьютеров, со временем стал так велик и разветвлен, что по финансовой мощи мог поспорить с Центральным Правительством.

— Военное Командование Федерации на Ганимеде запеленговало в навигационной Зоне „Плутон“ чрезвычайно большой

объект. Генерал Теслер сам повел туда эскадрилью, — сказал Хольсен. Он посмотрел на генерала, казавшегося еще более обеспокоенным, чем прежде.

— Когда мы увидели, какую находку АРС тянет на буксире, мы направились к нему и мгновенно переправили его на околоземную орбиту, — запальчиво сказал Теслер.

„Он, кажется, чего-то боится“, — подумал Зарков. Ведь он отважился выступить против „Транс Фед“.

— Компания, конечно, кричит теперь „караул“! и „на помощь!“?

Хольсен покачал головой:

— Они проигнорировали все это, хотя и заявили о своих правах спасателей корабля.

Зарков поднял брови.

— А как насчет „Доброй Надежды“? Что обнаружили на ее борту?

— Мы так и не смогли попасть на ее борт, — сказал Теслер с довольно несчастным видом.

Зарков подался вперед: — Что?!

Теслер покачал головой:

— Шлюзы задраены изнутри, а у нас нет техника, который разбирался бы в бортовых системах такого древнего корабля. Я думаю, у „Транс Фед“ тоже нет таких людей. Они, конечно, подумали о том, что мы вызовем вас, и теперь ждут, когда мы откроем „Добрую Надежду“.

Генерал начал рассматривать свои ногти.

— Какие магнитные записи мы там найдем, не совсем ясно. Центральный Компьютер почему-то молчит об этом. Кроме того, мы не хотим разрушать обшивку. Потому-то мы и вызвали вас, доктор. Как видите, мы находимся в довольно сложном положении.

— Вы полагаете, что „Транс Федерация“ блокировала записи Центрального Компьютера?

— Это не исключено, доктор, — сказал Хольсен.

Он покачал головой.

— Ах, да мы просто уверены, что это именно так, черт подери! В конце концов, именно „Транс Фед“ построила этот проклятый Центральный Компьютер. Однако мы вызвали вас не из-за того, доктор. Мы хотим, чтобы вы поднялись наверх, проникли в корабль, осмотрелись и разузнали, что же там происходит, дьявол его побери!

Теслер быстро застучал на своем пульте, и Зарков прочитал данные на экране перед собой:

РАССТАНОВКА ВАЖНЕЙШИХ СУЩЕСТВУЮЩИХ РЕЗУЛЬТАТОВ: ОТСТУПЛЕНИЯ ОТ ПЕРЕДАННЫХ ДАННЫХ: ВАЖНЕЙШИЕ ОТСТУПЛЕНИЯ СМОТРИ ПОД НОМЕРАМИ 37797 ДО 38840.

… МАССА НА 0,1% ВЫШЕ, ЧЕМ ПЕРЕДАННЫЙ ИСХОДНЫЙ ПОЛЕТНЫЙ ВЕС.

… БОЛЬШАЯ СТАЦИОНАРНАЯ БИОМАССА В СОСТОЯНИИ АНАБИОЗА.

Зарков смотрел на экран. Внезапно у него засосало под ложечкой.

— Я должен это сделать? — спросил он генерала Теслера.

Генерал кивнул, и Зарков спросил компьютер:

— МОЖНО ЛИ ПРИПИСАТЬ ИЗБЫТОК ВЕСА БИОМАССЕ?

… ОТВЕТ ОТРИЦАТЕЛЬНЫЙ — МОЖНО ЛИ ЛОКАЛИЗОВАТЬ ИЗБЫТОК БИОМАССЫ?

…ОТВЕТ ОТРИЦАТЕЛЬНЫЙ.

— СООТВЕТСТВУЕТ ЛИ БИОМАССА СТА ПЯТИДЕСЯТИ ВОСЬМИ ВЗРОСЛЫМ ЛЮДЯМ?

…ПРИБЛИЗИТЕЛЬНО.

— Они все мертвы, — сказал Теслер.

— Посмотрим… — рассеянно произнес Зарков. — Я должен вернуться в свою лабораторию, чтобы собрать снаряжение. Кроме того, я охотно взял бы с собой ассистента.

Хольсен улыбнулся.

— Полковника Гордона?

Зарков кивнул.

— Само собой разумеется, — сказал Хольсен.