Город семи королей
Шрифт:
Посмотрев на три двери, я решила, что нужная мне — это массивная грубая железяка, слева от лестницы. Действительно, если торговля подобного рода производится в квартире жилого дома, то логично предположить, что в этой же самой квартире и хранят наркотики. А если это так, то такая квартира должна быть надежно защищена от внезапных вторжений.
С другой стороны, декоративных изысков здесь никто не ищет, поэтому надежность — это, пожалуй, единственное требование, которое можно предъявить к подобной двери. Дверь, находившаяся слева, такой и была — тяжелой, надежной и абсолютно неэстетичной.
Я
Блуждая глазами и поминутно напоминая себе, что руки и голос должны дрожать, я хрипло проговорила:
— Мне… это…
— Цену знаешь? Сейчас двести пятьдесят, — воровато окинув взглядом абсолютно пустой подъезд, сказала женщина.
— Давай, — прохрипела я.
— Одну возьмешь?
Было абсолютно ясно, что внутрь меня не пустят. Но мне необходимо было составить хотя бы приблизительное представление о том, что это за квартира. Поэтому я полезла в карман брюк и трясущимися руками принялась считать купюры, как бы старясь выяснить, на сколько у меня хватит. Женщина ослабила внимание и, скучая, то разглядывала меня, то оглядывалась назад в квартиру.
Это дало мне возможность оценить ситуацию. Скосив глаза, я оглядела ту прихожую, которая была видна в небольшой проем двери. Квартира была однокомнатная. Помещение выглядело не слишком обжитым. Но возможно, здесь только торговали. Круглосуточно. По сменам.
— Давай две, — сказала я, отсчитав наконец деньги.
Получив то, что мне причиталось, я вышла на улицу и, стараясь покачиваться точно так же, как молодой человек, побывавший в нехорошей квартире незадолго до меня, медленно пошла к машине, предусмотрительно припаркованной в отдалении.
Нет, квартира не была похожа на лабораторию. Однокомнатная хрущевка в старом доме, что в ней спрячешь? Любой милицейский рейд — и весь бизнес коту под хвост. Как они еще рискуют использовать ее для хранения, непонятно.
Добравшись до машины, я хотела было выкинуть приобретенное мною зелье, но тут мне пришло в голову, что сделанная мной покупка не такая уж и бесполезная. Конечно, я не собиралась использовать препарат как лекарство от стресса, но если догадки Ланы подтвердятся и окажется, что Юрий Каретников действительно открыл в нашем городе нарколабораторию, купленные мной образцы могут послужить вещественным доказательством.
Ведь химический состав подобных препаратов не бывает абсолютно идентичным и очень часто можно определить, где именно был произведен тот или иной образец.
Спрятав пакетики (еще привлекут за распространение), я отправилась по своему последнему адресу, в печально знаменитую подворотню на улице Некрасова.
Предусмотрительно оставив машину подальше, я осторожно подходила к той самой подворотне, посещение которой закончилось для меня так плачевно. Впрочем, еще не так плачевно, как для Ланы.
И тут меня вдруг посетила мысль, совсем нежелательная в данных обстоятельствах. Я вспомнила, что сегодня ровно неделя с того момента, когда был обнаружен труп Ланы. Хотя по насыщенности этих дней разными событиями и эмоциями можно было подумать, что прошло не меньше
На улице смеркалось.
Глухой район выглядел так же безлюдно, как в день первого моего посещения. Если вокруг всех прочих действующих точек, где продавали наркотики, неизменно наблюдалось некое броуновское движение, то здесь не было ни души. Никто не входил в подворотню с дрожащими руками, и никто не выходил из нее, блаженно покачиваясь. Вокруг все словно вымерло.
«Одно из двух, — думала я, — либо точка закрыта, либо… либо именно здесь и находится лаборатория Каретникова».
Пройти в подворотню, оставаясь незамеченной, было невозможно в принципе. Никакого закоулка, ни малейшей норки. И еще в подворотню выходили окна домов, из которых она прекрасно просматривалась, и если предположения мои верны, то одно из этих окон (или даже не одно) должно было быть окном той самой лаборатории или смежного с ней помещения. Разумеется, из такого окна постоянно следили за всем, что происходит снаружи.
Да, задача была не из легких.
Я уже подходила ко входу в роковую подворотню, и необходимо было принимать решение. Еще раз внимательно окинув взглядом окрестность, я поняла, что здание, которое ограничивает подворотню с правой стороны, имеет два выхода. Один — парадный, на улицу Некрасова. Другой, по всей видимости, черный ход, в подворотню.
«Если, предположим, войти с парадного, пробраться на крышу, а оттуда уже… — подумала я, — да, пожалуй, это единственная возможность проникнуть незамеченной в квартиру».
Дома стояли совсем близко друг к другу. С чердака одного дома можно было попасть на чердак соседнего, а потом спуститься в нужный подъезд… Отличная идея!
Не тратя понапрасну времени и пытаясь не сосредотачиваться на мысли о том, что будет, если меня кто-нибудь заметит из окна, я вошла в подъезд.
Здания были четырехэтажными, старой постройки. Подъезд, как водится, был грязный и обшарпанный, но меня беспокоило не это.
Если в этом глухом месте действительно располагается подпольная лаборатория по производству разных нехороших веществ, то наверняка были приняты меры для охраны, как минимум, для визуального контроля окрестностей. В связи с этим у меня были большие сомнения в том, что мне так вот, легко и просто удастся попасть на интересующую меня крышу.
И я поняла, что эти сомнения не напрасны, как только оказалась на последнем, четвертом этаже. Люк, ведущий на крышу, был заперт огромным навесным замком. «Только кувалда», — было первой моей мыслью. Но внимательно рассмотрев замок, я поняла, что, несмотря на устрашающие размеры, он служит весьма сомнительной защитой для проникновения на крышу. Открывался он элементарно. Даже без помощи специальных приспособлений, которые я сегодня не захватила с собой. Достаточно было простой шпильки или булавки, а уж этого-то добра…