Город призраков

Сазанович Елена Ивановна

— О чем вы? — устало спросил я.

Светлые глаза Ларисы Андреевны зажглись нездоровым блеском и даже несколько потемнели.

— Незадолго до смерти… Мой муж рассказал мне, что к нему ночью являлся его двойник! — выпалила она на одном дыхании. — Вы понимаете?! Я тогда не поверила! Я посчитала, что он перетрудился. Эти бессонные ночи за работой, эти лекции, которым он отдавал всего себя… Я пыталась его успокоить, но он настаивал, что точно видел своего двойника. И теперь я уверена, что он не обманывал… Он рассказал, что проснулся якобы от звона разбитой посуды. И тогда увидел его…

— М-да, — протянул густым басом Вано. Искоса поглядывая

на меня, словно спрашивая, чтобы это все значило. — Скажите, Лариса Андреевна, а ваш двойник тоже появился после звона разбитого стекла?

Она наморщила лоб и пробормотала.

— Трудно сказать. Но вполне возможно. Поймите, я была в полудреме. Хотя мне действительно послышался какой-то неясный звук, но что это было… Во всяком случае разбитых осколков в комнате я не обнаружила. Решив, что этот звук мне просто приснился. Хотя… Теперь я ничего толком не могу сказать. Ведь я долгое время была в обмороке, а когда очнулась… Призрак уже исчез.

— Скажите, а ничего не пропало?

— Пропало? — она искренне удивилась. — Я об этом и не подумала. Да ну! Что вы говорите! Это был настоящий призрак, а не обычный воришка. И потом. Я настолько испугалась, что у меня и в мыслях не было проверять вещи. Вы же видели мое состояние.

И все же мы уговорили ее проверить вещи. Наиболее ценные, как и предполагалось, все оказались на месте. Тогда Вано неожиданно для меня предположил.

— Вполне возможно, что появление призрака связано со смертью вашего мужа. Возможно, о чем-то он слишком много знал. Или, возможно, случайно узнал нечто лишнее. И это могло быть зафиксировано в его бумагах. Поэтому я очень прошу вас, Лариса Андреевна, просмотрите бумаги мужа, возможно, там вы обнаружите что-то…

Похоже, в отличие от меня, эта просьба Вано не явилась для библиотекарши неожиданностью. Напротив, ее словно что-то осенило. И она мигом очутилась возле письменного стола. По очереди начав выдвигать глубокие ящики и перелистывать бумаги. Она делала это настолько быстро, что создавалось впечатление: она определенно знает, что ищет.

Наконец она силой задвинула все ящики обратно. И долго сидела спиной к нам, словно в оцепенении. К сожалению, мы не видели в тот миг ее лицо. Когда она наконец повернулась к нам, то была неестественно спокойна. И глухо ответила.

— Нет, ничего не пропало.

— Вы лжете, Лариса Андреевна, — Вано явно сдерживал себя. — Вы лжете. Чего вы боитесь?

— Извините, — она поднялась с места и поправила волосы. — Мне нужно сейчас срочно уйти. Больше мне вам сказать теперь нечего.

— А позднее… Позднее вы сможете нам что-либо объяснить?

— Возможно. Скорее всего. В любом случае я вам перезвоню не позднее, чем в течение часа.

Нам ничего не оставалось, как покинуть ее дом. Она определенно что-то скрывала. Но выяснить это мы пока были не в состоянии. Она была настроена слишком решительно. А прибегать к пыткам мы не рискнули. Лариса Андреевна была слишком утонченной для этого. А к тому же оказалась далеко не дурочкой, как это мне показалось при нашей первой встрече. Когда я ее увидел в автобусе, несущим нас по краю пропасти в Жемчужное. Где она, скромно потупив глазки, восхищалась моим былым актерским дарованием.

Из женщины, перепуганной призраком, она в один миг преобразилась в решительную даму. Которая к тому же с вызовом заявила. Что если мы сейчас устроим за ней слежку, она ничего нам не расскажет вообще. Не без ехидцы заметив, что следить в поселке с тремя домами

и одним деревом чрезвычайно трудно. И она несомненно заметит слежку. А потом великодушно добавила, что в любом случае скажет, где была.

Нам оставалось только уйти в гостиницу и ожидать ее звонка. И чтобы это время не тянулось скучно и бесполезно, мы решили скоротать его за чаем вместе с четой Кис-Кис. Которые наверняка больше знали о призраках, чем рассказали нам.

На сей раз Ли-ли выглядела прелестно. В темно-синем платье с неизменными кружевными воротничком, она, завидев Вано, разрумянилась и стала порхать по гостиной. Превратившись на миг из курицы в лебедя. Чего никак нельзя было сказать о ее муже. Который скорее напоминал толстого пожилого поросенка после даже не бодуна, а — пережора. Он каким-то чудом уместился на низком стуле, тяжело отдуваясь после обильного обеда.

Ли-Ли заботливо налила нам душистый чай. Вано долго и с опаской взирал на кружку. Вспоминая прошедшую ночь и утро после похожего чаепития. Но жажда взяла свое. И он, пригласив Ли-ли присоединиться к нам, стал с наслаждением пить горячий чай. Закусывая хрустящими сырными хлебцами. Мой товарищ настолько аппетитно это проделывал, что я тут же последовал его примеру. Ненароком подумав, что мы с Вано стали походить на престарелую добропорядочную пару, балующуюся чайком с булочками и начисто забывшую про коньяк и прочие сомнительные удовольствия. И нам это даже начинало нравиться. Уютный теремок, шум морской волны, за окном чайные розы. Осталось разве что приобрести в местном магазине чепцы и сачок для бабочек.

И все же Вано не забыл о правиле сочетания приятного с полезным. И тут же приступил к делу. В который раз прикинувшись полным дурачком.

— А что, — невинно начал он, пожирая глазами лебедушку Ли-Ли. — Эта библиотекарша, она всегда была такой чокнутой?

— Ах, — всплеснула ручками Ли-Ли, — что вы Иван Тимофеевич, разве так можно про Ларису Андреевну. Она самая образованная и начитанная в нашем городе. Не считая, безусловно, Модеста Демьяновича.

— Ну, начитанность и образованность — еще не показатель того, что у человека несъехавшая крыша. Есть достаточно много примеров, как начитанные и образованные люди сходили с ума.

Я мог дать голову на отсечение, что Вано не помнил ни одного подобного примера. Хотя Ли-Ли не придала этому значения. Она верила своему тайному воздыхателю на слово. Но вновь превратившись из лебедя в курицу, она закудахтала, что библиотекарша прелестная и умнейшая женщина и тронуться умом никак не могла.

Вано ничего не оставалось, как выложить на стол все карты. По-прежнему играя незамысловатую роль дурочка. С которой, надо признаться, он успешно и легко справлялся.

Печальным и трогательным тоном он сообщил, что несчастной библиотекарше сегодняшней ночью привиделся собственный двойник. И она уверена, что это к смерти.

В глазах Ли-Ли застыл неподдельный ужас. А Ки-Ки, как и подобает сытому поросенку, невозмутимо хрюкнул.

— Точно.

Мы вновь уставились на него. Хотя уже привыкли к его внезапным заявлениям. Которые он делал самым невинным образом.

— Не свихнулась она, эта ваша библиотекарша, — продолжал он, лихо орудуя зубочисткой. — Этот биолог, который здесь гонялся за каким-то чудо-цветком… Ну, этот, который помер в душе от короткого замыкания, тоже незадолго до смерти рассказывал мне, что ему явился его двойник. Да чего говорить. Мы и сами его видели, правда спиной. Так, милая?